Мальчик

Фергус

По спине Брена побежали мурашки. Даже не спрашивая, он понял, что случилось нечто очень нехорошее.

Тит лежал неподвижно. Гай давился слезами, теребил его одежду, но парень не чувствовал прикоснований. На его горле запеклась чудовищная рана, оставленная острыми клыками, глаза остекленели. Вне всяких сомнений Тит был мёртв.

Брен услышал, как за его спиной охнул Агнус. Маленький овечий мальчик упал на колени рядом с Гаем и закрыл лицо руками. Брену хотелось поступить также. Окружающий мир, стены пещеры, фигуры ребят - всё поплыло у него

перед глазами, и он ни на чём не мог сфокусировать взгляд.

Урсус и Флор продолжали покрывать ударами труп демона, двигаясь, словно бездушные куклы, зачарованные выполнять одно и то же действие. Гай и Агнус на полу захлёбывались в рыданиях. Запах крови и слизи вызывал тошноту. Среди всего этого ада взгляд Брена выхватил спокойное лицо Корвуса и впился в него, как в единственное устойчивое пятно в сошедшем с ума мире.

Корвус протянул руку и схватил Брена за плечо, как будто тот в любой миг мог упасть. Светло-серые глаза были полны печали, но не растерянности. И глядя в них, Брен чувствовал, как мир постепенно возвращается в устойчивое положение.

Ну почему?! Почему так случилось? Никто ведь не должен был умереть!

Фенрис IV

Холод стоял собачий. Червень подошёл к концу, и наступил зарев, но надежд, возложенных на него, этот месяц не оправдал. Даже самым неунывающим пришлось признать, что тепла этим летом уже не дождаться.

Фенрис ехал рядом с сиром Люпусом по каменистой просёлочной дороге. Позади них держались два следопыта из Волчьего ордена, Галбаций и Вук. Фенрису не слишком нравились эти парни, но магистры их очень ценили. Что неудивительно, ведь Галбаций и Вук были одними из немногих Беспалых на службе ордена.

– Думаете, это упыри или гули?
– спросил Фенрис у Люпуса. Тот пожал плечами.

– Пока неясно. Но всё-таки надеюсь на гулей. Меня коробит от одной мысли, что по королевскому домену бродит толпа прожорливых упырей.

Вдали показались крыши деревни, куда и направлялась процессия. В сером утреннем воздухе они казались холодными и неприютными. Фенриса охватило нехорошее предчувствие.

Вук тронул поводья коня и оказался рядом с магистром. Обычные лошади опасались Беспалых, поэтому в Волчьем ордене их специально натаскивали возить Охотников.

– Я чувствую запах крови, - негромко сообщил Вук, раздувая ноздри. Фенрис вздрогнул. Он не знал, что нервирует его сильнее: пугающее сообщение или облик следопыта.

– Из деревни?
– уточнил Люпус, хотя это и так было ясно.
– Быстрее!

Всадники пришпорили коней и понеслись со всей скоростью, какую позволяли неровные дороги Железных холмов. Совсем скоро они достигли первых изб. Деревня казалась безлюдной, тишину не нарушало даже мычание коров.

– О боги!
– тихо выдохнул Фенрис, завидев первый труп. Молодая женщина лежала на пороге своего дома, её горло было разодрано, а тело, едва прикрытое остатками платья, казалось обескровленным.

– Посмотри вокруг, она не одна такая, - заметил Люпус.

Фенрис послушно посмотрел вокруг и ужаснулся. Повсюду, незаметные на первый взгляд, валялись трупы: мужчины, женщины, дети. Большинство из них были искусаны до неузнаваемости, у некоторых не хватало частей тела. И хотя Фенрис уже всякое повидал на службе в Волчьем ордене, его всё ещё немного тошнило при виде такого количества мёртвых тел.

Вук пружинисто соскочил с седла и опустился на корточки рядом с женщиной. Принюхавшись, следопыт мягко провёл подушечками пальцев по отметинам на её теле.

– Упыри, - уверенно заявил он.
– Целая стая, судя по тому, что они здесь натворили.

– Нужно поискать выживших, - предложил Фенрис. Люпус покачал головой.

– Выживших, скорее всего, не осталось. А если кому-то и удалось уцелеть, то он давным-давно удрал подальше от этого места.

Разумно. На месте перепуганных крестьян Фенрис поступил бы точно так же.

– Значит, мы опоздали, - горько произнёс он.

– Но мы ещё можем уничтожить тварей, чтобы избежать дальнейших жертв, - невозмутимо ответил Люпус.
– Вук, Галбаций, вы знаете, что делать.

Без лишних слов следопыты стали раздеваться. Фенрис смущённо отвернулся. Он видел эту процедуру уже несколько раз, но всё ещё никак не мог привыкнуть к ней.

Две волчьи тени пронеслись мимо него. На мгновение звери дружно опустили носы к земле, выискивая нужный запах, а потом скрылись за пределами деревни. Одежда, сброшенная следопытами, осталась лежать возле их лошадей.

– А мы пока с тобой похороним павших, - сказал Люпус.
– Я разведу огонь, а ты тащи трупы. И будь осторожен, вдруг кто-то из тварей ещё здесь.

Фенрис стал исполнять поручение. Выживших, как и утверждал Люпус, он не нашёл, только мёртвых. Рыцарю не нравилось, что вместо положенного погребения приходится предавать погибших огню, но он давно смирился. Как правильно сказал сир Люпус, если вовремя не уничтожить заражённые тела, как тогда остановить эпидемию?

И всё-таки хоть Фенрис и не мог устроить достойного обряда похорон, он тихо прочитал молитву. Богу Сино - чтобы благополучно пропустил души в солнечное царство. Богу Ай - чтобы присмотрел за ними там. И Матери-Земле - чтобы приняла детей своих в лоно своё, хоть их тела и сгорят в огне.

– Это уже вторая деревня, - пробормотал он, укладывая на помост из дров последний труп.
– Что же происходит?

Как ни тихо прозвучал вопрос, магистр услышал. Он мрачно нахмурился.

– Я не знаю. Раньше такого никогда не случалось. Пока что я могу сказать только, что нежити становится всё больше. Гули возвращаются с того света и создают упырей, а упыри, в свою очередь, отправляют граждан Ланда на тот свет. Это как заколдованный круг.

Магистр поджёг костры. Фенрис отошёл подальше, чтобы не видеть, как мёртвые корчатся в огне. В это мгновение рядом послышался волчий вой. Из-за ближайшего дома выпрыгнул голый Галбаций.