МакРив
Шрифт:
Ответ МакРива был раздражённым:
– В кирпичи добавлен прах тех, кто жил здесь до нас. Они отвращают время и каждого, кто может причинить нам вред.
– Твои кремированные предки - часть кирпичей? Я ненавижуЛлор, - сказала она, не сводя глаз со своего нового серебряного браслета, пронизанного ллореанской магией.
Он распахнул перед ней одну из створок двери, и Хлоя храбро прошла внутрь.
Холл был величественным, с большой изогнутой лестницей, будто вырезанной прямо в стене особняка. Сверкал
В соседней библиотеке заполненные книгами полки покрывали стены от пола до потолка. Мебель выглядела антикварной, тонкой работы. Картины и гобелены подчёркивали декор. Тем не менее, пройдя во вторую комнату - пышно обставленную гостиную - она не нашла никаких признаков того, что здесь когда-либо жили дети или это место принадлежало семье.
С другой стороны, школьных фотографий не стенах тут и не могло висеть, ведь её спутник чертовски стар. Как рок-н-ролл стар. Когда-динозавры-правили-землёй, типа. Господи, как запутанно.
Почувствовав, что его больше нет за спиной, Хлоя обернулась. Он стоял на пороге, не решаясь войти, в дверном проёме вырисовывался его огромный силуэт.
Древний бессмертный вернулся в дом своего детства. Так почему он колеблется?
Что-то здесь действительно было не так. Нахмуренные брови, напряжённые мускулы.
Даже после всего произошедшего она чувствовала стремление сгладить мучающую его боль, убрать с лица это потерянное выражение.
Она обнаружила, что ноги снова несут её к этому мужчине...
* * *
Уилл пережил первую волну распыления, умудрившись не достать свой член и не рухнуть на девушку. Молодцом, чувак.
Но эта похвала самому себе продолжалась ровно до того момента, пока он не увидел Коналл. Всё в нём будило воспоминания, от чего Уилл каждую секунду находился на краю.
Хотя Манро и провел сюда водопровод и электричество, мебель и гобелены в основном остались прежними. Словно в капсуле времени.
Когда Хлоя обернулась с вопросительным взглядом на лице, он резко протиснулся мимо, однако даже такой мимолётный контакт пробудил к ней болезненное желание.
Но он сохранял контроль. Возможно, распыление было слабым из-за того, что она была камбионом. Возможно, со временем эффект усилится. Если это так, он пропал. Равно как и она.
Хлоя молча пошла следом, когда он мимо очага направился в большую комнату. Сторож заранее развёл там огонь.
Так много воспоминаний...
Он торопливо прошёл на кухню, обнаружив там большой запас еды - и алкоголя. Уже во второй раз за эту неделю Уилл подумал "да благословят тебя боги, брат".
Хотя был соблазн отхлебнуть виски прямо из бутылки, он нашел стакан и плеснул жидкости на несколько пальцев.
Она достала стакан для себя и протянула Уиллу, чтобы он его наполнил.
Нехотя он выполнил просьбу, и она сделала первый глоток.
– Где я буду? Мне надо вздремнуть.
Она проспала почти всю дорогу и хотела ещё?
Эта мысль вызвала вспышку паники, и он залпом осушил свой стакан. Когда он наливал по-новой, горлышко звякало по стеклу.
– Защищай. Удовлетворяй.-
Пересекая большую комнату, он сказал
– Твоя спальня на втором этаже, - со свинцовой тяжестью в ногах он поднялся по каменной лестнице.
То, что он там обнаружил, заставило его заскрежетать зубами от разочарования. Ни одна из гостевых комнат не была приготовлена. Равно как и детская братьев. Мебель покрывали чехлы, окна были плотно запечатаны.
Он мрачно поднялся на ещё один пролёт, оказавшись на этаже хозяев. Разумеется, этот этаж был полностью готов. Манро, ты - придурок.Обходиться с Уиллом, словно с хозяином поместья?
За ним беспечно вошла Хлоя, а затем закружилась на месте.
– Какая красота, - выдохнула она.
И он её понимал. Освещённое мягким светом ещё одного камина, просторное помещение раскинулось от одного конца поместья до другого и было со вкусом обставлено, хотя интерьер выглядел не так, как раньшк. Родительское ложе заменили на гигантскую кровать с пологом, а мебель - на более современные аналоги. Не было и вышитых матерью парчовых занавесей и покрывал, им на смену пришли более лёгкие ткани. Шотландка по кайме постельного покрывала была фамильных цветов МакРивов.
Хлоя подошла к панорамным окнам, расположенным полукругом.
– Как называется этот лес?
– Мрачный Лес, - он стиснул кулаки. Лес, где умерла его мама. Дом Руэллы находился в этом лесу. Помни, Уилл. Помни, как ты был слаб.
То, что Хлоя услышала в его голосе, заставило её поднять взгляд. Казалось, она отметила его реакцию.
– Это место, куда ты никогда не пойдешь.
Послав ему выразительный взгляд, она развернулась к противоположной стене, где расположилась ещё одна группа панорамных окон. Отсюда ей были видны леса с северной стороны, а также внутренний двор. В центре росло цветущее вишнёвое дерево - как то, в Луизиане, только гораздо больше. Оно было здесь ещё в дни его детства.
Увидев дерево, Хлоя ахнула. Словно подстёгиваемый какой-то невидимой силой, к ней присоединился МакРив. Нет, не невидимой силой - должно быть, сработало её распыление. Оно усилилось?
Они молчали, наблюдая за дрожащими на ветру лепестками. Уилл знал, что они оба думают о том прекрасном дне.
И все же, опустив глаза, она сказала:
– Ты действительно облажался, МакРив. Каждый день мог бы быть похож на тот. Вечность из таких дней, всё как ты обещал. Видимо, я должна быть благодарна тебе уже за то, что ты меня ещё не обезглавил.
– Пожав плечами, она направилась к гардеробной.
– О, господи, здесь полно новой одежды! Именно то, что я ношу!