Маркус

Есина Анна

Тем временем фельдшер-мужчина уже доставал тонометр, сделав замеры, сообщил:

— Давление 80 на 50, пульс 52.

Врач преспокойно занималась документацией:

— Полис ОМС есть?

— В телефоне, — отрывисто сказала Амина, — могу показать на Госуслугах.

Фельдшер снял с шеи стетоскоп, помог девушке подняться и прослушал грудь и спину. Марк деликатно отвернулся.

— Тоны приглушены, — возвестил он и вынул из чемоданчика портативный глюкометр, обработал девушке безымянный палец антисептической салфеткой, сделал

сбоку прокол ланцетом, нанёс каплю крови на тест-поломку и вставил в прибор. — Сахар 2 и 8.

— Позже покажете полис, — бросила врач, фиксируя измерения коллеги. — Когда ели в последний раз?

— Я… я сегодня совсем не ела… и вчера почти ничего…

Врач записала ответ в карту. Позднее Марк изучил копию документа:

«Синкопальное состояние на фоне гипогликемии и нейроциркуляторной дистонии. Причина: длительное голодание и психоэмоциональный стресс. Объективно: кожные покровы бледные, влажные. Тоны сердца приглушены. АД 80/50 мм рт. ст., ЧСС 52 уд/мин. Глюкоза крови 2.8 ммоль/л».

— Часто нервничаете? — спросила доктор, не скрывая лёгкого раздражения в голосе.

— Я… Да, случается. Перенервничала из-за… — Амина затравленно глянула на Марка и договорила явно не то, о чём думала, — из-за работы.

Врач обратила внимание на их переглядывания и сухо осведомилась у мужчины:

— Вы у нас кто?

— Получается, муж, — с неохотой ответил Давыдов и одарил Элю, которая ахнула на его последнем слове, коротким взором, словно обещая всё объяснить.

— Что же вы, муж, совсем супругу не бережёте? — укорила дама и достала из сумки ампулу. Её руки двигались уверенно и спокойно. — Сейчас поднимем вас на ноги, дорогуша. Дам глюкозу внутривенно.

Пока она готовила раствор, дала рекомендации пациентке:

— Режим питания соблюдаем строго, не менее трёх приёмов пищи, сладкий чай при головокружении, исключить стрессовые ситуации. При повторных обмороках — немедленная госпитализация.

Через пять минут, после того как глюкоза подействовала, Амина начала приходить в себя. Её щёки немного порозовели:

— Спасибо. Я больше так не буду.

Врач строго посмотрела на неё:

— А больше и не сможешь. Следующий раз может закончиться реанимацией. Со здоровьем не шутят, детонька.

— Я поняла.

— Вот и хорошо. Полис покажите, — бросила эскулап напоследок.

Взглянув на документ, она сделала пометку в карте:

— Всё, до свидания. Если повторится — сразу везите в больницу.

Бригада собралась уходить. Амина устало прислонилась к спинке дивана.

Фельдшер, улыбнувшись, добавил:

— И сладкое всегда держите под рукой.

Доктор, уже выходя, сказала:

— Протокол составлен, копия у вас останется.

Дверь захлопнулась, просторный холл офисного здания погрузился в траурную тишину.

Глава 20

Марк первым нарушил

молчание, ставшее в последние минуты попросту невыносимым. Эля по-прежнему столбом торчала у подножия лестницы, не сводя с мужчины настороженного взгляда, точно в любую минуту он мог пройтись колесом или напялить клоунский колпак и успокоить её словами: "Розыгрыш! Ха-ха". Амина тоже смотрела на него, но уже с обвинением, точно в её голове не укладывалось, что возможно взять и в одночасье забыть женщину, которой клялся в вечной любви.

Тем не менее, он забыл. Начисто. Ни один мускул в его теле не трепыхался при виде этой девушки.

— Давайте поднимемся в тренировочный центр. Там можно будет поговорить, — Давыдов оглянулся на охранников, — без свидетелей.

Дамы разом заговорили.

— Я, пожалуй, вернусь домой, — ввернула Эля.

— Твоя девушка? — без эмоций спросила Амина, кивком головы указывая на соперницу.

Марк устало потёр кожу глаз под бровями.

— Эль, не убегай снова, — адресуя Мартыновой. — Да, это моя девушка, — обращаясь к жене.

Развесёленькая ситуация.

— Марк, вам лучше поговорить наедине, — молвила Эля, силясь казаться благоразумной, хотя любому было понятно, что её переполняют боль и отчаяние.

— А меня ты, выходит, совсем не помнишь? — кисло улыбнулась Амина, отмечая про себя абсурдность происходящего.

Теперь они говорили поочередно, словно соперничая за мужское внимание.

— Я понимаю не меньше твоего, Эля. Поверь. И нет, прости, я тебя совсем не помню.

Марк крутил головой, разрываясь между желанием обнять свою девушку и не нанести обиду женщине, которую видел впервые в жизни. Патовая комбинация. Куда не глянь, всюду засада.

Амина зло хмыкнула, подняла с дивана свой телефон, глянула на часы.

— Мне пора к нашему сыну, — надменно провозгласила она, намереваясь уйти. — Если надумаешь вспомнить былое…

— К нашему… Что? — Марк всем телом повернулся к законной супруге.

— К сыну, Илья, к сыну. Его ты тоже забыл? — венценосно улыбнулась Амина, празднуя маленькую победу. Ей удалось задеть муженька за живое.

Эля крадучись пошла к выходу. Марк устремился следом, поймал её за плечи на полпути к дверям.

— Марк, пусти. Вам лучше решить это наедине, — она попыталась вывернуться, но слишком слабо для того, кто действительно хотел бы уйти.

— Эля, я прошу, останься.

Теперь попыталась сбежать Амина. Давыдов чуть не зарычал от досады и бросился вдогонку, но быстро понял, что у него как минимум есть её домашний адрес, и наплевательски махнул рукой на беглянку.

Сын, жена — он, что, проснулся в альтернативной вселенной?!

Эля подошла сзади и осторожно тронула за плечо.

— Нужно отвезти её домой, — неуверенно заявила она, будто не ожидала от себя подобного благородства. — Не ровен час опять потеряет сознание.