Мастер
Шрифт:
В ответ моя киска сжалась, заставив меня ахнуть, а он издал страдальческий стон.
– И это тоже, - Он сжал второй сосок, перекатывая оба между не знающими пощады пальцами - но почему же я тогда так податливо выгибаюсь?
– Я прищемлю их, lapochka,– он сжимал их, одновременно входя в меня.
– Это сведёт тебя с ума. Время есть.
Когда он отпустил соски, и кровообращение в них стало восстанавливаться, я застонала. Глядя на них сверху, я изумилась, какими налитыми кровью они казались,
Пока я продолжала цепляться за трубу для полотенец, он брызнул на мою попку что-то вроде масла для ванны, не прекращая массаж. Одна рука удерживала меня на месте, а палец другой скользнул между ягодиц. Он повторит мою шалость?
Я предвидела его прикосновение, но всё равно дёрнулась, почувствовав, как он дотронулся самого центра, и попыталась отодвинуться.
Он хрипло рассмеялся.
– Ты и правда здесь девственна. Твой партнёр не играет с тобой так?
Я даже не стала спорить.
– Ему же хуже.
– Севастьянов возобновил поглаживания, совершая круговые движения скользкой подушечкой большого пальца.
– Не отпускай эту трубу, что бы я ни делал.
– Он надавил пальцем сильнее. Неужели проникнет внутрь?
Удовольствие было для меня незнакомым, необычным - но от того не менее острым. Я прогнулась в спине, задирая попку повыше. Он усилил нажим и добавил ещё масла, потом ещё и ещё, и вот я уже задрожала от нахлынувших ощущений.
Наконец, его палец оказался внутри. Я застонала, голова шла кругом от того, насколько это оказалось приятно.
– Дьявольски тугая, - пророкотал он.
Обернувшись через плечо, я взглянула на Севастьянова.
Взгляд голубых глаз был прикован к моему анусу, к находившемуся внутри пальцу. На лице было написано собственническое выражение, словно он смотрел на предмет своей гордости.
– Я буду первым, кто трахнет эту прекрасную попку.
– С-сейчас?
– Не сейчас. Ты будешь предвкушать это.
– Дьявол!
Снова низкий смешок. Свободной рукой он обнял меня спереди, его пальцы устремились к моей киске.
– А, сладкий ноющий маленький клитор моей Кати.
– Он поглаживал его, одновременно принимаясь гладить свой член, не вынимая при этом из меня свой палец.
Я была переполнена наслаждением и не могла решить: податься ли назад к нему или толкнуть бёдра навстречу его умелым пальцам.
– Так... хорошо... так хорошо.
– Я буду обладать каждой клеточкой твоего тела, - прохрипел он.
– Глазами, губами, каждым сантиметром твоей плоти. Твоим сложным, чересчур развитым интеллектом. Твоя киска уже принадлежит мне - даже ты это признала.
– Почувствовав, как его большой палец стал двигаться быстрее, я вскрикнула.
– Скоро я сделаю своей и эту маленькую узкую дырочку. Он резко качнул бёдрами, шлёпнув меня по ягодицам.
Думать я не могла. Тотальное замыкание.
–
Я подалась назад, отвечая ему невнятными звуками. Уровень стимуляции зашкаливал.
– Вот так... я чувствую, как напрягается твоя киска, готовясь к разрядке. Я дарю тебе эти ощущения - больше никто - потому что ты мне принадлежишь. Ты будешь кричать моё имя, правда, Катя?
– Он протолкнул вперёд одновременно и член и палец.
– О, Боже!
– Когда удовольствие затмит твой разум, в голове останется только одно имя. Моё. Его слова подтолкнули меня к самому пику.
– Максим,– закричала я.
Его пальцы стали двигаться ещё быстрее, отправив меня в огромный неистовый водоворот оргазма. Вцепившись в вешалку для полотенец, так, будто от этого зависела моя жизнь, я принялась отчаянно извиваться и вилять задом.
– Вот так, детка, вот так. Прими от меня это удовольствие.
Я так и сделала. Ещё и ещё.
Постепенно мои крики утихли. Как только я обмякла одной сплошной подрагивающей массой, он вынул палец и обхватил мои бёдра.
Удерживая меня, он вытянулся вперёд и вошёл в меня со всего маху. Хрипло пророкотал:
– Могу трахать тебя вечно, красотка. Хочу, чтобы ты снова кончила.
Входил он в меня резко, шлёпая яйцами по обнажённому клитору. Он напирал со всей силы, с каждым разом погружаясь всё глубже. Я могла лишь держаться, чтобы не упасть.
Над моим плечом он открыл рот, почти кусая плоть, словно какое-то дикое животное. Касание зубов к моей коже...
Замкнутое пространство ванной прорезал мой крик. Член набух до такой степени, что мышцы едва-едва были способны сокращаться вокруг него во время спазмов.
Он зарычал, входя ещё сильнее. Потом, отпустив плечо, прокричал:
– Ты делаешь это со мной! Аа!
Он кричал, запрокинув голову назад, изливаясь, вдавливаясь в меня бёдрами
Один дикий толчок. И ещё. И ещё один.
Наконец, из его груди вырвался удовлетворённый стон.
Постепенно его плечи расслабились, но он по-прежнему оставался внутри меня, не спеша выходить. Рукой он обвил мою талию.
– Отпусти, lapochka.
Я с трудом разжала пальцы, вцепившиеся в вешалку, а он притянул меня к себе.
Своим дыханием он щекотал мою влажную кожу. Спиной я чувствовала, как колотится его сердце. Одна рука легонько накрыла моё горло. Другая обхватила грудь.
Он намеревался перевести дух именно так - словно обнимать меня было для него самым естественным занятием в мире.
Словно он - мой давний любовник, а я - его девушка. Когда он ткнулся носом мне в шею, покрывая поцелуями плечо, мне почти захотелось, чтобы так оно всё и было.
Когда я высушила волосы и надела новый шёлковый халатик, его телефон вновь зазвонил.