Манро
Шрифт:
Собрав последние остатки самообладания, он вышел из комнаты и закрыл за собой дверь. Затем взял фляжку виски, которую Лоа упаковала ему — волшебную, никогда не пустеющую, — и вышел на террасу. Его встретила живописная трансильванская сельская местность. Виски и прохладный ночной воздух не уняли возбуждение. Никогда ещё он не испытывал такого желания, будто погрузился в глубины безумия, прежде чем достиг высот. Его женщина чертовски идеальна, с врождённой чувственностью, просто умоляющей исследовать её.
Услышав, шорох одеяла, Манро отдал бы правую руку, чтобы
Его телефон запищал, привлекая внимание. Старые сообщения продолжали приходить. Пришло электронное письмо от Дома ведьм, в котором сообщалось о завершении заклинании вокруг Гленриала. К электронному письму приложен контракт с условиями предоставления услуг. Контракт на пятьсот страниц, который нужно будет прочитать.
В этот момент раздался рёв динозавра, предупредивший о сообщении от Ронана.
«Пропал на несколько недель и не возвращаешься домой? Потому что проводишь медовый месяц с парой, путешествуя во времени».
Вся стая, должно быть, уже всё слышала. Желая узнать больше о том, как дела у парней, и узнать подробности об Уилле и Хлое, он набрал номер Ронана. Парень не брал трубку.
Подростки.
Манро отправил сообщение: «Чрезвычайная ситуация. Мы вернёмся так скоро, как сможем».
Ронан: «А что, если мы ей не понравимся? Ну, я-то потрясающий, но Бен…»
Они оба по-своему ничтожество. Типичный для такого возраста, Ронан был капризным и бунтарским, а Бен болезненно застенчивый со вспыльчивым зверем.
Манро ответил: «Керени справедлива. Если будешь хорошо к ней относиться, понравишься. Оставайтесь за стенами Гленриала. Чернокнижники могут нацелиться на тебя и Бена».
Ронан: «Да и на здоровье. Я узнал несколько заклинаний у своей подружки-ведьмы».
Он ведь понимает, что слова проберут Манро до костей. Это розыгрыш? Манро повторил: «Оставайтесь за стенами. Это приказ».
Ронан: «(Смайлик со средним пальцем) Спасибо. Я — номер один. Как Уилл? Недоумок и Хлоя в порядке. Когда Уилл узнал истинный вид Хлои, заработал прозвище «Недоумок», ужасно обойдясь с ней. Кстати, предупредите нас за двое суток до появления в коттедже».
Манро выдохнул и сделал ещё один глоток из фляжки, прокручивая в голове полную боли историю Уилла. Манро не мог до конца поверить, что его брат настолько изменился. Но разве сам Манро не начал исцеляться в присутствии своей пары? Он посмотрел в сторону комнаты Керени. Каждая минута, проведённая с его парой, приглушала воспоминания о Квондоме…
Серые волки так и выли в округе, когда пришло сообщение от жрицы.
Лоа: «Пока ничего не известно о прошлом Керени, но Лотэр заинтригован твоей историей. Решил сделать тебя послом вервольфов в Дакии. Я не стала поправлять его. Он разрешит вам с Керени въезд».
«Когда?» — Манро нужно обсудить это с королём.
«Дакийский генерал телепортирует вас из гостиницы в ближайшие два дня».
Но он может не получить ответа от Уилла.
«Мне нужно, чтобы брат присмотрел за Керени, пока я буду на встрече с Лотэром».
Несмотря на то, что Уилл безнадёжен, когда дело касалось ответственности,
Лоа: «Старый враг разрешит тебе прийти только с парой».
Манро стиснул зубы, печатая: «Почему?»
Долго двигался карандашик, а слово «печатает» вибрировало, а потом: «Рычаги воздействия, чтобы ты себя хорошо вёл».
Глава 32
Она долго ворочалась.
Рен ударила кулаком по подушке и попыталась принять другое положение на мягкой кровати. Всё в этой комнате — от уютного кресла у окна до дивана у камина — было создано для комфорта. И всё же тело было чересчур напряжено, а разум переполнен чувством вины.
Ликан перестал её целовать раньше, чем она хотела. Бессмертный волк порядочный человек. Прождав Рен почти тысячелетие, Манро отказал себе, несмотря на желание, с которым явно боролся. Может ли что-нибудь быть сексуальнее возбуждённого мужчины, который ставит женщину на первое место?
После ухода Манро, Рен ошеломлённо разделась, положив свой клинок на тумбочку. Затем представила себе скромную ночную рубашку, прикрывая, как можно больше тела, чем привыкла. Теперь она смотрела в потолок, теребя манжет и прокручивая в голове встречу. Её губы загорелись желанием вновь поцеловать Манро, соски напряглись от воспоминания о его ловких пальцах. У неё возникло искушение унять возбуждение, но когда она пошевелила рукой, внимание привлекло обручальное кольцо. Неужели оно ничего не значит? Неужели все годы бок о бок с Джейкобом, ничего не значили? Хотя она не верила, что они смогут воссоздать ту страсть, которую она испытала с Манро, Джейкоб по-прежнему её муж и лучший друг. Как только вернётся в прошлое, она признается во всём, что сделала, и научится жить без волка.
Она нахмурилась, когда в голову пришла мысль. Если любовник существовал для Рен, возможно, такой существовал и для Джейкоба. Может, он смог бы испытать такой уровень страсти с другой. Когда Рен объявила о помолвке, Ванда сказала:
— Джейкоб хороший человек, но он не твой хороший человек. Ты мешаешь ему найти женщину, которая будет обожать его так, как надо.
Рен ответила:
— Тогда почему он продолжает просить меня выйти за него замуж?
— Потому что не видит дальше тебя.
Может, Ванда права. Справедливо ли, если Рен и Джейкоб останутся женатыми?
Как бы то ни было, она бы не выбрала Манро. Девушка, которая родилась и выросла, охотясь на монстров, не могла связать свою судьбу с одним из таких — независимо от того, сколько удовольствия доставлял монстр.
Приняв решение, она встала, чтобы подбросить ещё полено в огонь, затем вернулась, чтобы снова попытаться заснуть. Снаружи начал накрапывать дождь, и ей страстно хотелось услышать, как он барабанит по крыше фургона. Здесь всё было слишком тихо. С наступлением темноты цирк жил собственной жизнью. Животные храпели. Часовые пьянствовали, когда заканчивали смену. Охотники постарше рассказывали истории у костра…