Марш королей

Райс Морган

На самом деле Гарет не сомкнул глаз всю ночь, ворочаясь с боку на бок, затем меряя комнату шагами, потея, покрываясь холодным ознобом. А в те минуты, когда ему удавалось уснуть, он видел тревожные сны, в которых он встретился со своим отцом, который пристально смотрел на него, делая выговор, как это случалось и в жизни. Но теперь отец не мог достать его. Теперь он все контролировал. Гарет открыл глаза и прогнал видение отца. В царстве живых был он, а не его отец. Он один.

Гарет с трудом понимал все те изменения,

которые происходили вокруг него. Наблюдая за тем, как небо становится теплее, Гарет знал, что всего через несколько часов он наденет корону, королевскую мантию, возьмет в руки королевский скипетр. Все советники и генералы короля, все жители королевства будут отчитываться перед ним. Он станет контролировать Армию, Легион, казну. На самом деле не будет ничего, что он не сможет контролировать, и не будет ни одного человека, который не будет перед ним отчитываться. Всю свою жизнь Гарет стремился к этой власти, жаждал ее. И теперь она была в его руках. Не в руках его сестры, не в руках одного из его братьев. Гарету удалось сделать это реальностью. Возможно, преждевременно. Но, как считал Гарет, однажды власть все равно перешла бы к нему. Почему он должен ждать всю свою жизнь, тратить расцвет своих лет на ожидания? Он должен стать королем в свои лучшие годы, а не превратившись в старика. Гарет просто осуществил это немного раньше.

Отец это заслужил. Всю свою жизнь король критиковал его, отказывался принимать Гарета таким, какой он есть. Теперь Гарет заставит отца принять его даже из могилы – нравится тому это или нет. Он заставит отца посмотреть вниз и увидеть своего наименее любимого сына в качестве правителя – того самого сына, которого он никогда не хотел. Таковым было наказание за отверженную любовь сына, за то, что король никогда не дарил ему свои чувства. Теперь Гарету не нужна его любовь. Теперь у него было целое королевство, которое будет его любить и уважать. И он собирается выжать каждую каплю из него.

Раздался стук железного молотка в дверь. Обернувшись, Гарет, уже одетый, подошел к двери. Он сам ее открыл, поразившись тому, что это последний раз, когда он это сделал.

После сегодняшнего дня Гарет будет спать в другой комнате – в покоях короля – где к его услугам круглосуточно будут слуги, находящиеся внутри покоев и снаружи. Гарет больше никогда не прикоснется к дверной ручке. Он будет окружен королевской свитой, воинами, охранниками – всеми, кого он пожелает. Мысль об этом будоражила его.

«Милорд», - раздался хор голосов.

Дюжина королевских стражников поклонилась, когда открылась дверь.

Один из его советников вышел вперед.

«Мы пришли, чтобы сопроводить Вас на церемонию коронации».

«Очень хорошо», - сказал Гарет, пытаясь казаться спокойным, пытаясь не показать того, что он ждал этого дня всю свою жизнь. Он пошел вперед, подняв подбородок, уже пытаясь практиковать королевский вид. Гарет позволит этому дню изменить себя, и он потребует от каждого смотреть на него по-другому.

Гарет шел по красной дорожке, которая была постелена для него вдоль каменного пола замка. Вдоль нее выстроились десятки стражников, ожидающие

его приближения. Гарет шел медленно и осторожно, сменяя коридор за коридорами, упиваясь каждым моментом. Везде, куда бы он ни шел, охранники склоняли свои головы.

«Милорд», - произносили один друг за другом, словно кости в домино.

Эти слова ласкали слух. Все казалось сюрреалистичным. Гарет шел по следам своего отца, по тропам, которыми МакГил ходил еще день назад.

Когда Гарет повернул за угол, слуги открыли высокую дубовую дверь, дернув изо всей силы за железный молоток. Она распахнулась, открывая огромные церемониальные покои. Гарет рассчитывал увидеть здесь толпу, но опешил представшей пред ним картиной: здесь были тысячи самых изысканных и важных людей королевского двора, дворян, членов королевской семьи, сотни членов Серебра – все толпились в комнате, встав, когда открылась дверь, пропуская нового короля. Все присутствующие аккуратно выстроились вдоль скамей, облаченные в лучшие наряды, словно они прибыли на наиболее важную церемонию. Тысячи людей повернулись к нему, поклонившись.

Гарет с трудом верил своим глазам. Все эти люди собрались только для него. Теперь было слишком поздно останавливать его. Время пришло. Всего через несколько минут он наденет корону и обратного пути не будет. Его голове не терпелось быть коронованной.

Гарет смущенно пошел вдоль прохода по красной плюшевой дорожке длиной в сотни футов в середину комнаты, где находились алтарь и трон. Там стоял Аргон и несколько членов королевского совета, которые ждали его.

«Слушайте, слушайте! Поднимайтесь все, чтобы принять присутствие нового Короля!»

«Слушайте!» - раздался хор криков. Тысячи голосов наполнили комнату, поднимаясь до кафедрального потолка. Когда Гарет начал церемониальное шествие к трону, заиграла музыка, зазвучала лютня. Одних присутствующих он узнавал, других видел впервые. Здесь были люди, которые привыкли смотреть на него, как всего лишь на очередного мальчишку или которые вовсе его не замечали. Теперь все они должны будут его уважать. Теперь Гарет потребует всеобщего внимания.

Он прошел мимо своих братьев и сестры, которые стояли вместе: Годфри, Кендрик, Гвендолин и Рис. Рядом с Рисом находился тот парень, Тор. Все они – шипы в его боку. Но это неважно – он покончит с ними со всеми достаточно скоро. Как только Гарет вступит на престол, как только он придет к власти, он все уладит. В конце концов, кто лучше него знает о том, что самые страшные враги находятся ближе к тебе.

Гарет прошел мимо своей матери, королевы, которая неодобрительно смотрела на него сверху вниз. Но теперь он не нуждался в ее одобрении – ни сейчас, ни когда-либо. Теперь он был ее Королем. Теперь ей придется ему подчиняться.

Гарет продолжал идти мимо всех присутствующих, пока, наконец, не подошел к трону. Музыка зазвучала громче, когда он поднялся через семь ступенек из слоновой кости на возвышение, где его ждал Аргон, облаченный в изысканные церемониальные одежды. Когда Гарет повернулся к друиду, весь зал – тысячи людей – занял свои места. Музыка стихла и комната погрузилась в мертвую тишину.