МакРив
Шрифт:
– Ты видение, любимая, - хрипло произнёс он.
У неё создалось впечатление, что он пытается не забывать с ней говорить. Как он обычно ведёт себя в таких ситуациях? Она вновь почувствовала, что он нервничает, словно пытаясь вспомнить тысячу вещей одновременно.
Приподняв её задницу, он стянул с неё влажные джинсы, оставив лишь чёрные кружевные трусики.
Вновь пристальный взгляд.
– Я..., - она сглотнула: - я соответствую твоим ожиданиям? После стольких лет?
Его брови туго сошлись на переносице.
– Более чем. А мои ожидания были охуенно высоки.
– Она почти чувствовала его взгляд, зафиксированный на её напряжённых сосках. Хлое хотелось попросить его лизнуть её там, пососать.
– Это, мм, отличается от того, что ты обычно делаешь с женщинами?
– Она, скорее, ожидала, что всё пойдёт немного... плавнее.
– Очень отличается. Можно сказать, небо и земля.
– Он напрягся.
– Почему ты спрашиваешь? Тебе не нравится то, что я делаю?
– За этим непроницаемым выражением лица творилось так много всего, но что именно - понять она не могла.
– Ты, кажется, немного нервничаешь.
Его напряжение ослабло.
– У меня только один день, чтобы убедить тебя остаться, помнишь?
– Только поэтому?
– Она нетерпеливо выгнула спину, - Время идёт, МакРив.
Застонав, он опёрся на руки по обе стороны от неё, склонив голову. Он осыпал поцелуями холмики её грудей, обводя языком напряжённые соски.
Её дыхание прерывалось. Это было лучше, чем в мечтах! Когда его язык, наконец, прошёлся по соску, она вскрикнула, дрожа от блаженства. Запустив пальцы в его волосы, она подтянула его голову ближе, отчего он зарычал прямо в кончик соска.
Но когда его рука скользнула в трусики, она наприглась. Не потому что не хотела, чтобы он прикасался к ней, тело просто кричало об этом, а потому, что ощущение было незнакомым.
– Расслабся, детка.
– Он ткнулся носом в одну грудь.
– Я не сделаю тебе больно.
– Он погладил волоски, растущие внизу.
– Когда-нибудь мужчина целовал тебя там...?
Глава восемнадцатая
– Нет. Это произойдёт сейчас?
– спросила Хлоя, в её глазах вспыхнуло возбуждение.
– О, да, - Уилл покусывал её грудь. Склон холма слегка приподнимал её голову, открывая прекрасный обзор всего происходящего там внизу.
– Я буду лизать между твоих очаровательных бёдер, пока ты не закричишь.
Его рука в этих крошечных трусиках дрожала, когда он сдвинул пальцы чуть ниже. Моя Подруга, лежит передо мной, мой рот на её груди. Ещё ниже. Уилл едва мог в это поверить. Ещё ниже. День становился сказочным.
Пальцы нащупали полные, влажные складки. Её вульва просто сочилась.
– Боги всемогущие, женщина.
– Он обхватил её собственническим жестом. Влага стекала на руку, заставляя член пульсировать. На головке выступило пресемя, притягивая её взгляд из-под
Когда он начал свои ласки, она застонала, глаза застыли на его стволе.
– Ах, ласс, ты так смотришь на мой член, словно хочешь его отсосать.
Ему ответил румянец. Она чертовски этого хочет! Он задрожал, представив, как эти алые губки обхватят его длину.
Контроль! Должен сохранять контроль... Ради неё он сможет. Потом они что-нибудь придумают; а сейчас он просто хотел доставить ей удовольствие. Этот день принадлежит им.
– Я был бы рад это испытать! Скоро ты и сама ощутишь всё в полной мере. Но сегодня я и мой зверь танцуем на лезвии бритвы.
– Ты не разденешься?
Контролируй своего зверя.
– Я могу слишком увлечься, любимая.
Указательными пальцами он подцепил края её трусиков и потянул вниз... раскрыв аккуратные упругие рыжеватые завитки, отчего его рот наполнился слюной.
Раздев её полностью, он уставился на Хлою с недоверием. Он называл её симпатичной?
Она изысканна.
Её кожа была гладкой и золотистой, захватывающе оттеняя эти необычные многоцветные глаза и выгоревшие на солнце волосы. Опадающие вишнёвые лепестки целовали её плоский живот, её грудь, губы.
Она вздохнула.
– Я чувствую их.
– Её веки закрылись.
Он зачарованно наблюдал, как белые гладкие лепести соскальзывают с её тела. Один из них обвил изгиб левой груди.
Другой нежный лепесток венчал правый сосок - белое на разбухшем от желания красном.
Но к нему взывал её аромат. Он вернулся к шёлковым лепесткам между её бёдер, его челюсть при виде этой блестящей плоти отвисла.
– Ты не могла быть прекраснее, ласс. То, что я собираюсь с тобой сделать...
– Опустившись у неё между колен, он облизнулся, чувствуя себя чудовищем, насилующим красавицу.
Но красавица лишь промолвила:
– Пожалуйста.
Он опустил голову и приступил к делу. От первого же касания языка она издала низкий стон, а он чуть не кончил себе в штаны. Этот вкус был самым восхитительным из всего, что он когда-либо пробовал.
– Хлоя! Боги, ты как мёд.
Как будто шёлк опустился в мёд, а затем брызнул к нему на язык.
Совершенство. Он упивался ею.
– Ждал этого вечность.
Когда он провёл языком по её маленькому набухшему клитору, она воскликнула:
– О, Боже! Пожалуйста, не останавливайся.
Ни в коем случае. Его член напрягся у ремня джинсов, грозя его разорвать. Внутри скрёбся зверь. Чтобы оставаться в настоящем, Уилл загнал его обратно. Он развёл её ноги пошире, накрывая ртом клитор, проводя по нему языком снова и снова.
Он понял, что рычит в неё, когда она спросила: