Малец

Каталкин Василий

– Десятник сказал, что не пойдут за бурятами вдогон, - подал голос Алексашка, - мол, надо с силами собраться, а потом уже по следу. Думаю бесполезно это все, к тому времени коней в степи разведут, не сыщешь.

– Это да, - вздохнул Остап, - придется мне у дядьки кобылу выпрашивать, старовата она у него, но может этот год еще потянет, а потом все равно коня искать. Без коня совсем худо.

– 'Конечно, худо', - думал Степан, - 'Остап-то это так говорит, как мне ему мыкаться не пришлось'.

Казак повернул

голову и посмотрел на запад, облака темной полосой закрывали горизонт, часа через два они придут к Иркутску. К этому времени солнце окончательно покинет небосвод, поэтому ночь обещает быть темной.

– Смотри, куда это малец навострился? Никак на охоту двинул.
– Хмыкнул Остап.
– Да еще в сторону бурят, совсем с головой не дружит.

– Так, то ж Васька, горелец, - рассмеялся Алексашка Кривой, - а он с головой с рождения совсем не дружил. Так что Остап ты здесь сразу угадал.

Точно, Степан увидел сосредоточенного паренька с луком за спиной и копьем наперевес, идущего в сопровождении пса мимо них в сторону леса. Казак сначала тоже подумал, что малец шел на охоту, но что-то показалось неправильным, и чуть спустя понял что именно.

– Васька стой, поди сюда, - крикнул он пареньку.

Тот остановился и, повертев головой, нехотя направился к казакам.

– Никак в лес собрался, малец?
– Вкрадчиво спросил Степан.

– Ну, да.
– Подтвердил тот, - пока солнце не село, попробую подстрелить чего.

– Ага, - покивал казак, - ты случаем не на медведя собрался, раз с копьем идешь?

– Не, может, кабаргу подстрелю, а копье так, вдруг подсвинок там попадется, или еще кто покрупней.

– Ну, да. Ну, да, - снова принялся кивать Степан, - после бурятских отрядов живности вокруг Иркутска хоть отбавляй, сама на копье берется. Самое время охоты.

Подросток пожал плечами, дальше оправдываться было глупо.

– Ну, ладно, - принял серьезный вид казак, - кончай Ваньку валять. За бурятами вдогон пошел?

– А чего делать-то?
– Набычился малец.
– Нам такую кобылку больше не потянуть, а тут по темноте до Куды догоню, да по-тихому назад скраду.

– До Куды?
– Удивленно протянул Степан.
– Так это ж почитай верст двадцать с гаком, да еще по лесам. А солнце часа в два скроется.

– Ну и что?
– Снова нахохлился Васька.
– Мне темнота не помеха, а в помощь.

– Да-а?
– Рассмеялся казак, но тут же осекся, как-то сразу вспомнился мимолетный разговор с Никшей, когда попросил его рассказать о походе за солью. Так этот старый казак утверждал, что малец, который с ними был, в абсолютной темноте стрелой татя посек.

И тут Степана торкнуло, а ведь прав Васька, можно коня темной ночью по-тихому скрасть. Боевой друг не выдаст.

– Погоди, а почему ты решил, что буряты на Куде встанут?

– А где им еще встать?
–

Пожал плечами подросток.
– Дальше опять лес, до темноты пройти может быть и успеют, а вот лагерь наладить нет.

– 'Есть резон в его словах', - согласился Степан, - 'в случае чего, можно и обратно в лес нырнуть, по такой темени вряд ли кто из бурят решится туда сунуться'.

И казак решительно тряхнул головой:

– Жди, я тоже с тобой пойду.
– При этом он даже не обратил внимания на скривившегося подростка.

Через полчаса группка безлошадных казаков, проскочив через луг, скрылась в начинающем темнеть лесу. Не успели отмерять и пяти верст, небо потемнело, и хотя пока еще угадывалось за кронами деревьев узкая его полоска, разглядеть тропу стало невозможно, Васька сунул древко своего копья в руку Степана, а тот в свою очередь протянул свое копье идущему следом Остапу. Так гуськом они и двигались некоторое время. Как в такой темноте малец мог что-то разглядеть, у казака не укладывалось в голове, но ведь он четко шел по тропе и даже иногда предупреждал о возникших на пути препятствиях. Вскоре тропа запетляла и стала подниматься резко в гору.

– Стой малец, - приказал Степан, - совсем темно стало, надо фонари зажечь.

Через несколько минут отряд двинулся дальше, света фонарей хватало только-только, чтобы рассмотреть тропу прямо под ногами. Так они и шли на протяжении еще нескольких часов, причем чем дальше, тем больше Васька наращивал темп. Когда выбрались на вершину какого-то холма, малец остановился.

– Надо остыть, дальше без фонарей пойдем, - объявил он, - до Куды версты полторы, свет на сопке со стороны далеко виден.

Алексашка на эти слова подростка в удивлении только головой покачал. Степан тоже был согласен с другом, как в таких условиях ориентироваться в лесу, да еще точно определиться с местом? Но почему-то словам Васьки верилось. С сопки спускались опять держась за копья, темнота была абсолютная, Степан не видел ничего, что с открытыми глазами, что с закрытыми, все едино. Даже псина изредка поскуливала, держась где-то ближе к подростку. Внизу сопки снова остановились:

– Здесь буряты, - тихо заявил Васька, - у самой речки расположились, табун частью здесь, а частью за рекой.

Степан начал усиленно вглядываться в темноту, и ... есть - где-то далеко за деревом мелькнул слабый огонек костра.

– Надо бурят обойти и ниже к Куде выйти.

– Если надо, так давай, - разрешил казак.

Дальше опять долго куда-то шли, по-прежнему держась за древки копий. Только по тому, что прорезался звук цикад, да перестала путаться трава под ногами, Степан определил, что они идут по степи.

– Здесь встанем, - наконец объявил подросток, - небольшая низинка тут, если хотите можно фонарь зажечь, никто со стороны не увидит.