Маскарад
Шрифт:
Лайза и впрямь к этому типу неровно дышит…
— Санни! Сколько раз просила меня называть Зеллой, будто с мамочкой общаюсь! И что, прямо сейчас? — опешила "подруга", а я, собрав вещи, запихала в рот печенье и пробубнила:
— Ждать не могу, к книгам хочу! — скороговоркой выдохнула и, запнувшись о стул по дороге, выпрямилась и торопливо поспешила к спасительному выходу. Пока меня не поймали и не представили по светлы очи Ариана.
Лишь бы не заметили…
— Санни, а как же Гарн? Я уже ему обещала
Шайн резким жестом сбросил с себя руки Лайзы. Его глаза сузились… упс! Он понял, что удираю!
— Позже! — прошипела я, прежде чем выскочить за дверь, едва не убившись по дороге о коврик.
Кубарем вывалившись из столовой, я впилась зубами в ремень легкой сумки, чтобы набросить на себя снятый ранее пиджак. Руки не попадали в рукава, меня трясло от напряжения. Быстрее-быстрее! А то догонят, и чувствую, мне очная ставка с лордом не понравится! Один бог знает, что он задумал!
Надеюсь, он побыстрее уберется обратно на свой божественный Олимп…
Я нервно отмахнулась от летающего розового пуха, и оглянулась. Ах, вот же оно! Здание библиотеки. Не нужен мне проводник, сама справилась. Я прищурилась и решительно, почти бегом, направилась к зданию, над которым парила раскрытая каменная книга.
Пора узнать, как выбраться из ловушки этого мира. И первые две жизни в восторг не привели, но жизнь Санни, чует мое сердце, понравится еще меньше!
Птица вертелась на веревке, поворачиваясь то одной стороной, то другой. То в клетке, то на свободе. Ариан поморщился и уронил руку, устав от бесполезного занятия.
С широкого подоконника открывался замечательный вид на двор, весь как на ладони. Адепты отдыхали после занятий, разместившись на зеленой траве. Кто-то учился, кто-то дремал… знакомые лица — все, кроме одного.
— Санниа, — нахмурился он, пытаясь распробовать имя на вкус.
Светлое, несколько замкнутое, лёгкое, как солнечный свет… Ему не нравилось это имя. Резко не подходило к пламени в ее голубых глазах.
Он раскрыл ладонь с едва заметным ожогом. Странное было чувство. Оно посещало его не впервые за последние недели.
Его дар давал сбой.
Это уязвляло.
Ариан прикрыл глаза, пытаясь восстановить ее образ. Девчонка, как девчонка. Обычная внешность, ничего выдающего. Темноволосая, голубоглазая. Вечно раньше кралась, как мышка, взирая на него, как все остальные, только исподтишка. Не лезла и отлично. Такие раздражали меньше, чем остальные, но раздражали все равно.
Странно, что сейчас он не мог вспомнить ее лица. Оно раздваивалось, ускользало от него в белёсой дымке воспоминаний. Он отлично мог припомнить ее неделю
Но вот образ сегодня в аудитории или столовой… его не было.
Зато он запомнил ее ауру, переменчивую, скользящую, как крылья за спиной. Такие ауры не забывают.
Он вспомнил, как вошел в эту жалкую аудиторию, не в восторге от перспективы провести несколько часов в обществе малолетних прихлебал. И как застыл на пороге, щурясь, ослепленный всполохами вокруг нее. Эта девушка словно сияла, но как-то странно. За одно мгновение ее аура менялась, перетекая от волшебной — в серую и заурядную.
Встретив такую ауру еще пару месяцев назад, он бы сказал, что боги наконец-то привели к нему душу, которая сможет вынести яд его дара. Магия смерти иссушала других. Убивала час за часом и день за днем. Он отталкивал или бросал девушек не из прихоти, а ради их собственной безопасности: а впрочем, из прихоти тоже.
Но предназначенную небесами трудно спутать с кем-то иным.
А он путал уже третий раз. И это, проклятье, приводило в бешенство! Он скомкал птицу на веревке и метнул ее в угол. Он правда такой непостоянный?
— Сдалась тебе эта обычная девчонка, — проворчал Дэй из кресла. Двоюродный брат, Дэй де Тиан, порой позволял себе слишком многое. — Стоило с ней в эти игры играть на глазах у Гретки? Чего на нее взъелся? Санниа единственная руки не подняла, что, уязвило?
— Мне было скучно, — соврал Ариан.
Она вытолкнула его! Взяла и вытолкнула, как такое возможно? Он же не полный идиот пытаться ее убить на глазах у всех? Но она влекла его, как бабочка на огонь, и это раздражало. Он не мог этого так оставить.
Но попытавшись проникнуть в тайны ее ауры, потерпел поражение. Ему удалось вскрыть несколько защит. Просмотреть первые слои ауры, но чем ближе он подбирался к самой сердцевине ее души, тем сильнее Санниа сопротивлялась.
А потом она взяла и вытолкнула его! Простая смертная, обычная девчонка, его, мага из великой семьи, сильнейшего мага, которого боялся сам король!
Это… хуже, чем угнетало. Вызывало в душе ярость! И то, что Санниа смотрела на него, как на мерзкое насекомое, вызывало у него жгучее желание проучить эту малявку.
— И что? Ты понимаешь, что от твоей ослепительной персоны у девчонок сносит крышу? Ты все равно что открыл на нее травлю этим своим «ей бы поучиться манерам», — фыркнул Дэй.
— Она приползёт ко мне. Тогда и сменим гнев на милость.
— Думаешь, приползёт?
— Все они приползают, — скривился Ариан.
Он поднялся и, скрестив руки, прищурился, разглядывая суетящихся внизу адептов. Он должен разгадать эту загадку. Доказать себе, что еще в состоянии контролировать собственный дар и собственные чувства.