Маскарад
Шрифт:
Я сглотнула и оправила форму. Это была большая ошибка. Нельзя было огрызаться, что бы он ни натворил! Привыкнув к условиям родного мира, я совсем забыла, что здесь все устроено иначе.
Но вспомнила, когда повернулась к своим «однокурсникам», и те аж назад подались, как от прокаженной. Должно быть, мой поступок не просто глупость, а самоубийство. До сих пор удавалось держать себя в руках, памятуя, что жизнь взята напрокат, но жизнь Сани еще больше испортить невозможно…
Хотя я справилась.
— Да как ты посмела…
— Да что ты себе позволяешь?…
— Ты
Эти шепотки раздавались отовсюду. Поразительно, что все мои «однокурсники» на стороне шайна! После того, что он устроил! Он ведь заслужил! Почему они его поддерживают, а не меня?!
— Можно выйти? — спросила я у профессора, не в силах больше здесь находиться. А едва получила разрешение и напутствие зайти на осмотр к медсестре, подхватила сумку и, еще раз встретившись взглядом с шайном, решительно двинулась к дверям.
Этот взгляд… преследующий меня… заставил поежиться. Я нажила этому телу могущественного врага… Да что со мной, почему не проглотила обиду? Есть шайны, а есть смертные. Права я или нет, но всегда буду на ступеньке ниже, чем он.
Обещаю, впредь стану избегать этого Ариана, как смогу. Буду по дуге обходить…
По широкой.
— Увидимся… Санниа, — О, этот голос мне много чего обещал! Ариан произнес это так, словно запоминал мое имя. Дело плохо!
Не стала дожидаться, когда Ариан скажет «фас», и меня раздерет на ленточки орда оскорбленных фанаток. Гордо прочеканила шаг до самой двери, а едва вырвалась из-под сверлящего лопатки злого взгляда, припустила так, что пятки засверкали. Заперлась в комнате и с колотящимся сердцем сбросила на пол сумку.
Что я наделала?! Он ведь не отстанет от меня теперь!
— Пожалуйста, пожалуйста, перемести меня в другое тело, в свое, — зажмурилась я, горячо желая, чтобы мои молитвы услышали.
Но они, как всегда, остались без ответа.
Я бухнулась на кровать, взметнув тучу пыли с покрывала, и уставилась в стену напротив.
Все. Я официально труп. Переживу в новом теле первую физическую расправу.
Кажется, я все-таки нарвалась на неприятности.
Вечно отсиживаться в комнате я не могла. Приоткрыв дверь, робко выглянула, а убедившись, что коридор пуст, по стеночке выбралась наружу — и пожалела об этом уже в холле.
Моя выходка не прошла бесследно, и если поначалу меня никто не замечал, то теперь все встречные-поперечные были исключительно во мне заинтересованы. Перешептывания, взгляды исподтишка обрушились, как ушат помоев. Казалось, стоит резко обернуться, и все тотчас сделают вид, что не сверлят взглядами мою спину…
Ага, как же. Даже когда обернулась, никто и не подумал скрываться. Как смотрели на меня, так и смотрят. Улыбаются, косточки перемывают… то-то мне так не по себе, будто в норе со змеями очутилась!
— Са-аниа-а… давно не встречались, — улыбнулась самая миловидная из девушек, но сказано это было с угрожающим подтекстом. — Пойдемте обедать, девочки, чувствуете запах? Здесь что-то протухло…
Она откинула за спину светлые волосы, сбросила в руки черноволосой подружке сумочку и, раздраженно
Недолго думая, я последовала их примеру. Если бы не голод, вовсе бы не вышла, но последние два часа живот ныл так жалостливо, что еще немного, и мебель показалась бы съедобной. Блондинка обернулась раз… и еще раз… я хлопнула ресницами и взмолилась, чтобы она не сворачивала с намеченного маршрута. Веди-веди меня в столовую, мой личный навигатор!
Может, девушка поняла, что от меня отделаться не выйдет, а может, тоже проголодалась, но расчёт оказался верным: вскоре я узнала, где здесь столовая. Кампусы располагались вокруг зеленого двора пятью массивными зданиями. Пели птички, шумела листва, мягко светило солнце… И не скажешь, что в этой академии может что-то пойти не так.
Столовая же обнаружилась в отдельном небольшом здании, притаившимся позади одного из кампусов. Сама бы долго искала…
— Санниа Милаковски, добро пожаловать, — любезно приветствовал меня мужчина на входе.
— Милаковски, — повторила я себе под нос, едва его миновав. Как тут все… по высшему разряду. Блондинка еще раз обернулась, я ей улыбнулась, и девушка кинулась от меня чуть ли не бегом.
Недолго думая, последовала за ней. Надо же узнать, где здесь еда.
Увы, блондинка на сей раз заподозрила неладное. Потеряв ее из виду, я вздохнула, но и ладно. Здесь было на что посмотреть. Благородная старина окутывала уютом и спокойствием; все словно пропиталось духом прошлого, от ручек в форме львиных голов до старого дерева и огромного камина, оформленного резьбой. А какие окна! Сплошь витражи, сквозь которые просачивался солнечный свет и распадался радужными полосами по помещению.
Дух захватило от увиденного. На стойку с едой я наткнулась почти случайно, засмотревшись на огненную птицу на витраже… разноветные стеклышки рисунка что, шевелятся и меняются порядком?
— Быстрее говори! — рявкнула мне женщина за стойкой.
А что здесь съедобно? Я поежилась, обнаружив ту красную ягодку… кантыл?… на большом блюде — и в итоге взяла странного вида фрикадельки, блюдо а-ля картофель (на вид картофель, на запах не пойми что) и компот, конечно (надеюсь, не из кантыла). Выбора все равно нет, это придется съесть, если не хочу умереть с голоду.
Женщина накладывала все с такой злостью, словно конкретно против меня что-то имела. Зато со следующим студентом рассыпалась в любезностях. Даже смотреть не хочу, кого она так обожает! Я молча взяла поднос и оглянулась в поисках свободного места. Все забито, а где не забито, смотрят волком…
— Ой, прости! — толкнула меня какая-то девчонка. Кажется, одна из свиты блондинки… Еда с подноса рассыпалась по полу, вот спасибо!
Смеясь, девушка ушла дальше, а я, стиснув зубы, тихо зарычала, но на сей раз сдержалась. Не моя жизнь, не моя жизнь… надо почаще себе это напоминать, и так наломала дров, хватит. Я выдернула салфетку из держателя и, морщась, попыталась оттереть форму. Пообедала, называется!