Магма
Шрифт:
Женя внимательно следил за Мдрагом. «Что-то должно сейчас произойти, – опять подсказывало неведомое чувство. – Бомба обезврежена, и теперь настала очередь Мдрага».
И очередь настала.
Под Мдрагом из глубины начала распускаться ослепительной красоты черная роза. Каждый новый расправляющийся лепесток приближался к замершей фигуре.
Но фигура не замерла. Она двигалась, пытаясь убежать от смертельных лепестков. Шар прятал от взгляда движение Мдрага, но Кузнецов чувствовал это движение.
Лепестки гигантской розы настигали его, Мдрагу невозможно
Однако новый лепесток вытянулся и накрыл Мдрага полностью. На миг черная ткань лепестка просветлела, и Женя увидел разъяренную фигуру, бьющуюся в невидимых путах.
Так же быстро, как и распускалась, роза начала складываться. Лепестки увядали, приклеивались к центру, образуя стебель, который быстро-быстро укорачивался, уносясь обратно на глубину.
Женя следил за уменьшающимся черным стеблем, пока он был виден. Наконец черная точка растворилась в мареве.
– А что там внизу? – спросил Кузнецов, не особо надеясь на ответ шара. Но ответ последовал.
Сорвавшись с места, словно пуля, шар ринулся в глубину. Кузнецов от неожиданности закричал, легкий холодок защекотал желудок. Рассекая пласты мантийного вещества, преодолевая тысячи градусов и десятки тысяч атмосфер, шар уносился на глубину.
Краснота магмы становилась все более глубокой. Ее бесконечность завораживала, делая внутренности Земли похожими на космос. Шар приспособился к зрению Кузнецова, и тот отчетливо видел все течения и потоки, разрезающие Земную мантию.
Что-то появилось внизу, отличаясь от окружающей магмы лишь оттенками красного. Шар, не снижая скорости, все так же заставляя замирать от свободного падения, приближался к огромной колонне, сквозь гибкую поверхность которой пробивались тысячи размытых огней. Издали они казались крохотными, но, когда шар приблизился и полетел вдоль колонны, Женя увидел, что каждый из огней размером больше его шара в несколько раз.
Колонна казалось бесконечной – так долго шар двигался вдоль нее. Женя не мог оторваться от ее неземной красоты. Хотя нет. Это была истинно земная красота, сооружение, возведенное задолго до того момента, как первобытный человек нарисовал на стене пещеры себя, охотящегося на мамонта.
Внизу показалось несколько других колонн – и вот Кузнецов проваливался вниз среди целого леса подземных строений. Шар менял направление движения, и Женя потерялся в этих строениях. Он не мог понять, где находится верх, где низ.
Шар перескакивал через колонны, нырял под полукруглые арки, двигался вдоль бесконечных стен. Один раз Кузнецов сумел заметить небольшую стаю похожих на рыб существ, двигающихся четким строем, но разглядеть их не успел. Шар снова куда-то нырнул. Обзор перекрыла темная плоскость. Шар стал подниматься вверх. Кузнецов вытянулся и даже привстал на цыпочки, пытаясь разглядеть то, что начиналось за этой плоскостью.
Шар выскочил из-за плоскости и на мгновение
– Оно действительно не круглое! – промолвил Кузнецов, – Ядро имеет складчатую поверхность!
На фоне глубокого темно-красного цвета магмы перед Кузнецовым предстали черные горы. Миллиарды крошечных строений, похожих на раковины моллюсков, усеивали эти горы. Шар двинулся вниз. Кузнецов припал к силовой границе, отделяющей его от магмы.
Они падали в глубокую пропасть, шар двигался стремительно, а Женя не понимал, зачем такая спешка. Он пытался разглядеть существ, окружающих черные горы, свободно плавающих между ними, заплывающих в раковины и покидающих их; огромные стаи, словно косяки рыб, заполнивших все пространство над поверхностью земного ядра, великую цивилизацию, которая только теперь нашла возможность установить контакт с цивилизацией людей. Гигантский разум, который готов поделиться знаниями, который стремился преодолеть новые границы, исследовать новые пространства.
Женя видел тысячи разных строений, имеющих форму, не поддающуюся описанию. Огромные корабли, похожие на дирижабли, курсировали по мантии. Гибкие непонятные механизмы. Женя видел, как строятся новые колонны, уходящие ввысь. Он видел, как черные горы земного ядра преобразуют в строения.
Тело Кузнецова стало тяжелым, строения стремительно уходили вниз. Шар поднимался. Женя провожал взглядом подземный мир. У него не было других чувств, кроме восхищения. Не было, кроме...
– Моя дочь! – воскликнул он. Шар, как показалось ему, вздрогнул. – Она находится где-то над барьером, в магматическом очаге какого-то вулкана! Ее нужно найти и спасти!
Шар продолжал подниматься вверх. Вот сквозь красную пелену проступила голубая пленка границы с провалом Врат. Шар проскользнул в отверстие и стал подниматься выше. Женя увидел, что он уже находится в канале, сквозь который опускался на батискафе.
– Шар, стой! Моя дочь осталась там! – кричал Евгений. Но шар его не слушал, продолжая упорно двигаться вверх по узкому каналу.
Женя закрыл глаза.
– И это все? – спросил он. Звук его голоса утонул в толстой стенке шара.
Темнота внезапно окутала стены. Раздался оглушительный хлопок. Неведомая сила подбросила Кузнецова. Жене показалось, что вот-вот он потеряет равновесие и упадет. Но сила заботливо поддержала его за поясницу.
– Господи! – закричал кто-то.
Женя почувствовал, что сила, поддерживающая его, начинает исчезать. Он упал на спину во что-то мягкое и влажное. Перед глазами вспыхивали темные пятна, в ушах звенели колокола.
– Держите его! – кричал мужской голос. Кажется, это был Раш.
Вспышки в глазах стали появляться реже и наконец исчезли совсем. Женя поднял веки.
Солнце своими ослепительными лучами заливало землю. Женя лежал на мягкой влажной траве луга недалеко от Милд Рока. Кто-то поддерживал его голову. Рядом возвышалась фигура Раша, стоящего на коленях.