Мария

Манусов Юрий

Против воли у неё вырвалось:

– Встретимся здесь, завтра, в это же время, – Мария повернулась и пошла не оглядываясь. О креп-жоржете забыла.

Весь оставшийся день она отгоняла от себя мысли о предстоящей встрече, но они сами лезли в голову, как лезет из кастрюли взошедшее тесто. Невпопад отвечала матери, сестре. И только перед сном успокоилась: не придёт и ладно.

Проснулась чуть свет, села за машинку, но шить не смогла. Встала, прошлась по комнате. Подойдя к окну, приподняла штору. Дворник подметал опавшие от жары листья.

Мария решала, какое платье надеть. Примерила одно, другое, но в последний момент надела вчерашнее. Смешно было надеяться на «руку и сердце»!

В девятнадцать лет она чуть не вышла замуж. Отец желал выдать её за сына своего приятеля. Увы, чувств к молодому человеку она не испытывала, но издавна считалось: стерпится-слюбится. Скоропостижная смерть отца позволила ей избежать брака. С тех пор Марии не раз делали

предложение, но она уходила от ответа, ибо никто из кавалеров ей не нравился. И вот только вчера у неё неровно забилось сердце.

Девичий приём с опозданием Мария считала несерьёзным, поэтому вышла заранее. Наметила ещё зайти в церковь и поставить свечку Богородице.

Зонтик в этот раз не забыла, но открывать его не спешила, солнце не было таким палящим.

Степан пришёл. Пришёл в строгом костюме и с букетиком васильков. Мария всплеснула руками.

– Мои любимые цветы! Откуда вы узнали?

Степан вручил ей букетик.

– Здравствуй, Мария.

– Имя тоже знаете, – она спохватилась, ибо не ответила на приветствие. – Здравствуйте.

– Переходи на «ты», и я всё расскажу.

– Не могу на «ты». Откуда вы узнали моё имя?

– Прочитал в волшебной книге, а я, к твоему сведению, волшебник.

– И где находится волшебная книга?

– В моей голове.

– Что ещё есть в книге?

– Всё! Знаю даже, кому ты сейчас шьёшь платье.

– Но откуда?!

– Повторяю, из волшебной книги.

– Вам не достаточно забавляться? – Мария сказала серьёзно.

Степан засмеялся.

– Чего мы стоим, пошли.

– Куда?

– Предлагаю подняться на фуникулёре на вашу замечательную гору, там я нашёл таверну, где лучше всего готовят твоё любимое сациви.

– И это знаете.

Степан взял Марию под руку.

– Извини, я вчера пошёл за тобой и увидел у твоего дома дворника, он оказался разговорчивым.

– Дато?! Да из него двух слов не вытянешь.

– Смотря где разговаривать. В духане он выложил о тебе всё, что знал, и даже то, о чём только догадывался.

– Ах, Дато!

– Не ругай его, он говорил о тебе только хорошее.

– Я никогда никого не ругаю, – Мария открыто взглянула на Степана. – Можно хоть что-то узнать о вас?

– Нужно. Но прежде накормлю тебя.

Мария спохватилась.

– Я не голодна. Давайте пройдём к базару, хочу посмотреть одну ткань.

– Пожалуйста.

Мария передала васильки Степану и открыла зонтик. Выйдя из тени, пара направилась к базару.

Без всяких предисловий Степан повёл рассказ о себе.

Родился он в городе Ровно Волынской губернии. Родители и старшая сестра умерли от тифа, когда ему не было ещё и шести лет. Мальчика определили в приют, где он быстрее всех освоил грамоту. Способности его оценили и направили учиться в реальное училище на бесплатной основе как сироту. Степан много читал, мечтал поездить по миру и даже надеялся совершить кругосветное путешествие. Окончив училище с отличием, он получил в подарок велосипед, и подарок этот оказался для него знаменательным. Став старше, Степан ринулся осуществлять свою мечту. Побывал в Киеве, Петербурге, Москве, Риге, поездил по Польше. Перебивался случайными заработками. Неожиданно его потянуло на Урал. Поработав недолго на приисках, Степан решил освоить какие-нибудь ремёсла, и вскоре уже мог сложить печь, смастерить мебель, огранить камни. Скопив денег, он отправился в Одессу, море продолжало его манить. Устроился работать портовым грузчиком и одновременно изучал морское дело. Будучи общительным, Степан легко заводил знакомства. Случай свёл его с ответственным работником таможни. Живой, смекалистый парень чиновнику понравился, и он взял его на службу. Новая работа увлекла Степана. Оформляя документы, он узнавал, какие товары и в каком количестве ввозятся в Россию, в каких странах производятся, каковы их цены. Степан внимательно следил за прибывавшими из-за границы новинками. Взяток не брал, считал это недостойным мужчины. Его усердие начальство ценило и продвигало по службе. Ко всему, Степан обладал умением обратить на себя внимание в любой компании. За словом в карман не лез, вдохновенно произносил тосты, мастерски рассказывал анекдоты, которых знал уйму. Со временем у него появилось немало знакомых. Чиновники, купцы, банкиры, артисты, журналисты, врачи. Его близким приятелем стал знаменитый велогонщик Сергей Уточкин. Степан болел за него на соревнованиях, отмечал с ним победы и с радостью встречал на таможне, когда чемпион привозил завоёванные призы. Нередко победитель вёз велосипеды, причём, новейшей конструкции. Будучи знакомым с самим Эдоардо Бьянки, основателем ведущей итальянской компании по производству велосипедов, Уточкин покупал новинки прямо на заводе-изготовителе, что получалось куда дешевле. Однажды он привёз велосипед, у которого впервые в мире появились педальный тормоз и механизм свободного хода. Не надо было крутить педали, когда велосипед катился сам. Эта революционная новинка навела Степана на мысль, что такой велосипед захочет иметь

пол-Одессы. Сделав расчёты и составив подробный план, он отправился к своему приятелю, держателю крупнейшего магазина по продаже велосипедов. Опытный торговец мгновенно уловил суть дела, и колесо фортуны закрутилось. В банке был взят кредит, Уточкин написал рекомендательное письмо к Эдоардо Бьянки, и начинающий делец отправился за велосипедами в Милан. Покупка прошла без сучка и задоринки. Степан зафрахтовал корабль, погрузил на него товар, и встречай велосипеды Одесса. Но это не было финалом. Первую партию новых зарубежных товаров, ранее не продававшихся в России, разрешалось провозить беспошлинно с целью их пропаганды. Велосипеды таковыми не являлись, но Степану удалось доказать новизну товара, и он сам оформил все таможенные документы. Мало того, им был продуман и способ реализации товара. Для этой цели Степан привлёк трёх своих приятелей. Первым был тот же Уточкин, вторым – известный журналист и писатель Александр Куприн, третьим – модный фотограф с Дерибасовской Вадим Нехамкин. С новым велосипедом компания отправилась к знаменитой одесской лестнице. Уточкин, используя тормоз, виртуозно съехал по ступеням лестницы целых три раза. Нехамкин снял спуск, а Куприн тиснул статью в газету «Одесские новости». В ней автор «Олеси» красочно описал проделанные рекордсменом мира кренделя на небывалом доселе велосипеде и подкрепил написанное фотографиями. Такой трюк обладателям обычных велосипедов мог только сниться. В статье стояла и дата начала продажи, что ускорило реализацию товара. Задолго до открытия магазина у дверей выстроилась очередь. А сами двери распахнулись под игру скрипача, и не кого-нибудь, а самого Пейсаха Столярского. Уже к вечеру вся привезённая партия велосипедов была продана. Однако те, кому новинок не досталось, наперебой спрашивали о следующем поступлении. Степан отправился в новый вояж, а после ещё в один. Подсчитав полученную прибыль, он понял, что пора заняться личной жизнью. Удачливый предприниматель видел себя примерным семьянином и хотел, чтобы супруга была такой же. Одесситки, по его мнению, не годились, были слишком свободолюбивы. Попытать счастья Степан решил в Грузии, где женщины почитали своих мужей издревле. Да и Тифлис называли городом-раем. Степан перевёл деньги в известный тифлисский банк «Общество Взаимного Кредита» и уплыл на пароходе в Поти. Оттуда по железной дороге доехал до Тифлиса. На вокзале ему порекомендовали гостиницу «Гранд-Отель», где он и поселился. Выбрал лучшее апартаменты, а потом услышал от коридорного, что в этом номере была застрелена иностранка. Не знал, верить сему или нет.

Мария слушала Степана с живейшим интересом. Человек сделал себя сам! Придя в себя, она ответила на вопрос об иностранке.

– Эта история прогремела на весь город. Иностранкой была норвежская писательница и пианистка Дагни Юль. Но слава к ней пришла не как к писательнице, а как к музе и натурщице известных европейских живописцев, в основном Эдварда Мунка.

– Не слышал о таком.

– И хорошо, что не слышал. Мунк мрачный художник.

Степан вопросительно глянул на Марию.

– Как занесло сюда эту натурщицу?

– Сбежала от супруга с богатым нефтепромышленником. Да ещё взяла с собой шестилетнего сына.

– Понятно, муж нашёл её и убил.

– Нет. Убил её как раз любовник, убил из-за ревности, и что ужасно, убил на глазах мальчика. Потом, правда, застрелился сам.

– Какие страсти! Может, мне сменить номер?

– Смени, если боишься призраков.

– А вот и останусь!

Начинался базар. Степан, заговорившись, чуть не наткнулся на идущего впереди ослика, навьюченного бурдюками с водой. В такую жару вода была ценнее вина.

А Мария до сих пор находилась под впечатлением от рассказа Степана. Конечно, её интересовали подробности, но расспрашивать о чём-либо мужчин было не в её характере. Главное, он оказался не ловеласом. Да она и не верила в это. А что Степан сразу положил на неё глаз, объяснялось просто. Мария не была писаной красавицей, но в любом обществе мужчины видели в ней не просто женщину, они видели перед собой княжну. Княжной она и была.

Мария, закрыв зонтик, двинулась по узкому проходу между двумя рядами лавок. Степан шёл за ней и восхищался невероятным разнообразием товаров. Поворачивал голову то влево, то вправо. В середине ряда его внимание привлекли оружейники. В небольшой лавочке сидело сразу пять человек. Один оттачивал острие кинжала, другой наводил глянец на клинок, третий золотил надпись, четвертый украшал бирюзой рукоятку, пятый, пробуя клинки на прочность, бил острием в железную полосу.

Последний, протянув Степану готовый кинжал, сказал:

– ?????.

Мария перевела:

– Он говорит: «Купи».

– Я понял.

– Знаешь грузинский?

– Читаю по глазам, – Степан засмеялся. – Скажи ему: «Куплю в другой раз».

Мария обратилась к продавцу:

– ???? ???? ??????.

Тот, улыбнувшись, согласно кивнул.

За оружейниками располагалась табачная лавка. Здесь крошили табак и крутили папиросы. Дальше шёл ряд с материей, который и был целью Марии.