Мадам
Шрифт:
Как-то летом, поздно вечером в пятницу, мне позвонил один из моих постоянных клиентов, банкир из Нью-Йорка. Он просил прислать шесть девушек, чтобы развлечь гостей – группу своих коллег. Но оказалось, что мои девушки, не занятые работой, уже разъехались на выходные дни. Тогда я решила взять эту миссию на себя.
Прибыв в отель «Хилтон», я с удовольствием обнаружила, что все банкиры жили на одном этаже, а своего хозяина они назначили казначеем. Таким образом, мне оказалось достаточно договориться с ним о тарифе, а затем переходить из номера в номер. Два часа спустя я вернулась
В другой раз я взяла на себя обслуживание целого съезда банкиров в Майами.
Я взяла с собой самую выносливую девушку, Рэчел, и мы сняли номер в отеле «Фонтенбло», где должен был проходить съезд. В течение дня мы нежились возле бассейна, болтая с постояльцами, а между делом я внимательно наблюдала за всеми перемещениями, чтобы знать наверняка, где живут банкиры.
В первый день съезда мы появились в салоне после обеда. Там отдыхали делегаты. Я завязала разговор и объяснила, что приехала из Нью-Йорка. И, вполне естественно, один из банкиров спросил:
– А что вы собираетесь делать в Майами?
– Развлекать участников съезда!
Вот так, очень просто. В первую ночь мы приняли по шесть клиентов каждая. Новость о нас распространилась моментально, и я вспоминаю, как в течение трех часов более десяти раз садилась в лифт, чтобы удовлетворить все просьбы.
Дела шли настолько хорошо, что у нас даже не хватило физических сил продержаться все четыре дня, пока шел съезд. В последний день я проснулась утром в таком утомленном состоянии, что сказала Рэчел:
– Складывай чемоданы, возвращаемся в Нью-Йорк сегодня!
В своем собственном заведении я могла заработать столько же, довольствуясь только административной работой. Но я считаю, что оставила в Майами незабываемые воспоминания, потому что некоторые тамошние банкиры с тех пор всегда звонят мне, бывая проездом в Нью-Йорке.
Моя репутация известна биржевым маклерам еще с того времени, когда я работала в одиночку в своей квартирке. Было известно, что я могла обслуживать одновременно полдюжины клиентов. Пока я занималась любовью с одним из них, другие за выпивкой и болтовней ждали своей очереди на кухне. Чем больше я их имела, тем больше возбуждалась. При этом каждый получал свое.
С банкирами и биржевыми маклерами важно быть абсолютно честной. Если у них сложится впечатление, что вы пытаетесь их провести, они запросто могут дискредитировать вас в глазах завсегдатаев Уолл-стрит и таким образом вы потеряете солидную часть своей клиентуры.
Однако биржевые маклеры не относятся к числу моих любимых клиентов. Особенно когда они приходят немного под мухой и заводят бесконечные споры о том, кто с кем пойдет и сколько это будет ему стоить. Я думаю, их шумное поведение объясняется этнической принадлежностью: большинство биржевых маклеров почему-то ирландского происхождения.
Однажды, в день Святого Патрика, – а он, как известно, небесный покровитель Ирландии – мое заведение походило на улицы Белфаста. Они приходили группами, один пьяней другого. Мне с огромным трудом удавалось поддерживать порядок. Они бегали во все стороны, одетые только в зеленые галстуки-бабочки или
Тем не менее в их пользу можно сказать одно: они придут, даже если биржа развалится, просто-напросто тогда лишь попытаются заплатить поменьше.
Поведение клиента в доме свиданий во многом обусловлено его этнической принадлежностью. Я составила алфавитный список, включающий двенадцать категорий клиентов, которые регулярно посещают мое заведение. В этом списке отражены особенности их социального и сексуального поведения.
АМЕРИКАНЦЫ ИТАЛЬЯНСКОГО ПРОИСХОЖДЕНИЯ. По своему пылу и подвижности они стоят сразу же после ирландцев. Но в отличие от последних они редко торгуются. С другой стороны, более требовательны в выборе девушек и просят в основном блондинок.
АМЕРИКАНСКИЕ ЕВРЕИ – среди моих любимых клиентов. Приходят регулярно, но, к сожалению, они составляют и большую часть сексуальных маньяков. Некоторые из них находятся под наблюдением психоаналитика. Их проблемы проистекают от деспотичной власти матери-повелительницы или от жены, подавляющей их волю.
До того, как я стала мадам, мне иногда приходилось беседовать с ними в перерывах между ласками. Тех, кто уже был готов развестись, а таких хватало, мне удавалось убедить остаться с женами. И в то же время я давала им понять, что для них же лучше потратить свои деньги на избавление от агрессивности и от неудовлетворенности со все понимающей женщиной, чем ложиться в постылую постель со старой болтуньей. Кое-кто из них и по сей день среди моих клиентов.
Большинство евреев-врачей, которые приходят ко мне, как говорится, малость с приветом. В основном они хотят быть рабами. Недавно один из них приказал бывшей с ним девушке оставаться полностью неподвижной, не произносить ни слова, как будто бы она была мертвой. Очевидно, проявился синдром некрофилии, то есть сексуальное влечение к трупу.
Американские евреи – пылкие и внимательные любовники, но они тормозятся, когда речь заходит о поцелуе полового органа женщины. Самостоятельно они до этого не додумываются, но когда их обучишь, у них это получается довольно ловко. Вообще же ведут себя очень правильно и, хотя пьют относительно мало, никогда не забывают давать чаевые бармену, горничной и швейцару.
АНГЛИЧАНЕ. Относительно ловкие и культурные, но как любовники – немного сдержанные и холодноватые. Даже будучи в заведении, они не забывают о классовых границах. Когда они заканчивают свои дела, то никогда не подходят к другим гостям в салоне, как это делает большинство других мужчин. Просто платят и уходят.
ГОЛЛАНДЦЫ. К сожалению, вынуждена плохо отозваться о моих соотечественниках. У них мало воображения, они, наверное, наименее романтичные любовники во всем мире. Закончив печальное занятие любовью, они вытягиваются на вас и чуть ли не придавливают своим весом. К тому же их отношение к вам как к социальному явлению особенно неприятно. Они усаживаются в салоне и пьют ваши напитки в течение часа, прежде чем согласятся с вашими условиями. Иногда, случается, уходят, так ничего и не сделав.