Маска одержимости-2
Шрифт:
Мы с Карли Бет только тихо ахаем, видя, как наш старик поднимается по ступенькам и исчезает в отверстии люка.
Мы таки застыли на месте, глядя ему в след. Челюсти у нас отпали, глаза вылезли на лоб. Мы
И вдруг, не сговариваясь, начинаем дружно хохотать.
Мы обнимаемся и хохочем, хохочем. Хохочем до слёз.
Я так в жизни не смеялся. Это было тк здорово. Это же был мо смех. Моё лицо. Моё прежнее лицо.
Маска старика нашла своё тело и смылась.
А я! Я опять я!
Это же самый лучший Хэллоуин в моей жизни! Я никогда не был так счастлив! И отчего? Только оттого, что всё стало нормально!
Мы побежали домой. Мы плясали от счастья. Драли глотки, вопя как сумасшедшие. Пели. Пели и отплясывали, обнявшись. Выписывали немыслимые кренделя посреди улицы. Господи, как мы были счастливы!
Мы уже почти дошли до моего дома, как вдруг из-за кустов на нас как выпрыгнет что-то! Как разинуло пасть с гнилыми зубами и как взревёт!
Мы с Карли Бет схватились за руки и завопили от страха.
Это
— Ой! — вскрикнул я и присмотрелся к твари, верней, к червяку. К её устрашающей пунцовой роже.
И вдруг узнал!
— Чак! — ору.
Он хохочет. Голос под маской глухой, хриплый.
— Достал! — радостно орёт он. — Обоих достал! Вы бы на свои физиономии посмотрели!
— Чак!
— Я тут вас всё поджидал. Хотел испугать, — пробасил он. Он говорил, а червяк от этого так и извивался в дыре в щеке. — Ты и не заметил, как я прихватил эту маску, когда смотался из подвала магазинчика, — хвастал он. — Я решил держать это в тайне. Вот, думаю, напугаю так напугаю.
— Ты меня до смерти напугал! — призналась Карли Бет и по-дружески хлопнула его по плечу. — А теперь снимай маску и пошли ко мне.
— А… — бормочет Чак. — Что-то у меня не так.
— Что случилось?
— Да вот, — говорит Чак, — что-то я эту маску снять не могу. Ребята, вы мне не поможете?