Малефисента
Шрифт:
— Аврора, — начала Малефисента, — я должна кое-что сказать тебе.
— Да? — Аврора подняла на нее свой невинный и чистый взгляд.
Малефисента остановилась, переминаясь с ноги на ногу и не зная, как ей продолжить.
— В мире есть зло, — сказала она наконец. — И я не могу уберечь тебя от него.
Ожидая, что принцесса встревожится, Малефисента была удивлена, увидев, как та улыбается.
— Мне почти шестнадцать лет, крестная. Я уже могу позаботиться о себе.
Сама того не желая, Малефисента улыбнулась. Какая храбрая, но при этом какая наивная девочка!
— Понимаю. Но я не об этом…
— У меня есть
При виде горделивой улыбки на лице Авроры Малефисенте не оставалось ничего иного, как только улыбнуться в ответ. Совершенно ясно, что девочка много думала об этом. Очень трогательно, что она не просто хочет жить на вересковых топях, но и стать частью жизни самой Малефисенты. Аврора не знала, что ожидает ее в будущем, о проклятии, которое невозможно было снять. Она рассчитывала провести всю свою жизнь рядом с феей-крестной. На вересковых топях, а не в домике со своими тетками, где все было бы гораздо проще. Там у нее был дом, семья — во всяком случае, то, что она считала своим домом и своей семьей. А здесь, на вересковых топях, ее товарищами могли бы стать только лесные создания. Конечно, здесь у нее были бы еще и Диаваль, и Малефисента — правда, насколько приятной показалась бы ей такая компания спустя какое-то время? Но это было бы так чудесно…
От слов Авроры сердце Малефисенты забилось чаще. «Минутку, — подумала она. — Почему мне раньше не пришло это в голову?»Может быть, — всего лишь может быть, — есть способ избежать проклятия и дать Авроре то, чего она хочет и чего, если честно, хочет и сама Малефисента? Если Аврора будет жить на вересковых топях, она никогда не притронется к веретену и избежит судьбы, предсказанной ей почти шестнадцать лет назад. Чувствуя нарастающее возбуждение, Малефисента повернулась к Авроре.
— Тебе не нужно ждать, когда ты повзрослеешь, — сказала она. — Ты можешь поселиться здесь уже сейчас.
— Но тетушки никогда не позволят мне этого, — печально покачала головой Аврора.
— Думаю, ты сама сможешь о себе позаботиться, — заметила Малефисента, надеясь, что ее слова прозвучат не так безнадежно, как ее ощущение самой себя. Теперь, когда мысль о возможном спасении Авроры прочно застряла у нее в голове, Малефисента не хотела отступиться от нее.
— Могу, — ответила Аврора. — Но им будет грустно без меня, — она помолчала, затем улыбнулась так, словно ей в голову тоже пришла хорошая идея. — А они смогут приходить навещать меня?
Малефисента подавила стон. Нотграсс, Фислвит и Флиттл? Здесь? Эти предательницы возвратятся на вересковые топи и, что хуже всего, в ее рощицу? Отвратительная идея. Эти три пикси покинули свой дом, чтобы жить с врагами… но, правда, ведь именно они вырастили Аврору. И, как бы то ни было, они неплохо справились со своей задачей. Пусть даже с невидимой маленькой помощью Диаваля и самой Малефисенты. Глядя в полное надежды лицо Авроры, Малефисента уже знала, что у нее нет выбора. Если она хочет, чтобы Аврора жила в безопасности на вересковых топях, ей придется пропустить пикси сквозь Стену. Только не навсегда. Не в любой момент, как они пожелают. Впрочем, эти детали они с Авророй могут обсудить позже. А сейчас она просто скажет «да».
Аврора радостно
— Тогда я, конечно, хочу! — воскликнула она. — Я буду спать в дереве, питаться ягодами и орехами, и все феи будут моими друзьями. Я буду счастлива здесь до конца моей жизни. Завтра же расскажу им об этом!
С этими словами Аврора рванула вперед, переполненная мыслями о своей будущей жизни.
Идя следом за ней, Малефисента радовалась тому, что все понемногу устраивается.
ГЛАВА ДЕВЯТНАДЦАТАЯ
Благополучно отнеся Аврору в ее постель, Малефисента провела остаток ночи, беспокойно бродя по лесу рядом с домиком. Наступающий день был важен по многим причинам. Всего через три дня Авроре исполнится шестнадцать. И прежде чем этот день настанет, Аврора должна оказаться на вересковых пустошах. Хотя Малефисента была уверена в том, что Аврора останется непреклонной и сумеет противостоять своим «тетушкам», ей хотелось быть неподалеку. Чем ближе был шестнадцатый день рождения Авроры, тем сильнее у Малефисенты становилось ощущение, что нужно действовать безотлагательно. Аврора немедленно должна оказаться на вересковых пустошах, на безопасном расстоянии от веретен.
Когда выглянуло солнце, к Малефисенте присоединился Диаваль, и они вдвоем направились к лужайке. Стоя в безопасной тени деревьев, они наблюдали за тем, как пробуждается домик. Услышали звон кастрюль, которые ставят на очаг, и шипение яичницы. Затем послышалось, как моют тарелки, и донеслась перебранка пикси, не вымывших посуду с вечера. Малефисента улыбнулась. Славно будет забрать Аврору подальше от этой троицы, даже если придется разрешить им иногда ее навещать.
Наконец в двери домика показалась Аврора. Она посмотрела в голубое небо, улыбнулась, наскоро попрощалась со своими тетками и направилась к лесу, как делала это каждое утро. Но сегодняшнее утро было особенным, и не только потому, что рядом были Малефисента и Диаваль. Сегодня утром Авроре предстояло набраться смелости, чтобы рассказать своим теткам ошеломляющую новость.
— Тетушки, мне уже почти шестнадцать, и я хочу жить своей жизнью, — услышала Малефисента, как Аврора репетирует на ходу свою речь, и улыбнулась. — Я вас очень люблю, но пришло время…
Голос Авроры резко оборвался, когда она услышала шум в кустах. Оглянувшись, Аврора увидела развесистое дерево и быстро спряталась за ним. Малефисента тоже услышала шум и повернула голову к растущим поблизости кустам. Спустя секунду она увидела, как из них вышел красивый юноша, ведущий за собой большую белую лошадь. Он смахнул рукой упавшую на его карие глаза густую каштановую прядь и огляделся вокруг.
— Есть здесь кто-нибудь? — окликнул он.
Аврора выглянула из своего укрытия. Увидев юношу, она снова поспешила спрятаться, а ее щеки запылали.
Глядя на происходящее, Малефисента почувствовала тревогу. Принцесса еще никогда близко не видела юношей, да еще таких красивых, как этот. А юноша, нельзя не признать, был очень, очень красив — у него была величественная осанка, широкие плечи, узкая талия и, насколько можно было разглядеть, добрые глаза. Что произойдет, если они с Авророй заговорят? Очарует ли этот юноша Аврору точно так же, как в свое время очаровал Малефисенту Стефан? Захочет ли она после этого жить на вересковых топях? Или предаст свою крестную фею так же, как когда-то сделал ее отец?