Мадам

Холландер Ксавьера

Но после трех недель совместной жизни семья жены набрасывается на его бумажник: он-де должен купить эти акции тому-то, должен подписаться на это для того-то, должен подарить этот дом тому-то и тд и тп.

Несмотря на всю любовь к жене, он понимает, что ей нужны только его деньги, и оставляет ее.

Роберт не может позволить себе, чтобы его видели с другими женщинами, – в этом случае семья жены разорит его. И тогда он приходит ко мне.

– Я не хочу, чтобы мной интересовались из-за моих денег, – заявляет он в первую же ночь.

Но

и бровью не ведет, когда я предъявляю счет на огромную сумму, которую он должен заплатить за всех девушек, с которыми занимался любовью. И я уверена, что если бы запросила больше, он не колебался бы ни секунды. Но я не такой человек, чтобы накладывать лапу на бумажник мужчины и выжимать из него все. К тому же Роберт настолько очарователен, что я бы, наверное, даже позволила ему развлекаться бесплатно. Но он счастлив оплатить полученное удовольствие.

– Я скорее отдам свои деньги честным проституткам, чем жене!

В наше время заведение оказывает всевозможные услуги разным людям, какие бы причины ни заставили их обращаться к нам.

Большинство людей думает, что наш дом в первую очередь место для удовольствия, но хотите верьте, хотите – нет, некоторые мужчины посещают мое заведение как раз именно для того, чтобы не заниматься любовью!

Другие приходят потому, что неболтливая проститутка – единственный человек, с кем они осмеливаются говорить о своих сексуальных проблемах, тщательно скрываемых от жены или подружки.

Велик процент вполне приличных холостяков, прибегающих к моим услугам. Это может показаться удивительным, учитывая, что наша эпоха считается сексуально свободной и всегда можно бесплатно найти объект утоления своих плотских потребностей.

Однако примечательный факт: чаще всего мужчина приходит один после одиннадцати часов вечера, и этого достаточно, чтобы объяснить причину его появления.

Он пригласил девушку поужинать в хорошем ресторане, ему нравится ее общество, он желает ее и делает ей классическое предложение, а та отвечает что-то вроде того:

– Я должна вернуться домой, чтобы вымыть голову.

Влечение, которое он к ней испытывал, немедленно исчезает, но его желание не уменьшается. Он берет записную книжку и приглашает кол-герл. За сумму, меньшую, чем обошелся ему вечер, он может спокойно получить удовлетворение.

Женатые мужчины, составляющие большую часть клиентуры заведения, приходят по разным причинам. Кое-кто – бизнесмены, живущие за городом, другие развелись или просто не живут с женами и еще не обзавелись подружками. Некоторые надеются испытать новые, экзотические ощущения, которые их жены, настоящие деревяшки, не могут им доставить.

В заведении высокого класса мужчина должен получить все, что он пожелает.

Что же происходит, когда мужчина приходит в дом терпимости? Позвольте мне провести вас по моему заведению. Я буду вашим гидом и раскрою некоторые секреты профессии, разрушу некоторые мифы о ней и постараюсь

показать, что современное заведение уже не заслуживает названия «злачное место», а скорее – «дом удовольствий».

Всю неделю на постоянном дежурстве находятся от четырех до семи девушек. Не говоря уже о моей книге записей, содержащей имена четырехсот шикарных кол-герл, которых можно пригласить в любой момент. Это не значит, что мое заведение – что-то вроде сексуального супермаркета. Нет, лучше сравнить его с дорогим специализированным магазином, где выше всего ценятся хороший вкус и качество.

Мое заведение – международное, в нем можно найти всех: блондинок, брюнеток, рыжеволосых, скандинавок, азиаток, американских индианок, чернокожих, чилиек, девушек из Эквадора и Аргентины. Эти последние ценятся за пышную грудь и любовь к сексу.

С таким ассортиментом национальностей любой мужчина, заходящий ко мне, может быть почти уверен, что его встретит «добро пожаловать» на родном языке. Что касается меня, то я говорю по-английски, по-французски, по-немецки, по-испански, по-итальянски, по-голландски, на африкаанс и немного на идиш.

Мои девушки, как правило, выбирают себе псевдонимы, например: Красная Гибель, Радуга, Блонди, Миа Кара, Слезка, Апрель, Май, Июнь и т. д.

В отношении одежды девушки должны соблюдать правила моего заведения. Сегодня уже никто не верит, что проститутки, работающие в борделе, расхаживают либо наполовину голые, либо одетые в короткую юбочку, а то и просто в лифчике и трусиках. Я нахожу, что это не способствует созданию нормальной обстановки, и единственное лицо, которому позволено быть в белье, – это я. К тому же это элегантное белье от Сакса или Бергдорфа Гудмена.

И все-таки правила в моем заведении не такие строгие, как, например, у мадам Клод, руководящей всемирно известным заведением в Париже. Ее служащие должны выглядеть безукоризненно круглые сутки. Мадам Клод, сеть кол-герл которой раскинулась от Лондона до Бейрута, требует, чтобы ее девушки одевались у определенных портных и делали прически у определенных мастеров. Несомненно, она и из этого получает прибыль…

Я же не советую своим служащим, что носить. Скорее – что не надо носить. Я не терплю кричащих туалетов и думаю, что если девушка внешне похожа на шлюху, то и обращаются с ней, как со шлюхой.

Я стараюсь показывать им пример наибольшей естественности: не крашусь, безукоризненно чистые волосы свободно падают мне на плечи. Я стремлюсь создать приятную атмосферу за счет своей личности, а не своим внешним видом, хотя он, откровенно говоря, весьма неплох. Я не использую накладных ресниц, париков, накладных ногтей, как многие другие женщины. Даже не крашу ногти на руках – только делаю педикюр.

Я современная женщина, свежая и симпатичная, и это – одна из причин моего успеха. У меня есть ярко выраженная индивидуальность, что крайне важно для престижа заведения.