Марабунта
Шрифт:
Наступил вечер. Непроглядная тьма легла на землю. Небо осветилось мириадами тускло поблескивающих звезд. С наступлением темноты усилилась тревога. Будут или нет наступать муравьи? Обороняющиеся не могли заснуть. Нервы были напряжены до предела. Люди напряженно вглядывались в темноту противоположного берега, прислушиваясь к малейшим шорохам, доносившимся из-за канала. Лайнинген расставил дозорных вдоль всей линии обороны, а в некоторых наиболее опасных местах мощными светильниками освещали вражеский стан. Свет выхватил из темноты громадные темные массы неподвижно застывших муравьев.
Казалось, ночи не будет конца. Но вот забрезжил рассвет. Небо над горизонтом
Однако, несмотря на успехи, ситуация складывалась не в пользу обороняющихся. Муравьиные армии завершали окружение плантации и делали попытки форсировать канал в разных местах. Контролировать положение становилось все труднее. И неизбежное случилось...
Лайнинген вдруг услышал встревоженные крики и увидел индейцев, бегущих от канала в сторону ранчо. Они размахивали руками и оглядывались. Эдгар понял: оборона прорвана. Действительно, нескольким тысячам насекомых удалось проникнуть на плантацию на одном из участков. Они и обратили в бегство испугавшихся людей. Англичанин сделал три выстрела в воздух, дав условный сигнал для отступления за вторую линию обороны- ров с нефтью.
Плантации кукурузы, табака с посадками апельсиновых и лимонных деревьев теперь достались врагу. С тяжелым сердцем Лайнинген шагал ко рву - последней преграде на пути муравьев.
Лайнингеи подошел к собравшимся за рвом индейцам. Со всех сторон на него смотрели сотни встревоженных глаз. Все ждали, что он скажет. А он стоял перед ними осунувшийся, похудевший, с плотно сжатыми губами, но спокойный и невозмутимый. Никакого волнения не отражалось на его лице. В трудных ситуациях он умел сохранять самообладание и уверенность. Эдгар не считал создавшееся положение безнадежным, но для защиты ранчо ему были нужны сильные духом люди. И поэтому, обращаясь к индейцам, он сказал: "Если кто из вас считает, что у нас нет выхода и мы погибнем, пусть покинет ранчо и переправляется через реку. Там еще нет муравьев и можно спастись. Ну, а с теми, кто пожелает остаться, я буду биться с красными дьяволами до победы!"
Он произнес последние слова очень громко, отчетливо, энергично взмахнув рукой, как бы отбрасывая все сомнения и возражения.
Однако индейцы не собирались спасаться бегством. В ответ на слова Лайнингена они закричали, что останутся на ранчо н дадут решительный отпор красным муравьям. Услышав столь единодушную поддержку, Эдгар улыбнулся и, не теряя времени, стал отдавать необходимые указания.
Тем временем муравьиный авангард достиг рва. Поначалу разведчики исследовали темную жидкость, а затем отошли назад. Муравьи не решились двинуться дальше и расположились лагерем на занятой плантации.
Наступившая ночь была такой же напряженной, как и предыдущая. А утром муравьи снова пошли вперед, но, дойдя до рва, остановились. Видимо,
Лайнинген стоял наготове у края рва. Он держал коробку спичек в руке, ожидая нужного момента. И когда увидел, что муравьи почти достигли другого берега, зажег спичку и бросил ее в нефть. Моментально вдоль всего рва вспыхнуло огромное пламя, опоясав огненным кольцом территорию, прилегающую к ранчо. Бесчисленное множество муравьев, громко потрескивая, заживо сгорело в огне. Лишь жалкие остатки в беспорядке отступали на исходные позиции.
Когда пламя погасло, в черный обуглившийся ров была вылета вторая цистерна нефти. Вскоре еще одна муравьиная армия бросилась на штурм и была уничтожена огнем.
Однако положение обороняющихся все более ухудшалось. Куда бы ни бросали свой взгляд защитники ранчо, всюду виднелись несметные полчища красных телец. Их армии увеличивались ежеминутно. Из-за реки также начали прибывать колонны насекомых, замкнувшие в конце концов кольцо окружения. Единственный путь к отступлению был отрезая, а в ров уже вылита третья, последняя, цистерна нефти.
Лайнинген решил, что настала пора применить оставшееся средство - открыть плотину и затопить окрестности. Иными словами, это означало затопить плантацию, но ранчо, расположившееся на холме, люди и животные были бы спасены.
Вся трудность состояла в том, что до плотины нужно было пройти три километра по территория, занятой муравьями. Эдгар пожелал сам выполнить эту рискованную операцию. Он одел комбинезон с капюшоном и смочил его нефтью, чтобы отпугивать насекомых. Затем обул высокие резиновые сапоги, доходившие до бедер, а на руки натянул длинные резиновые рукавицы. Глаза он защитил большими очками, а уши и ноздри заткнул ватой.
Англичанин попрощался с индейцами и дал им последнее указание - зажечь нефть, как только он окажется на другой стороне рва.
То, что произошло потом, было похоже на кошмарный сон. Лайнннген перепрыгнул ров н сейчас же на него набросились муравьи, словно только н ждали, когда он окажется среди них. Они цеплялись за ноги и, несмотря на нефть, стремились взобраться как можно выше. А Лайнинген бежал и бежал, стиснув зубы и топча сапогами копошащихся муравьев. Но они налипали на одежду все больше и больше и на полпути до цели острая жгучая боль пронзила его тело. Насекомые нашли брешь в одежде я беспощадные челюсти все чаще впивались в кожу бегущего человека. "Нужно спешить! Нужно спешить!" - стучало в его мозгу. Он на ходу сбрасывал руками муравьев, сумевших добраться до лица.
Спеша изо всех сил, Лайнинген быстро устал. Он начал задыхаться, соленый липкий пот заливал глаза. Но вот наконец и плотина. Крепко сжав губы, чтобы не дать муравьям проникнуть в рот, Эдгар обеими руками ухватился за рукоятку сливного устройства и потянул ее на себя. Но она не двинулась с места. Отчаяние охватило мужественного человека. "Неужели конец?" - пронеслось в его голове. И все же со второй попытки нечеловеческим напряжением Лайнингену удалось открыть слив. На мгновение он потерял сознание, а когда очнулся, услышал шум воды, устремившейся в канал. Плотина была открыта. "Скоро начнется наводнение, - подумал он, - и если я не успею вовремя вернуться, то утону вместе с проклятыми муравьями". И Эдгар устремился в обратный путь.