Малефисента

Рудник Элизабет

Входя в гостиную, она улыбнулась, увидев, что ее тетушки снова ссорятся. Услышав шаги Авроры, они застыли, а затем с виноватым видом повернулись к ней. Но Аврора не обратила на это внимания и, как головой в омут, бросилась сообщать свои новости.

— Мне нужно с вами поговорить кое о чем, — начала она.

— Все, что захочешь, радость моя, — ответила Флиттл, приглаживая свои слегка растрепанные волосы.

— Мне жаль, что я должна сказать вам об этом, и, пожалуйста, не расстраивайтесь, но дело

в том, что завтра мне будет шестнадцать, и поэтому…

Голос Авроры сорвался, ей трудно было продолжать.

— Ну и? — подсказала ей Фислвит.

Аврора глубоко вдохнула, а затем поспешно выпалила одним духом:

— Я ухожу из дома.

Аврора ожидала, что после этих слов начнутся слезы, ахи, охи, и была удивлена, увидев, что вместо этого лицо Нотграсс побагровело от гнева.

— Нет, не уйдешь! — закричала она. — Я не для того провела столько лет в этой жалкой лачуге с этими двумя тупицами, чтобы в последний день ты все испортила! Мы отведем тебя назад, к твоему отцу…

Как только эти последние слова слетели с ее языка, Нотграсс поспешно прижала руку ко рту. Она вовсе не собиралась это говорить.

— К моему отцу? — побледнев, переспросила Аврора. — Но вы говорили, что мои родители умерли.

Тетки стали переглядываться, молча соображая, что же им делать. Наконец Флиттл похлопала ладонью по скамье рядом с собой и сказала:

— Тебе лучше присесть.

Приведенная в замешательство, Аврора стала ждать, что ей расскажут тетушки.

— Крестная фея! — разнесся голос Авроры над лесной поляной. Услышав в ее голосе тревогу, Малефисента вышла из тени, а Диаваль остался сзади. Сегодня был день накануне шестнадцатилетия Авроры, и принцесса собиралась прийти на это место после того, как скажет своим теткам, что уходит из дома. Было ясно, что что-то произошло, а зная связи трех пикси со Стефаном, Малефисента моментально вычислила, что они, пытаясь удержать Аврору, скорее всего, рассказали ей о ее прошлом. Вопрос в том, как много они рассказали?

— Я здесь, — сказала Малефисента, окидывая принцессу быстрым взглядом.

Глаза девушки, обычно ясные, были сейчас полны слез, а локоны спутались так, будто Аврору только что оттаскали за волосы. Малефисента молчала, со страхом ожидая, что скажет Аврора.

— Когда ты собралась сообщить мне о том, что я пр о клята? — полным муки голосом спросила Аврора.

Малефисента оказалась права. Эти суетливые придворные кумушки действительно рассказали Авроре о том, что произошло много лет назад. Но Аврора упомянула только, что она проклята, но не сказала, кто наложил проклятие…

— Скажи, это правда? — умоляющим тоном спросила Аврора.

— Да, — коротко ответила Малефисента, кивнув головой.

Лицо

Авроры поникло.

— Но я всего лишь ребенок! — крикнула она. — Кто мог сотворить такую ужасную вещь с ребенком? — она взглянула на Малефисенту своими голубыми глазами и продолжила: — Мои тетки сказали, что это была злая фея. И они назвали ее имя. Они сказали… сказали…

Она расплакалась, не в силах произнести имя вслух.

Видя страдания Авроры, Малефисента не выдержала. Повернувшись в сторону так, чтобы не встречаться с Авророй взглядом, она сама произнесла вслух это имя:

— Малефисента.

У стоявшей позади нее Авроры широко раскрылись глаза, словно что-то щелкнуло у нее в голове и разрозненные кусочки головоломки начали складываться в единое целое.

— Это твое имя? — спросила она. — Это ты Малефисента? Это ты прокляла меня?

Малефисента медленно повернулась лицом к принцессе. Не так ей хотелось сообщить Авроре о том, кто она такая и что натворила. Но что теперь делать? А правда, она всегда выйдет наружу, не так, так этак.

— Да, — негромко ответила Малефисента.

Аврора приложила руку к сердцу, пораженному, как стрелой, признанием Малефисенты. Затем принцесса взглянула на Малефисенту так, словно впервые увидела ее. Этот взгляд прожег Малефисенту насквозь. Она понимала, что только что мир Авроры перевернулся с ног на голову. Малефисента сделала то же самое, что когда-то сделал Стефан с ней самой, — заставила принцессу поверить ей, а затем жестоко разбила ей сердце. «Какая насмешка судьбы», — подумала Малефисента, а Аврора тем временем повернулась, чтобы уйти.

— Погоди! — крикнула Малефисента, протягивая руку.

Аврора яростно отпрянула, увернулась, затрясла головой и закричала:

— Нет! Не прикасайся ко мне! Ты и есть то самое зло! Это ты, ты!

Она повернулась, убежала и скрылась в лесу.

Глядя ей вслед, Малефисента чувствовала, как последние силы покидают ее. Ей стало тяжело дышать. Слишком долго она не желала признаться в том, что на самом деле совершила, — ни себе самой, ни Авроре, а теперь настал час расплаты.

Она долго стояла на месте, мечтая повернуть время вспять и никогда, никогдане накладывать того проклятия. Никогда даже не заикаться ни о веретене, ни о Поцелуе истинной любви… Внезапно в Малефисенте вспыхнула искорка надежды. Может быть, еще есть способ все исправить. Может быть, Диаваль был прав и настоящая любовь все же существует — хотя бы для некоторых людей. Она подняла взгляд, посмотрела глаза в глаза ворону и сказала:

— Найди его.

Диаваль взмыл в воздух, а Малефисента молча принялась молиться о том, чтобы все не оказалось слишком поздно.