Мастер
Шрифт:
– Пощади!
Он вырвал из розетки шнур питания и рухнул на меня сверху.
Тяжело дыша, сообщил:
– Мы отбываем утром двадцать восьмого, Katya. Тебе надо будет сделать кое-какие покупки.
Глава 26
Уже выбрав несколько украшений, включая жемчужные серьги в комплект к ожерелью, я колебалась, разглядывая ещё одну золотую пару серёжек по заоблачной цене, сравнимой со стоимостью спортивной
Пожилой ювелир полировал очки:
– Не торопитесь, моя дорогая.
Сегодня, занимаясь внесением последних корректировок в организацию системы безопасности на свадьбе (какое количество охраны нужно для одной свадьбы?), Севастьянов вызвал поставщиков прямо в отель.
– Я знаю, что шопинг ты ненавидишь, - сообщил он мне, - но придётся потерпеть.
– Так сказал король.
Будучи вынужденной поехать на свадьбу, я провела анализ рисков и выгод. Выгоды: еще больше невообразимого секса, интересное путешествие, возможность впервые увидеть снег. Я смогу познакомиться с его родственниками и друзьями, чтобы узнать об этом человеке побольше. Интересно, как он меня представит, как будет вести себя на публике?
Риски: катастрофа. Но я убеждала себя, что не успею так быстро влюбиться. Чуть больше недели? Смешно даже думать. Ведь так? Поеду, повеселюсь на свадьбе, а сердце лишь немного поноет.
Как бы там ни было, выбора у меня нет, придётся ехать. При плохой игре...
Ювелир был последним из поставщиков. Свои изделия он выложил на длинном обеденном столе, застеленном чёрным бархатом. Чуть ранее Севастьянов бросил, проходя мимо нас в кабинет:
– Она это берёт, - и обвёл рукой всю коллекцию.
Я поспешно уверила ювелира:
– Он шутит!
– Конечно, моя дорогая, - ответил тот, но мы оба знали, что Севастьянов не шутил.
По настоянию Максима я заполнила два шкафа. Если магазины приходят к тебе, шопинг становится совершенно другим. Туфель у меня теперь было больше, чем я могла сосчитать, а так же появились чемоданы, сапоги, юбки, блузки, свитеры, тёплая верхняя одежда, сумки и невероятное длинное вечернее платье для свадебной церемонии - да, ещё ящики с бельём.
Примерять лифчики оказалось непростым испытанием из-за того, что он вчера со мной сделал. Утром соски по-прежнему были припухшими, а тело побаливало. Чтобы выдержать пробежку, пришлось выпить аспирин и заклеить соски пластырем. Севастьянов снова за мной наблюдал (ну точно лев за газелью). В конце он даже не стал дожидаться, пока я пройду мимо кровати, а просто стащил с дорожки, заставив обвить ногами талию. Оттянув майку, спросил:
– Что это?
– Пластырь.
– Я ахнула, когда он отвёл в сторону шорты и резко в меня
– Они слишком чувствительные.
– Ах ты, бедняжка, - ответил он, но его глаза сияли.
В течение дня он увлекал меня в спальню, чтобы покрыть их поцелуями - сладкими, нежными поцелуями вокруг каждого соска. Что только усугубило ситуацию!
И будто бы физической боли было мало, он пытался меня уязвить, продолжая писать "зеркальные" подколки. Последняя запись была о двери, которая стукнет меня под зад. Его ответ?
"Далеко ли ты убежишь связанная?"
Чёртов дьявол! Я ответила: "Прямо в Небраску, малыш".
На огромном зеркале почти не осталось свободного места.
Сейчас он вышел из кабинета, на ходу завершая телефонный разговор.
– В чём загвоздка?- спросил он.
В деньгах, которые ты тратишь! Считать расходы было весьма затруднительно потому, что на товарах не было ценников и приходилось всякий раз спрашивать. Готова поклясться, что он уже потратил на меня - я сглотнула - полмиллиона долларов. Всякий раз, когда от этой цифры у меня дух захватывало, я представляла, что это лишь крохотная часть его состояния. Всё относительно, правда?
Севастьянов заметил серьги, и в его взгляде снова появился блеск. Он обратился к ювелиру:
– Эти она определённо возьмёт...
Как только мужчина удалился, Максим сказал:
– Я просмотрел твои сегодняшние покупки. Результат неутешительный.
– Por el amor de Dios. Серьёзно?
– Если ты не одета с иголочки, это бросает тень на меня. Завтра начнёшь по новой.
– Максим, мне столько не надо! И меня беспокоят твои траты. На плохом рынке с твоим миллиардом сегодня ты заработал меньше, чем потратил.
Тоном, которым я часто пользовалась в разговоре с ним, он произнёс:
– Ой, неужто моя малышка думает, что в моём распоряжении лишь официальный миллиард?
У меня челюсть отвисла. Незадекларированный нелегальный доход. Я расхохоталась.
– Люблю твоё чувство юмора.
– Оно у меня есть?
– Выше всяких похвал.
– Я погладила его по груди.
– Но завтра я всё равно не смогу делать покупки. У меня свидание с тем русским.
Его брови взлетели.
– О, неужели?
– Он очень богат, так что возьмёт отгул и проведёт его со мной.
Его взгляд оживился.
– И что вы будете делать?
– Днём будем валяться у бассейна, готовить барбекю. Потом он возьмёт меня на пляж на пробежку. И ещё туррон. Эта штука для него - словно мёд для медведя...
Максим подхватил меня на руки и устремился в спальню:
– Прекрасно. От шопинга ты освобождена.
– Потом он шлёпал меня, а я визжала.
– Больше ничего тебе не куплю - совершенно неблагодарное занятие.