Мастера иллюзий
Шрифт:
– Выглядели обычно, среднего роста, оба в очках круглых темных, комбинезоны такие синие с надписью "ЮНЕСКО". Аппаратура у них на треногах. Один мерил, а второй записывал. Минут десять ходили по храму, а я и не препятствовал, служба только через час должна была начаться, да и дело богоугодное. Потом у них что-то сошлось, они заторопились и на выход. Я спрашиваю, что намерили, а они отвечают - собор крепкий, еще сто лет простоит, во как! Второй на радостях даже блокнот обронил, я поднял и за ними, а их и след уже простыл.
– А где сейчас этот блокнот?
– спросил
– Так я его в шкаф положил, думал, вернутся за ним, ан нет. Да и понятно, мужчина тот каждый листок исписанный обрывал и в папочку складывал.
– Спасибо, батюшка, - сказал Леонид и побежал к спасателям.
Задняя часть храма пострадала от пожара меньше всего. Огромный манипулятор за час расчистил от крупных обломков находящуюся за алтарем комнату. Глеб плюнул на свои бесплодные попытки что-либо понять в странном взрыве и вызвался помогать Кузьмину, отец Алексий координировал действия полицейских. Вскоре они извлекли из-под завалов пять икон, чем несказанно порадовали батюшку, а в деревянном месиве, когда-то бывшем шкафом, обнаружили тонкий блокнот в клетку. Вместе с Глебом Кузьмин вернулся на базу.
В лаборатории он осторожно посыпал бумагу железным порошком и переместил его с помощью магнитной кисти. После удаления излишков взгляду Леонида предстал схематичный рисунок. Вершины пятиугольника были помечены буквами: КС-Р, НД-Ф, К-СА, ХГГ-И, ХХС-Р. Под каждой стояли цифры от одного до пяти. Лана живо заинтересовалась находкой и тут же заявила, что KC - это Казанский собор, а дальше мнения сигмовцев разошлись. За этим спором их и застал Смолин.
* * *
Санкт-Петербург. Невский проспект. Департамент полиции.
– Павел Аркадьевич, я знаю, где будут следующие взрывы!
– заявил Кузьмин.
– Лучше бы ты сказал, что их не будет, - вздохнул майор.
– Излагай...
Кузьмин вкратце рассказал о своей находке и перешел к рисунку.
– Буквы КС-Р обозначают Казанский собор, понятно, в России. НД-Ф - Нотр-Дам де Пари во Франции...
– Возражаю!
– подала голос Лана.
– Во Франции храмы через один носят название Нотр-Дам и как-нибудь там. Нотр-Дам де ля Гард в Марселе, просто Нотр-Дамы в Дижоне и Шартре.
– Собор Парижской Богоматери - это сердце столицы, - парировал Леонид.
– Если террористы будут выбирать, какой из французских храмов взорвать, то остановятся именно на нём!
– Логично, - согласился Смолин, почему-то вспомнив Любимова.
– А остальные буквы?
– Единичная "К" - несомненно, святыня мусульман Кааба в Мекке, Саудовская Аравия, - бросив торжествующий взгляд на девушку, продолжил Кузьмин.
– Дальше совсем просто: храм Гроба Господня в Иерусалиме, Израиль, и храм Христа Спасителя в Москве.
– Начинают с России и ей же заканчивают, - задумчиво проговорил майор.
– А почему вы решили, что взрывы вообще состоятся?
– Под буквами стоят цифры, - перехватила инициативу девушка.
– Они показывают очередность терактов.
– А вдруг эти люди просто отмечали следующие объекты для инспекции? Все-таки надписи "ЮНЕСКО"...
–
– Но характер их действий и аппаратура позволяют мне заключить, что комиссия - липовая. Не знаю, что они измеряли в соборе, но точно не сохранность здания. Кроме того, та же Кааба не включена в список всемирного наследия.
– Получается, мы имеем международную террористическую организацию, о которой ничегошеньки не знаем, и места следующих взрывов без дат, - заключил Смолин.
– Думаю, теракты спланированы во времени, - сказала Лана.
– Если начнут рушиться святыни по всему миру, представляете, какая волна негодования поднимется?
– И наша задача поскорее вычислить и нейтрализовать взрывников, - продолжил майор.
– Кстати, у меня есть любопытная запись, не хотите посмотреть?
Настал черед Смолина рассказывать о Любимове, Нестерове и погоне за призрачной "девяткой". Сигмовцы сгрудились перед монитором, где Вобер уже в который раз демонстрировал чудеса превращения. Первой высказалась Лана:
– Возможно, какая-то техника проецирует изображение вокруг него. Это доказывает и ее сбой, когда мужчина проходил через поле детектора.
– Ланочка, ты представляешь, каких размеров должна быть аппаратура, выполняющая такие задачи?
– возразил Кузьмин.
– Товарищ должен везти за собой целую тележку, а у него только легкая сумка.
– А если он гениальный изобретатель?
– не сдавалась девушка.
– Тогда чего же твой гений не продумал опасность подобных сбоев? Из чего сделана его аппаратура, раз металлоискатель её не обнаружил?
– И какой из этого вывод?
– спросил Смолин.
– Боюсь показаться смешным, но этот Вобер каким-то образом сам проецирует нужное изображение и на сетчатки глаз, и в объектив камеры, - сказал Леонид.
– Если отбросить всё невозможное, то это единственное объяснение.
– Всё не-воз-можное, - передразнила Лана.
– Это объяснение твоё невозможно!
– Так, стоп!
– оборвал майор.
– Если принять версию Лёни, то этого человека нельзя поймать по приметам, но ведь сейчас рядом с ним Любимов. Я, конечно, не представляю, как товарищ делает эти проекции, но вряд ли он способен укрывать ими еще и спутников. Передадим информацию коллегам из французской жандармерии и посмотрим, что из этого получится. Если даже Вобер не замешан в теракте, то явно что-то знает о настоящих взрывниках - не зря же он направился в Париж! Джорджик, я понимаю, Глеб молчит, он больше по саперному делу, но ты-то что думаешь?
– Интересно мне в "Сигме" работать, Павел Аркадьевич. "Секретные материалы" отдыхают!
* * *
Париж. Международный аэропорт Шарль де Голль.
Аэробус А-320 прибыл в столицу Франции поздно вечером. Весь полет Артем пытался выведать у Вобера интересующую его информацию, но тот со стойкостью спартанца пресекал эти неуклюжие попытки и в свою очередь рассказывал про достопримечательности Парижа, где, оказывается, жил долгое время. Постепенно они перешли на "ты".