Маэстро

Сальваторе Роберт Энтони

— Я иду туда по просьбе очень могущественного друга, который состоит в союзе с Лордом Пэрайсом Ульфбиндером, — ответила Кэтти-бри. — Лорд Нетерезов не сможет игнорировать этот важный союз, а потому не осмелится мне угрожать.

— Ты не можешь знать этого! — ответила Кавита, но Нирай положил ладонь на её колено и ободряюще кивнул испуганной жене.

— Быть может, наша крошка Рукия заслуживает доверия, — сказала он.

Кавита посмотрела в глаза Кэтти-бри.

— Наша крошка Рукия, — повторила она шёпотом. — Можем ли мы даже называть

тебя так?

— Разумеется, — сказала Кэтти-бри, счастливо улыбаясь. Однако эта улыбка не успокоила Кавиту.

— Мать желает передать мудрость своему ребенку, — начала она. — Мать надеется дать своему чаду все, что ему будет нужно. Все, чтобы он прожил счастливую жизнь. Как я могу звать тебя своей Рукией? Тебе ничего не нужно от меня, кроме пищи, что я давала тебе в первые годы. Тебе не нужна была ни моя мудрость, ни мой опыт. Мне даже кажется, твоя жизнь — обе твоих жизни — куда более полна приключениями, чем моя.

Кэтти-бри затрясла головой, слушая слова матери.

— Хотела бы я, чтобы ты была моей Рукией, — закончила Кавита. Она опустила голову, и Нирай прижал её ближе к себе.

— Ты не права, — категорически заявила Кэтти-бри. — Когда я покидала вас, то думала так же. Я была благодарна — и могла ли не быть? — но я тоже видела жизнь здесь, с вами, лишь как остановку на пути. И в глубине своего собственного сердца боялась, что вы — только трактирщики, которые дали мне кров в долгой дороге.

Она заметила удивленное выражение Нирая и подёргивание плеч Кавиты — её честность причинила им боль, но девушка продолжила.

— Но теперь я знаю, что была не права, — сказала она. — Я знала это с того момента, как вернулась сюда по делу. Это было не так давно. И теперь я снова здесь. Я без сомнений знаю это, когда смотрю на Нирая, моего отца, на тебя, мама, и на моего младшего брата.

Кавита подняла голову и посмотрела ей в глаза.

— Ты действительно могла мало рассказать мне о том, как быть взрослой, — продолжила девушка, слегка посмеиваясь. — Даже будучи твоей грудной дочерью, я уже была старше тебя на два десятилетия! Но быть родителями, быть семьей — это нечто большее, чем просто передача знаний. Вы дали мне свою любовь. Даже когда я подвергла вас опасности, думали ли вы о чем-либо, кроме моей безопасности?

Двое Десаи переглянулись, а затем снова поглядели на Кэтти-бри.

— И я несла все это с собой. Это знание, что где-то там есть два человека, которые простили бы меня, вне зависимости от того, что я сделаю, которые любили бы меня, вне зависимости от того, кто я такая. Это было для меня броней и поддержкой. Эти чувства, такие честные и глубокие, на самых темных и трудных участках моего пути помогли мне больше, чем вы можете себе представить.

— А теперь радость победы моих друзей, мои достижения — все это стало в десять раз весомее, потому что я поделилась ими с вами. И моя миссия, тяжелее которой не встречалось в моей жизни — в обеих моих жизнях! — стала проще. Потому что я знаю, что даже если я не сумею, вы

все равно будете здесь, любить меня. Не судить, а помогать. Я не могу рассказать вам, как это важно для меня. Это делает мои шаги легче… Я иду в Анклав Теней без колебаний. Я уверенно возвращаюсь к руинам Главной Башни. Я не боюсь неудач, потому что знаю — вы здесь.

Слезы струились из глаз всех трех родственников. Их объятия длились долго, очень долго.

Тогда Кавита и Нирай рассказали Кэтти-бри о войне на равнинах Нетерила, о том, как они сражались бок о бок, добавляя колдовство к оружию и мышцам гордых и жестоких Десаи.

Кэтти-бри была в ужасе, узнав, что эти двое сражались против Леди Авельер, посылая свои огненные шары и разряды молний. Авельер куда лучше разбиралась в путях Плетения, в чем не сомневалась Кэтти-бри. Но основной областью исследований волшебницы было искусство обмана и умной дипломатии.

Девушка с каштановыми волосами облегченно вздохнула, когда узнала, что Авельер покинула это поле боя живой. Кэтти-бри надеялась, что она здравствует и по сей день.

Её реакция застала родителей врасплох.

— Она была добра ко мне, — пояснила Кэтти-бри. — И не убила меня, когда я сбежала из Ковена, хотя по закону нетерезов она могла сделать это. Возможно, в рядах наших врагов есть и хорошие люди — некоторые, во всяком случае.

— Я не знаю, жива она еще или погибла на войне, — ответил Нирай.

— Эта битва была одной из ранних, первая атака со стороны Нетерила, — сказала Кавита. — Задолго до того, как упал Анклав Теней.

— Я надеюсь, что с ней все хорошо, — призналась Кэтти-бри. — И я надеюсь, что моя надежда не делает вам больно.

— Войне пришел конец, — бросила Кавита. — Ни одна из сторон не обошла жар этого кипящего котла.

Благородство этого замечания заставило Кэтти-бри снова улыбнуться.

— Так и есть. Но я боюсь, что тебе придется отправиться туда, — заметил Нирай.

Кэтти-бри кивнула, понимая искреннюю озабоченность отца.

— Я способная жрица и маг, — сказала она с лукавой усмешкой. — И я брала уроки у одного из лучших воинов на земле. Вам стоит посмотреть, как мой муж дроу орудует своими скимитарами! Но мне ничего из этого не потребуется. Я пришла с посланием от…

— Да, да, — прервал Нирай.

— Муж дроу… — прошептала Кавита, покачивая головой.

— Он лучший человек из всех, кого я когда-либо… — начала Кэтти-бри, но Кавита остановила её взмахом руки.

— Если он делает счастливой тебя — он делает счастливой меня, — сказала она. — Но я все равно не смогу понять!

— Ты встретишь его и сможешь понять, — заверила её Кэтти-бри. — Как и ждать чего-то иного.

— Это не отменяет страхов, которые преследуют нас при мысли, что ты вернешься в Нетерил, — сказал Нирай.

— Найдите лучшего воина в племени и отправьте его против меня, я уложу его в грязь, — ответила Кэтти-бри.

Кавита засмеялась и сказала:

— Я видела это, моя Рукия!