Маньяк всегда прав
Шрифт:
Зуев согласился. Предложение было не только резонным, но и своевременным. А упустить время, значит – упустить маньяка.
– Жаль, этот Гаврюша не может говорить, – сказал Зуев, на ходу переваривая все, что им рассказал Валяев.
– Зато заведующий психушкой – может. И ему придется рассказать о многом. Мы его задержим и отвезем к нам в отдел. А в больнице разговора не будет. Там он, в родном кабинете, слишком уверенно держится.
– Словно помещик в своем поместье, – вставил Зуев, а Камагин
– Точно, как помещик. А нам важно сломить его психологически. Сунем на пару часов в камеру к «подсадному». Пусть он с этим психом поболтает, а потом проведем жесткий допрос. И показания Валяева предъявим как обвинение. Посмотрим, как отреагирует. А затем устроим им очную ставку. Припрем маньяка к стенке. И не только фактами. Валяев – это основной наш козырь. Топольский уверен, что против него нет свидетелей.
И у Камагина, и у Зуева было радостно на душе. Столько бессонных ночей потрачено! Столько нареканий от начальства! Но теперь все позади. Маньяк и его подручный убийца известны. И уж теперь сыщики постараются отправить преступников за решетку.
– Как привезем обоих в отдел, сразу в разные камеры посадим. Этот немой наркоман долго без дури не протянет. День, два, и расколется, – вслух подумал Камагин.
– Немой? – удивился Зуев. – Но ведь он ничего не расскажет.
– Зато написать может. А письменные показания важнее словесной болтовни. Лишь бы показания этого немого были записаны собственноручно. Все до капельки надо из него выжать.
– Выжмем, – пообещал Зуев, усаживаясь в машину.
Глава 16
К великому разочарованию обоих сыщиков, Топольского на месте не оказалось. Вот тебе и наука – не радуйся наперед.
Заместитель главного врача металлическим голосом по телефону сообщил им на проходную, что Александр Иванович после дежурства уехал домой.
С заместителем разговаривал Камагин. Зуев стоял рядом. Услыхав, что Топольский отсутствует, лейтенант спросил шепотом:
– А немой Гаврин на месте?
Охранник, крупный, плечистый мужчина, подозрительно покосился на него.
Камагин с трубкой в руке отвернулся, чтобы Зуев не мешал.
– Вас как звать-величать? – веселым тоном спросил капитан у заместителя, выполнявшего в отсутствие Топольского функции главного врача лечебницы.
– Николай Петрович Зябликов, – ответил из трубки тот же металлический голос.
Камагин усмехнулся. Уж очень смешной показалась фамилия заместителя. Он припомнил эту маленькую, скромную птичку.
Хорошо, что Зябликов не видел этой усмешки, а то бы наверняка обиделся. Судя по голосу, он был человеком весьма серьезным.
– Зверь, а не человек. Если что не так, разнесет в пух и прах, – подтвердил охранник.
Камагин
– Вот что, уважаемый Николай Петрович, – голос капитана зазвучал серьезно, и человек с фамилией Зябликов напрягся, ожидая, что скажет ему оперативник.
– Я старший инспектор уголовного розыска капитан Камагин. Мы приехали к вам по срочному делу. Раз вы в отсутствие Топольского здесь самый главный, дайте указание охране немедленно пропустить нас на территорию.
С полминуты Зябликов обмозговывал, как поступить. Все-таки уголовный розыск. По пустякам не приедут. И конфликтовать с этими ментами себе дороже. Наконец он сказал:
– Хорошо. Только без машины.
– Договорились, – согласился Камагин и, положив трубку на стол охранника, тихонько сказал Зуеву. – Ты наручники захватил?
Зуев сунул руку в карман пиджака. Но наручников там не было.
– Забыл, Николаич.
Камагин посмотрел на него, как на младенца.
– Эх ты. Я же тебе говорил, возьми.
– Из башки вылетело. Поспешил… Оружие взял, а наручники забыл, – оправдывался лейтенант. Не сказал, что приловчился ими открывать бутылки с пивом и потому всегда держал наручники в столе. В спешке, когда брал из сейфа пистолет, забыл достать из стола наручники.
– Куда идти, знаете? – полюбопытствовал охранник, заглянув в удостоверения сыщиков.
– Найдем, – ответил ему за обоих лейтенант и пошел за Камагиным.
– Идем сразу в кабинет к Зябликову, – сказал капитан, направляясь к административному зданию.
Заместитель главврача Зябликов оказался человеком невысокого роста со строгой физиономией. Он поздоровался за руку с обоими сыщиками и без всяких любезностей спросил:
– Слушаю вас. Только хочу сразу предупредить. Есть целый ряд вопросов, которые я не уполномочен решать без Александра Ивановича. Особенно по финансовой части, – строго подытожил он.
Камагин протопал к столу и, удобно рассевшись на мягком стуле, ответил:
– Ну наш-то вопрос пустяковый. Его можно решить и без Александра Ивановича.
Зябликов явно обрадовался, по крайней мере, лицо его стало не таким строгим.
– Тогда ладно. Выкладывайте, – предложил он и сел в свое кресло напротив Камагина.
– А чего тут выкладывать? Дело пустяковое, я же сказал. Пригласите сюда вашего кочегара, – сказал Камагин, поигрывая карандашом, взятым со стола Зябликова.
Заместителю показалось, что он ослышался.
– Кочегара Гаврина? – переспросил он.
Этот грязнуля никогда не внушал доверия заместителю главного врача. Непонятно: почему Топольский оказывает ему такое внимание?