Магма

Синицын Олег Геннадьевич

– Спасибо. Здравствуйте.

– Во-первых, сразу хочу выразить свое восхищение вашей работой. Сколько лет вы занимаетесь проблемами прогнозирования землетрясений?

– Около одиннадцати лет.

– Понятно. Расскажите немного о себе. Телезрители жалуются, что почти ничего о вас не знают.

– А что рассказывать? Я родился и вырос в Москве. Там же окончил школу и университет. Потом меня взяли в Институт физики Земли. Он тоже, кстати, находится в Москве.

– Когда на вас обратил внимание институт геофизики Лос-Анджелеса?

– Лет

пять назад. На одной из конференций я предложил модель физико-математического прогнозирования землетрясений.

– Сколько землетрясений до этого вам удалось предсказать?

– Ни одного.

– Что вы удивляетесь! Вы хоть знаете, что в истории настоящие прогнозы можно пересчитать по пальцам? Самый удачный – в 1975 году в Китае. Было спасено около миллиона человек.

– Да, но, насколько я помню, тот прогноз был всесторонне обоснован с точки зрения современной науки.

– Да, и администрация города отработала оперативно, поверив ученым.

– В вашем случае правительство США также сработало оперативно. Как вам удалось убедить президента?

– До сих пор понять не могу. Еще я не понимаю, как после всех телевизионных атак они не прекратили эвакуацию.

– При помощи чего вам удалось получить прогноз землетрясения на Гавайских островах?

Кузнецов споткнулся. Его взгляд дернулся на камеру, а затем вернулся к лицу Доулза.

– Я бы хотел сейчас кое-что сказать по этому поводу.

– Слушаю вас очень внимательно. Вы знаете, что вас ставят в один ряд с Эйнштейном и Ньютоном. Поэтому ваше слово – история.

– Не стоит иронизировать, – слегка разозлился Кузне­цов. От волнения у него перехватывало горло.

– Я не иронизирую. Я искренен. Кузнецов нерешительно кашлянул:

– Я хотел сказать о том, что мир очень разнообразен. Даже более, чем мы себе можем представить. Науки о Земле находятся на начальном этапе развития, и мы еще многого не знаем. Я занимаюсь нашей планетой всю свою жизнь, поэтому поверьте, пожалуйста, в то, что скажу сейчас. Землетрясение предсказал не я. В магме Земли существует высокоразвитая цивилизация.

– Доктор, вы говорите серьезно? – спросил Доулз.

– Я серьезно. – Кузнецов с подозрением посмотрел на теле ведущего. – Силами земной науки или гениального ученого-одиночки предсказать образование новых континентальных плит, вызвавших катаклизм на Гавайских островах, невозможно. Это сделала подземная цивилизация. Они передали послание людям Земли, я сумел найти и расшифровать его. Исключительно в этом моя заслуга. У вас следующая фраза может вызвать шок, но проявления подземной цивилизации существовали с древнейших времен. Я изучаю подземных людей так же давно, как занимаюсь землетрясениями.

– Чушь какая-то! – сказал Стивен Доулз в камеру.

– Я вас не понимаю! – воскликнул Кузнецов. – Вы утверждали, что позволите мне высказаться по этому поводу!

– Говорите-говорите! – произнес Доулз.

– Сейчас имеется

возможность установить контакт с подземной цивилизацией, – продолжил Кузнецов. В аппаратной слышался шум, операторы телекамер крутили головами, ища режиссеров трансляции. Доулз вообще отвернулся в другую сторону. – Правительством США создан Центр по контакту с подземной цивилизацией. Гавайское землетрясение является отправной точкой контакта. На месте гибели Гавайских островов возникла колонна, уходящая в небо на пятьсот пятьдесят метров.

– А сколько это будет в футах? – спросил Доулз.

– Посчитайте сами, – нервно бросил Кузнецов. – Колонна является знаком, что контакт близок. Вот фотографии колонны...

– Доктор, сколько дней вы находились в клинике для душевнобольных?

Вопрос обрезал речь Кузнецова. В студии быстро наступила тишина. Женя оторопело повернул голову к Доулзу. Глаза того были спрятаны за толстыми линзами очков.

Что это? Что он хочет выразить этим вопросом? Куда хочет завести Кузнецова?

– Я не находился в психиатрической клинике.

– С пятнадцатого по восемнадцатое июля вы находились в психиатрической клинике под Москвой. Как вы оказались там?

У Кузнецова пересохло в горле. Он взял со столика стакан с минеральной водой и отхлебнул из него.

– За что вас поместили в психиатрическую клинику?

– За крамольные мысли о существовании подземной цивилизации, – неохотно ответил Кузнецов.

– Которая подсказывает вам, как делать прогнозы? – продолжил Доулз.

– Они не мне подсказывают! Всем жителям Земли!

– Не горячитесь так. Я же не лезу на вас с кулаками. Мы просто беседуем.

– Мне не нравится эта беседа

– Это правда, что вас поместили в психиатрическую клинику, потому что вы потеряли рассудок и набросились на представителя московского банка?

– Вы пригласили меня обсуждать сплетни или науку?

– Так было или не было? – настойчиво долбил Доулз.

– Он идиот, этот банкир. Он ничего не понимает в науке. Подземная цивилизация действительно существует. Наш долг – установить с ними контакт. Это навсегда поможет избавить нас от таких бед, как землетрясения или извержения вулканов...

Пока Женя произносил эти слова, Доулз сделал какой-то знак режиссеру. Камеры повернулись к Доулзу, оставив Кузнецова в одиночестве.

– К сожалению, мы знаем, что доктор Кузнецов не совсем нормален. Мы слышали об этом, но сейчас вы сами, наши уважаемые телезрители, смогли в этом убедиться. Вспоминая великих ученых, начинаешь понимать, что гениальность и душевное здоровье – вещи трудно уживающиеся. К сожалению, доктор Кузнецов не понимает важности своего открытия, приписывая это некой подземной цивилизации, существующей в мантии Земли... Тем не менее его физико-математическая модель будет еще долго исследоваться учеными. А сам доктор, как мы надеемся, еще сможет сделать не один удачный прогноз.