МакРив

Коул Кресли

Если спусковой механизм сработает, и она станет бессмертной, то все эти тревоги уйдут. Появятся новые силы для защиты от ллореанцев, желающих её обидеть. Она никогда не заболеет и никогда не умрёт.

И она останется с МакРивом.

Чем больше он ей нравился, тем больше она чувствовала, что из-под ног уходит почва. Прежнее существование ускользало. Мечты, цели, тренировки - всё ушло. И всё же рядом с ним она не чувствовала боли от утраты.

А должна была? Уже много недель она подозревала, что та, прежняя жизнь, окончена.

Ты

не человек.

В этот момент вместо опустошённости она испытывала, скорее, какое-то предчувствие того, что беда не приходит одна. Что может быть хуже предыдущих суток её жизни? Она оказалась втиснута между врагами за стеной и полным непониманием того, что происходит с её собственным телом - разве можно в этой ситуации не ощущать дурных предчувствий?

Ронан скользнул на соседний стул, похлопывая себя по животу.

– Окей, ласс, я решил простить тебе отказ приготовить завтрак. Если только это не повторится снова.

– Везёт же мне.
– Раз уже они с этим ребёнком в течение следующей недели будут соседями, она решила познакомиться с ним поближе. Он выглядел лет на пятнадцать, поэтому она спросила: - Тебе девятнадцать, так?

Он расправил плечи:

– Только что исполнилось пятнадцать. Но мой возраст часто путают.

Она изобразила улыбку:

– И в каком ты классе?

– У нас нет классов.
– Он закатил свои ясные серые глаза - Мы не ходим в человеческие школы. Мы учимся у родителей, а затем отбираем то, что нам нужно.

– Отбираете?

– Ликаны подмечают такие детали, каких никто больше не увидит, а потом наше любопытство побуждает нас их исследовать. Наш непревзойдённый интеллект позволяет удерживать в памяти всё, что мы узнали.

Этот парень был позером. С другой стороны, Хлое всегда нравились позеры.

Он открыл ей другую бутылку пива - свою она уже допила.

– Спасибо. Почему я никогда раньше не пробовала пиво?
– Она нахмурилась, увидев бутылку в лапе несовершеннолетнего Ронана.
– Тебе позволяют пить?

– Я же не какой-то там человек, который не может справиться с выпивкой.

– Да иди ты.
– Сказать по правде, она уже захмелела.

Он захихикал, и она к нему присоединилась - покуда их не прервал какой-то особенно громкий визг из-за стены.

– Тебя не пугает то, что там происходит?
– спросила она

– Ты никогда не видела обращённого ликана. Именно поэтому те существа не атакуют.

Что она уже неоднократно слышала. Это заставило её задуматься, насколько именно страшен обернувшийся ликан.

Как раз в этот момент МакРив забил гол, отвесив ироничный поклон в сторону своих противников. Рукой он провёл по лбу, отчего заиграли все его блестящие от пота грудные мышцы. От физической нагрузки его тело казалось ещё больше, джинсы плотно облегали упругие бёдра.

Непревратившийся

МакРив был горячее огня. Будто почувствовав, что к нему прикован её взгляд, он обернулся, чтобы подмигнуть. Она подавила желание обмахнуть лицо ладонями, словно веером. Пытаясь сменить тему, она обратилась к Ронану:

– Должно быть, воспитываться здесь - одно удовольствие.
– Юношеское пьянство и никакой школы.

– Наверное. Я тут новичок. Для большинства Гленриаль - это мусоросвалка.

– Что?

– Наш клан родом из Кинвейна в Шотландии. И ещё есть колония в Новой Шотландии, называется Бейнроуз. Близнецы основали её с нуля, расчистив место в лесных дебрях. А сюда? Сюда приходят облажавшиеся - те, кто не вписывается в другое место.

– Кто, например?

– Наш принц, Гаррет - или Тёмный принц - жил здесь, пока не встретил свою подругу. А видишь Кассандру, - он указал в её сторону бутылкой.
– Она влюблена в нашего короля, но Лаклейн счастлив со своей подругой, так что она ушла из Канвейна. И Маду? Мы зовём его Мэд Дог - бешеный пёс, потому что, выходя из себя, он практически сходит с ума.

Она уже видела Маду в комнате охраны, но сейчас он предстал перед ней в новом свете. Шрам на лице делал его не просто опасным, а агрессивным, словно в его списке "хобби" значились "шлюхи" и "драки".

Он был ликаном, что означало лишь опасную внешность, а не суть. Тем не менее, встретиться с ним в минуты ярости Хлое явно не хотелось.

Она спросила Ронана:

– Тогда почему ты здесь?

– Мы с Беном сироты. В нашем возрасте нечасто теряешь обоих бессмертных родителей, так что никто не знал, что с нами делать..

– Что произошло?

– Атака упырей. Уёбки забрали двоих из нашей семьи.

– Я сожалею, Ронан.

Заметно сконфуженный, он кивнул в сторону МакРива

– Близнецы тоже осиротели. Они потеряли родителей в тринадцать.

О, Боже, это должно быть, ужасно.

– Как погибли их родители?

– Их мать убил вампир.
– Неудивительно, что МакРив так сильно ненавидел вампиров.- Их отец последовал за ней..

– Последовал?

– Большинство ликанов-мужчин не могут жить без своих подруг. Скажем так: только наша мать и сестра умерли от атаки упырей. Наш отец покончил жизнь самоубийством сразу после.

Для места, где много бессмертных, в Ллоре, кажется, нередки потери.

Что, если Хлоя так и не изменится? МакРив убьёт себя, когда она звершит свою смертную жизнь?

Она согласилась на неделю, но теперь колебалась. Непростая ситуация.

– Если это место для аутсайдеров, то с какого боку здесь близнецы?
– Они великолепны и сильны.
– Разве их место не в Новой Шотландии?

– Они путешествуют, жаждут войны. Оба - легендарные воины. Также я слышал, что там они перетрахали всех нимф. Пришли на юг за новыми победами.