Магма
Шрифт:
– Граница Мохо кончается чуть ниже, – заметил Кузнецов.
– Что?
– Ничего. Продолжай.
– Аппарат имеет три оболочки – внешнюю, среднюю и внутреннюю Внешняя оболочка, непосредственно контактирующая с мантийной средой, выполнена из сплава тугоплавких металлов – титана, вольфрама и других. Она имеет достаточную прочность при температуре 1300 граду сов, обладает низким коэффициентом теплового расширения и высокой прочностью при граничных температурах. Внешняя и средняя оболочки образуют пространство, называемое «охлаждающей рубашкой». По нему протекает охлаждающая жидкость, формулу которой я вам не скажу. Она остужает
1 Астеносфера (от гр. asthenes – «слабый» и сфера) – слой пониженной твердости, прочности и вязкости в верхней мантии Земли, подстилающий литосферу
– Что будет, если температура средней оболочки превысит пятьсот градусов? – спросил Кузнецов.
– Это плохой знак. Значит – либо охлаждающее вещество не справляется со своими функциями, то есть тепловой поток от внешней оболочки настолько силен, что хладоагент не может забрать излишнее тепло, либо охлаждающее вещество попросту закончилось, В обоих случаях сквозь вторую «охлаждающую рубашку», через внутреннюю стенку излишнее тепло будет поступать в кабину. Ты можешь изжариться.
– Ясно, – ответил Кузнецов, подавив комок в горле. – За счет чего двигается аппарат?
– Скорость этого аппарата приятно удивит тебя, – загадочно улыбнулся Паррель. – Батискаф имеет восемь спиральных винтов Архимеда, расположенных симметрично вдоль корпуса. Это лучшее средство движения в вязкой среде. Винты вращаются, впиваются в магму и тянут за собой батискаф, который имеет за счет своей каплеобразной формы низкий коэффициент динамического сопротивления. Для управления аппаратом используется джойстик. Если ты захочешь повернуть вправо – наклоняешь джойстик вправо, правые винты замедляют свое вращение, и батискаф поворачивает в эту сторону.
– Как гусеницы у танка? – спросил Кузнецов.
– Танк – это просто, как самокат. По сравнению с танком я построил реактивный лайнер!
Погрузка аппарата закончилась. Мощный кран «Като» отъезжал от самолета.
– Нам пора ехать, – напомнил Раш. Они погрузились в джип и тронулись.
– Как я смогу ориентироваться в магме? – продолжат расспросы Кузнецов.
– Это предусмотрено, – произнес Паррель. – Как только прибудем на место, я все покажу.
Они прибыли в Милд Рок через полтора часа. До полудня оставалось совсем немного.
Луг в том месте, где находился проход, раскопали экскаваторами. Тоннель канализации взломали. Теперь яркое свечение маленького пятна было видно издалека. Жители города столпились метрах в двухстах от кратера, не подпускаемые дальше полицией штата.
Аппарат, который Паррель просил называть «Бэмби». стоял на зеленой траве в десятке метров от ямы, где находилось огненное пятно. Это было странное пятно. Расплавившийся по краям гранит образовал колодец. Магма колыхалась в нем и не изливалась, как будто некое силовое поле сдерживало извержение.
Паррель забрался в аппарат вместе с Кузнецовым. На какое-то мгновение от обилия мониторов, пультов и кнопок Женя потерял над собой контроль.
– Как я в этом разберусь!
– Я предполагал, что на подготовку пилота понадобится около шести месяцев, – констатировал Паррель.
– Но
– Вот именно. Поэтому проходим экспресс-курс. Связи с поверхностью у тебя не будет.
– Спасибо, – скривился Кузнецов.
– Это попросту невозможно! – начал оправдываться изобретатель. – Нужна разработка новой концепции связи! На это уйдут годы... Поговорим об ориентации в магме. Несколько устройств на носу «Бэмби» испускают вперед легкие сейсмические волны. Ведь в магме могут распространяться только колебания,
– Я это знаю. Я сейсмолог или ты забыл?
– Да-да, – нетерпеливо произнес Паррель. – Виброустройства будут испускать сейсмические волны. Если на пути волны попадется что-то более плотное, чем раскаленная магма, часть волны отразится. В этом случае сенсоры поймают отраженный луч, датчики оценят плотность магмы, скорость распространения волны и время ее возврата. На основании этих данных компьютер рассчитает расстояние до объекта. Несколько волн, выпущенных в одном направлении, создадут некоторую форму предмета, графический редактор отразит эту форму на экране визуализации в виде картинки. Излучателей всего несколько, поэтому дискретность картинки будет низкой. Но шар от куба ты отличить сможешь. Да, и еще. К сожалению, дальше ста метров моя смотрелка не действует.
– Выходит, я буду двигаться практически вслепую.
– Это только первый вариант аппарата. В дальнейшем я планировал усовершенствования.
– Не важно.
– Следи за температурами наружной и, самое главное, средней оболочек. На этом мониторе... – Паррель включил следующий монитор,...показаны шестнадцать датчиков Температуры на наружной поверхности аппарата и двадцать а на средней оболочке. Если показания хотя бы одного датчика на средней оболочке начнут вылезать за предел пятисот градусов, значит, тебе следует срочно возвращаться. Тут же! Немедленно!.. Следи за давлением. Помни, рубеж составляет 13 тысяч атмосфер. Выше этой цифры лучше не экспериментируй. Давление здесь... На этом мониторе небольшая навигационная карта. Она показывает пройденное расстояние, траекторию движения. Можешь делать на ней свои пометки.
– У тебя есть на нем оружие?
– Оружие? – удивился Паррель. – На носу имеется ионный расщепитель. Он предназначен для разбития твердых кусков, которые невозможно преодолеть. Мощность приличная, а вот выстрелов только два.
– Два выстрела, – повторил Кузнецов.
Стоя на зеленой траве луга, достигающей ему до колен, Кузнецов натягивал на себя огнезащитный костюм. Над ним, вытянув в небо мощную стрелу, застыл пятнадцатитонный кран, к крюку которого техники из Центра по контакту и специалисты из военного конструкторского бюро привязывали трос. Другой конец троса через электронный замок, управляемый дистанционно, был прицеплен к петлям на «Бэмби».
Зубы Кузнецова выбивали мелкую дробь, руки слегка тряслись. Из Грин Бэй прибыла настоящая Элен. Женя обнял ее.
– Можешь себе представить! Он превратился в котенка на этот раз, – жалобно глядя на него, сказала она.
– Кто?
– Мдраг. Котенок на трех лапах с красными глазами!
– С тобой все в порядке? – поинтересовался он.
– Со мной – да. А вот с тобой... Ты уверен, что можешь это сделать?
– Нет, – ответил он, застегнув клапаны на шее и на этом закончив приготовления. – Но иного выхода я не вижу.