Мастер теней
Шрифт:
Вполне возможно, что он бы так и поступил, но помешала отворившаяся дверь.
— Ваше Высочество, послание от Его Величества, — раздалось с порога.
— И что желает Его Величество? — Шуалейда подхватила порывом ветра записку из рук гвардейца и развернула на лету. — Так, с Фломом… шер Блум? — Прочитав записку, Шуалейда глянула на Стрижа и покачала головой. — Нет, пока рано. Заканчивай без меня, Тигренок. Спать ложись в кабинете, на втором этаже. И не выходи!
В ответ на приказ башня Заката зарокотала низко, за пределами
Он склонил голову, пряча глаза. Флом. Который из них? Если, упаси Светлая, нашелся генерал Флом — а ведь тогда, в лагере пророка, он оставил Флома живым — игры вмиг закончатся, а он окажется в магическом круге колдуньи. Говорил Наставник: ткач не имеет права на жалость. Она слишком дорого обходится.
Шуалейда ушла, а Стриж все сидел, играя столовым ножом, достаточно острым и тяжелым, чтобы пробить девичье горло, и думал: если бы Наставник считал, что дело безнадежно, он бы не стал посылать Стрижа. Или стал?
436 г. 17 день Журавля. Роель Суардис.
Закат застал Рональда лежащим на кушетке с мокрой тряпкой на лбу. От головной боли не помогало ничего — как ничего не помогало от тошного страха, скребущегося изнутри висков, словно дюжина отборных сколопендр.
— Ссеубех, хватит увиливать! — сказал Рональд, не открывая глаз. — Вспомнил?
— Вы меня переоцениваете, патрон. Подобные эксперименты были запрещены, когда я еще не родился.
— Поздно прибедняться.
— Патрон, не буду врать. Я знаю еще два заклинания из тех самых. Но только два! Не думаете же вы, что Ману разбрасывался секретами направо и налево? Я сумел добыть лишь самые простые. Увы.
— Ты зря боишься. — Наплевав на раскалывающуюся голову, Рональд открыл глаза и сел, обняв себя за колени. — Я обещал тебе тело и свободу, и ты их получишь, если поможешь мне. Или ты еще не понял, что никакого другого мага не будет? Подумай головой, или что там у тебя есть. Ты же пил мою кровь.
От столь длинной фразы боль вспыхнула с новой силой, перед глазами заплясали радужные пятна, но Рональд сдержал желание немедленно сунуть мертвяка в огонь и полюбоваться, как он будет корчиться. Слишком велики ставки.
— Я бы рад, патрон. Но этого не умел и сам Ману. Как вы знаете, он мертв, его имя проклято, а Одноглазая Рыба из символа мудрости стала пугалом для малышей.
— Может я и не так хитер, как Паук, но и не совсем дурак. Как-нибудь сумею отличить кусок души, запрятанный в артефакт, от полноценной личности, сохранившей дар. И не пой мне про везение, особенности расположения звезд и недогляд Двуединых. Хочешь жить, рассказывай. И не как с Линзой.
— Я уже жалею, что помог, — тон Ссеубеха похолодел окончательно, а про «патрона» он и вовсе забыл. —
— Наконец дело. Клятвы сюзерена именем Хисса тебе хватит?
Некромант на несколько мгновений замолчал, а Рональд, не скрываясь, сжал виски и зажмурился, откинувшись на подушки.
— Нет. Не хочу клятву сюзерена. Как только я получу тело, не хочу быть ничем больше обязан. Надоело.
— Мне не нужен еще один паук в этой банке.
— Без пауков. Наши интересы не пересекутся, Бастерхази. Я покину Империю, мне тут делать нечего. А тебе нечего делать в Цуане и Тмерла-хен. Оформим пакт, как полагается, и…
Настойчивый стук в дверь прервал переговоры. Рональд вскочил, оправил камзол и махнул Эйты, чтоб отворил. Ссеубех же приземлился на пюпитр и притворился книгой.
— Его Величество желает немедленно видеть Вашу Темность в оранжерее. Шер Блум скончался, — с порога отчеканил гвардеец, глядя строго перед собой.
— Сейчас буду, — ответил Рональд закрывающейся двери.
Прежде чем отправиться на зов короля, Рональд осушил поданную слугой склянку — настойка кха-бриша поможет продержаться еще часа три, а больше и не надо.
Вскоре он входил в знакомую оранжерею. Между кадками с пальмами и увитыми орхидеями арками столпились король, оба Флома, лекарь Альгаф, барон Кукс и советник Наммус. Из-за их спин проглядывала голубая аура Ахшеддина — он осматривал тело.
— Приветствую, Ваше Величество. — Рональд коротко поклонился. — Чем могу служить?
Мальчишка обернулся, оглядел Рональда с головы до ног — каков наглец! — и распорядился:
— Нам нужно знать, о чем шер Блум перед смертью говорил с бароном Куксом.
К горлу снова подступила тошнота — от королевского тона. Что-то пошло не так. Почему он смеет командовать, когда должен валяться пьяным? Но ладно, это уже не имеет значения.
— Вашему Величеству угодно знать, говорит ли барон правду? Или Вашему Величеству угодно услышать все из уст шера Блума?
Краем глаза Рональд отметил, как передернулся барон Кукс при намеке на некромантию.
— Достаточно вашего подтверждения, шер Бастерхази.
— Если Ваше Величество позволит, я бы просил присутствия Её Высочества Шуалейды. Во избежание.
— Разумеется. За Её Высочеством уже послали. А пока извольте взглянуть на тело и проверить наличие следов магического вмешательства.
Рональд поклонился и молча прошел к телу. Ахшеддин так же молча уступил место. Несколько минут Рональд делал вид, что изучает остаточную ауру мертвеца, присматривался и прислушивался: судя по общему напряжению, имя Шуалейды уже прозвучало, Кукс успел высказать королю возмущение несправедливым обвинением, а король начал подозревать Кукса в заговоре. Что ж, у короля будет, кого обвинить в смерти сестры. Осталось совсем чуть, и…