Маркус Вольф
Шрифт:
В ту пору готовилась ликвидация руководителя исполнительного бюро Народно-трудового союза (НТС) в Западной Германии Георгия Сергеевича Околовича. Эта эмигрантская организация считалась опасной, ее активисты были злейшими врагами советской власти. Околович руководил оперативным сектором по подготовке и заброске агентуры в Советский Союз.
Но руководитель боевой группы капитан Хохлов из 13-го отдела Первого главного управления КГБ СССР передумал убивать Околовича. 18 февраля 1954 года во Франкфурте-на-Майне капитан пришел к Околовичу домой и представился:
— Георгий Сергеевич, я — Хохлов Николай Евгеньевич, сотрудник органов госбезопасности. ЦК КПСС приказал
Он показал пистолет с электрическим спуском и глушителем, замаскированный в пачке сигарет. Поскольку никакого преступления Хохлов не совершил, то получил политическое убежище. 24 апреля западные немцы устроили его пресс-конференцию, и разгорелся грандиозный скандал. Хохлов продемонстрировал корреспондентам специальную технику, которой его снабдили в КГБ для проведения террористического акта.
Николая Хохлова в Москве военная коллегия Верховного суда СССР заочно приговорила к смертной казни. Он считал, что приговор хотели исполнить и его пытались убить, но не получилось.
— Хохлов кричал, что КГБ его пытался отравить, — рассказывал журналистам директор Службы внешней разведки генерал Сергей Николаевич Лебедев в 2006 году. — И что вы думаете? Ему сейчас уже девятый десяток, доживает свой век где-то в Америке.
Незадолго до августовского путча 1991 года бывший капитан Хохлов как ни в чем не бывало приехал в Москву. Он зашел и в редакцию журнала «Новое время». Бывший специалист по «мокрым делам» стал профессором психологии в Калифорнийском университете. Кажется, его больше интересовала парапсихология. Впрочем, само его появление в Москве было чем-то сверхъестественным. Он даже посетил Лубянку, где в центре общественных связей КГБ с ним поговорили вполне вежливо. В те времена чекисты вообще были на редкость предупредительны и любезны. Возможно, потому, что самому комитету существовать оставалось всего несколько месяцев… Бывшего капитана Хохлова указом Президента России помиловали в марте 1992 года.
Другого видного деятеля НТС, Александра Рудольфовича Трушновича, офицеры КГБ, работавшие в Берлине, похитили в апреле 1954 года.
— Мой сосед по дому в Берлине был начальником отделения аппарата уполномоченного КГБ по работе с эмиграцией, — вспоминал подполковник Чернявский. — Он и занимался Трушновичем. Правда, получилось неудачно. Того завернули в ковер, чтобы никто не обратил внимания, и вынесли на улицу. Привезли, развернули, а он уже труп — задохнулся. Убивать не хотели. Хотели похитить.
Сам Виталий Чернявский, не ставя в известность основного партнера — службу Маркуса Вольфа, — провел фантастическую операцию, остававшуюся загадкой многие десятилетия.
Летом 1954 года Вольф узнал, что в Западном Берлине исчез доктор Отто Йон, начальник западногерманской контрразведки — она называется Ведомством по охране конституции. Через несколько дней Йон объявился в Восточном Берлине. Это был огромный подарок для ГДР и неприятный сюрприз для Федеративной Республики Германии. На сторону социалистического государства перешел политик почти что в ранге министра, с именем, с авторитетом.
Отто Йон был человек известный. Бывший участник немецкого сопротивления, причастный к заговору 1944 года против Гитлера, Йон сделал успешную карьеру в ФРГ. И он не просто перебрался в Восточную Германию, а стал обличать Германию Западную. В те годы обе части страны соревновались во всём, предметом особой гордости были перебежчики. На Востоке торжественно принимали беглецов с Запада. На Западе раскрывали объятия беженцам с Востока.
Одиннадцатого августа 1954
— Федеративная Республика превратилась в орудие американской политики в Европе, — говорил бывший начальник западногерманской контрразведки. — Американцам нужны в войне с Востоком немецкие солдаты. Они ориентируются на тех, кто не извлек уроков из катастрофы 1945 года и только ждет часа, чтобы вновь ринуться в восточный поход. А это может принести нам новые невообразимые страдания. Более того, создаст угрозу уничтожения самой немецкой нации…
Громкие разоблачения Отто Йона стали важнейшим аргументом в пропагандистской войне между Западом и Востоком. Йона принимали в ГДР как высокого гостя, ему показывали, как развивается первое на немецкой земле государство рабочих и крестьян. Его путешествие по Берлину снимали операторы кинохроники. Отто Йона обхаживали представители восточногерманской интеллигенции. В Восточном Берлине он работал в Комитете единства Германии, но это было скучное занятие.
А в 1955 году Отто Йон столь же неожиданно совершил побег в обратном направлении — вернулся на Запад. Как же всё это произошло?
История доктора Отто Йона — одна из самых успешных послевоенных операций советской внешней разведки. Не так уж часто в истории борьбы секретных служб удавалось переманить на свою сторону начальника контрразведки другой страны. Даже у знаменитого Кима Филби ранг был пониже, он служил всего-навсего начальником отдела в британской разведке. А Отто Йон возглавлял всю контрразведку Западной Германии.
Отто Август Вальтер Йон родился в 1909 году в Марбурге в преуспевавшей протестантской семье. Изучал юриспруденцию, собирался стать дипломатом. Но не вступил в нацистскую партию, и в Министерство иностранных дел его не взяли. Он работал юридическим консультантом в авиакомпании «Люфтганза».
Отто Йон был антифашистом, социал-демократом по убеждениям, его брат — коммунистом. Преступления гитлеровского режима, концлагеря, массовые убийства вызывали у него отвращение. Он присоединился к участникам антигитлеровской оппозиции, дружил с Клаусом Бонхёффером, брат которого Дитер, известный теолог, был активным участником Сопротивления.
Отто Йон вошел в круг консервативно настроенных противников гитлеровского режима. Среди них самыми видными фигурами были бывший обер-бургомистр Лейпцига Карл Гёрделер и бывший начальник Генерального штаба сухопутных войск генерал-полковник Людвиг Бек.
Йон по делам авиакомпании «Люфтганза» часто ездил в Лиссабон и Мадрид, где наладил отношения с английскими разведчиками. Передавал им записки от Карла Гёрделера. Немецкое Сопротивление пыталось установить контакты с союзниками.
Но союзники не хотели делить немцев на плохих и хороших. Премьер-министр Великобритании Уинстон Черчилль приказал своему Министерству иностранных дел не откликаться ни на какие попытки договариваться о мире, исходящие от немецких политиков. Президент Соединенных Штатов Франклин Рузвельт подтвердил: единственное условие прекращения войны — «безоговорочная капитуляция Германии».