Шрифт:
«Всякий сеттер в дождь и стужу на охоте чувствует себя гораздо лучше, чем в уюте комфортабельной квартиры многоэтажного городского дома»
Из книги
Сколько раз Маркусу это снилось. Один и тот же сон все неизмеримые 14 лет. Он дожил
Он неясной дымкой прохладного осеннего тумана бродил за ним, и, как только веки пса смыкались, он немедля овладевал им.
Неважно всегда ли последовательность событий во сне была одинаковой. Это неважно. Важно, что фон, на котором они рождались, был общим и чувства были всегда одни и те же.
Это был невероятно красочный фон. Осенний. Золотая осень.
Красота! Голую коричневую землю засыпали алые кленовые листья в разноцветную огненно-рыжую крапинку! Листья лежали в несколько слоев, и тот, что был в самом низу, постепенно прел, изливая в воздух этот неповторимый чисто осенний запах.
В воздухе витали тысячи запахов, если не миллиарды. Это была затейливая композиция из самых разнообразных ароматов. Среди них влажный нос Маркуса четко выделял запахи разного зверья. Перед его глазами ясно вырисовывались образы: несколько минут назад промелькнула тут тройка ярко-рыжих белок, а возле этого пенька умывался лапками заяц-русак. А тут с ветки кажется вспорхнула, тяжело взмахнув крыльями, какая-то крупная рябая птица…
***
Но вот Маркус снова просыпается. В городской квартире его разбудил какой-то шум. Кажется, это хозяин снова смотрит свой телевизор. Нет: он включил стиральную машину.
Наверное, хозяин закинул туда те коричневые брюки, которые на вчерашней прогулке испачкал он – Маркус.
– Да, я по глупости прыгнул на них грязными лапами.
Старик Маркус уныло зевает. Пусть он и собака, но
Маркус зевает еще раз. Скукота! И этот сон – последняя отрада, он лишь мечта, разлетевшаяся вдребезги, как бутылки, которые швыряют хулиганы в кирпичную стену их дома.
Маркус не дурак – он понимает, что его собачья мечта, никогда не сбудется. Когда он еще был щенком, когда был псом 2-3-х лет, и когда был псом 5-6-ти лет, он еще мог надеяться, на то, что однажды он чудом попадет в лес, но не сейчас. Слишком поздно.
***
В общем и целом, Маркусу не за что роптать на хозяина. Ежегодные прививки, ежемесячный профилактический визит к ветеринару, новый красивый ошейник и высокая мягкая, как облако, лежанка; ежедневные прогулки в парке с безопасной огороженной территорией, дорогой и качественный сухой корм со вкусом утки…
Утки. Эта сухая утка. Как укол в сердце для охотничьей собаки. Когда Маркус смотрит на упаковку своего сухого корма он слышит, как смеется над ним эта нарисованная глянцевая утка.
– Кря-кря-кря! Кря-кря-кря! – вот так она издевается над ним каждый день.
Эта высушенная утка в сотнях одинаковых однообразных кубиках в его миске. Ужасно осточертела за 14 лет Маркусу. Он теперь совершенно не хотел его есть.
***
Ну почему же? Почему же человек – самое могущественное существо на Земле – заточило себя в этом сером лесу небоскребов и решило, что и Маркус будет не прочь разделить с ним его образ жизни?
***
Эта проклятая мертвая утка когда-нибудь сведет меня с ума, – думает Маркус. Теперь сеттер слышит ее смех не только с подоконника, где стоит пакет с кормом, но и из своей миски, едва наклоняется к ней.
Конец ознакомительного фрагмента.