Мастер теней
Шрифт:
— Думаю, Таис с удовольствием выйдет за живого шера Тальге, чем будет оплакивать мертвого короля Суардиса.
— Спасибо, Урман. Я рада, что ты понимаешь… Кстати, пригляди за Зифельдом. Мне кажется, он участвует в этой игре, но как — хоть убей, не понимаю.
Переходов восточного крыла и Кабаньей галереи, соединяющей Дымный флигель с основными помещениями Роель Суардиса, еле хватило на короткое описание встречи с графом Зифельдом у Матушки Треуль.
За массивными двустворчатыми дверьми мореного дуба что-то трещало, свистело и стучало, а воздух около лаборатории искрил странной энергией, одновременно похожей и не похожей
— Пожалуй, мне не стоит заходить, — начала Шу за несколько шагов до входа, но поздно.
В лаборатории громыхнуло, в пол перед Шу ударил голубой разряд, послышался сердитый топот, и дверь распахнулась, выпуская взъерошенного гнома в поднятых на лоб защитных очках и покрытом пятнами копоти кожаном фартуке поверх неизменного малинового камзола. За его спиной клубился вонючий сизый дым и слышалось чье-то озабоченное бормотание.
— Ваше Высочество, чем обязаны?
— Доброго утра, Берри. Прости. — Шу виновато развела руками.
Берри смерил взглядом расстояние от двери до Шу, покачал головой, что-то прикидывая, вздохнул и посторонился.
— Проходите. Все равно…
— Берри! — вклинился радостный голос, послышались быстрые шаги. — Я нашел! Вот он, контур…
Из дыма показался сначала хитро изогнутый металлический прут с расплавленным концом. А за ним — второй гном, похожий на дру Берри как родной брат: такая же квадратная фигура, такие же горящие научной лихорадкой карие глаза, такая же торчащая тремя косицами русая борода, такие же очки на лбу и такой же закопченный фартук. Разве что камзола на втором гноме не было, ни малинового, никакого, только полотняная рубаха без рукавов, открывающая мускулистые руки кузнеца. И годами он был помладше — лет так на сто пятьдесят или двести. Гном остановился на пороге, растеряно переводя взгляд с Шуалейды на Дарниша, с Дарниша на Балусту, с Балусты на Бродерика…
— Позвольте представить моего внучатого племянника, дру Ульриха из Иргвинов, — подтолкнув племянника в бок, чтобы тот вспомнил о манерах, поклонился Берри. — Тот самый Ульрих, лучший оружейник Валанты, — довольно кивнул Берри, поймав заинтересованный взгляд Дарниша. — Ваша Светлость подкинули нам интересную задачку. Извольте же!
Следуя за увлеченно обсуждающими какие-то разряды, потенциалы, давление и траектории гномами и Дарнишем в недра заставленной загадочного назначения агрегатами лаборатории, Шу чуть отстала и дернула Баль за рукав.
— Никому я не говорила, — сердитым шепотом отозвалась та, не дожидаясь вопроса. — Ты когда собираешься его отпустить?
— Скоро, но не сейчас. Баль! Пойми, если отпустить его сейчас, Рональд…
— Так нельзя! Он не щенок…
— Защитить…
Они замолчали одновременно, поняв бесполезность спора.
— Пожалуйста, Баль. Дай мне еще немного времени. Две недели.
— Неделя.
— Две. И я отпущу его.
Баль вздохнула и кивнула, не скрывая недовольства. Шу осеклась — она не ожидала, что Балуста так просто согласится. Наверняка где-то тут подвох… но некогда! Потом, об этом — потом.
— Я придумала, что сказать фрейлинам и всем прочим, — торопливо прошептала Шу. — Если Дарниш спросит, что за подарок, намекни на чары, интриги и какую-нибудь романную чушь. А завтра…
— Ладно. Надеюсь, ты понимаешь, что делаешь.
— Ваше Высочество! Идите сюда! —
В голосе гнома слышалась чистая радость исследователя, поймавшего неизвестную науке лягушку и занесшего над беднягой скальпель, дабы изучить явление во всех подробностях, заспиртовать и поделиться счастьем с такими же фанатиками-учеными. Если бы не острая необходимость в куске звездного серебра прямо сейчас, Шуалейда бы развернулась и сбежала. Но, может, гномам хватит Балусты?
Она обернулась, чтобы позвать подругу, но та уже испарилась.
— Будьте любезны, Ваше Высочество, встаньте вот сюда. — Берри указал на окруженный кусками медной проволоки пятачок. — Пока ничего не делайте, а как только я скажу, направьте вот на этот шар-приемник совсем слабый поток воздушной энергии. Очень коротко, одним зарядом.
Несколько минут Шу послушно стояла, посылала в металлический шар на тонкой ножке эфирные потоки, стараясь не задеть прочих приборов — агрегаты Берри имели обыкновение ломаться и портиться в присутствии активных магов. Берри и Ульрих носились вокруг неё с железяками, что-то измеряли, проверяли, подкручивали и отвинчивали, обмениваясь друг с другом и с Дарнишем непонятными замечаниями о емкости, заземлении, проводимости и сопротивлении. Шу особо не прислушивалась: она давно убедилась, что пытаться их понять дело пустое. Магическое и техническое мировосприятия, по словам Берри, абсолютно несовместимые категории. И чем сильнее шер, тем меньше у него шансов разобраться в технике.
«Что ж, если верить Берри, то я — величайший шер на свете, — утешала себя Шу, глядя на вращающиеся шестерни и ходящие ходуном поршни агрегата. — Потому что в гномьей технике я не понимаю ровным счетом ничего».
— А теперь посильнее, Ваше Высочество, — скомандовал Берри. — Чуть-чуть!
Получив заряд чуть-чуть посильнее, шар расплавился. А Берри с Ульрихом обрадовались и принялись копаться в шестернях, проволоках и прочей механической требухе.
— Берри! — позвала Шу. — Я еще очень нужна? Мне бы кусочек звездного серебра, и я пойду.
— Мину… бр… — пробормотал гном, не вылезая из внутренностей машины и не вынимая отвертки изо рта.
— Простите, Ваше Высочество, — вместо него ответил Дарниш. — Моя вина! В акватории Марки неспокойно, карумаи с цепи сорвались. Надо что-то противопоставить их блокаторам магии, и чем скорее, тем меньше мы потеряем кораблей. Если удастся приспособить мотор от вагонеток, пираты потеряют преимущество в скорости.
Шу вместо ответа пожала плечами. Никакой связи между обожаемой гномами железной дорогой, торговыми судами и мотками медных проводов она не улавливала, но раз надо — значит, надо. Вот только Тигренок!
— Берри, послушай! — снова позвала она гнома. — Давай я дам вам заряженный воздухом кварц с регулируемым клапаном выброса, и пользуйте его сколько хотите. А мне бы серебра пол-буна.
На её предложение гномы отреагировали удивительно бурно. Оба вылезли из машины, несколько мгновений смотрели на неё, словно на говорящую рыбу, потом радостно загомонили на своем заумном техническом наречии. Шу умоляюще посмотрела на Дарниша, тот кивнул и распорядился:
— Берри, спокойствие. Сначала пол-буна звездного серебра для Её Высочества, потом кварц, а потом займемся мотором.