Мастера иллюзий
Шрифт:
– Вход один, - заметил Артем.
– Балдур не сможет пройти незамеченным.
– В Мекке уже смог, - сказал Клод.
– Давайте действовать по плану, ничего другого нам не остается.
– А где найти этих сатанистов?
– спросил Смолин.
– Да и есть ли они вообще в священном городе?
– Зло найдется везде, - ответил Вобер.
– Потри хорошенько праведника и обнаружишь грешника. Раньше я бы посоветовал сходить на рок-концерт, а сейчас достаточно будет пройтись по окраинам - чем ближе конец света, тем больше тьмы на улицах.
* * *
Иерусалим.
Если храм даже снаружи освещали мощные прожектора, то на окраинах мрак разгоняли лишь редкие фонари. Сделанные из желтоватого камня дома походили друг на друга как близнецы. Людей на улицах было немного, жители предпочитали пережидать страшное время за крепко запертыми дверями, молясь и уповая на помощь небесных сил, а на худой конец - родного правительства. Ломов подозрительно оглядывал подворотни и всё порывался достать табельный глок. Заметив беспокойство напарника, майор хмыкнул:
– Кто-то нервничает?
– А как же иначе, Павел Аркадьевич? После всех этих событий только и ждёшь, что из темноты выскочит страхолюдина какая. Я думал, съездим спокойно к арабам, позагораем, искупаемся, поймаем нашего террориста и домой. А тут люди заживо горят из-за штучек колдовских... да что люди, солнце исчезло! Это уже, знаете ли, ни в какие ворота. Меня к такому не готовили.
– А кого готовили? Бери вон пример с Любимова - собран, спокоен, даже планы какие-то строит.
– Сравнили! Этот парень как раз в таких вещах разбирается, его целый мастер иллюзий учил, а у меня до сих пор в голове не укладывается... но вы не думайте, что от меня требуется, всё сделаю!
Впереди показалась освещенная факелами площадь. Около ста человек возбужденно гудели, окружив испещренную черными рунами бетонную тумбу. Стоящий на ней мужчина яростно размахивал руками, брызгал слюной и даже подпрыгивал от возбуждения, стараясь донести до толпы свои мысли. Многие люди подхватывали его слова, скандируя их на манер лозунгов. В сторонке скучали двое полицейских, но, несмотря на явную несанкционированность митинга, прекратить волеизъявление народа не спешили. В общем-то Павел их понимал - в трудные времена лучше дать людям выпустить пар на таком вот импровизированном форуме, чем позволить толпе крушить витрины магазинов и поджигать автомобили.
– Грядет конец света!
– неистовствовал оратор.
– Тот бог, которого нам навязывают веками, хочет уничтожить наш мир! Вам лгали! Поганый Христос никого не любит, это он вселенское зло, мы должны отречься от него и присягнуть истинному господину, в этом наше спасение! Вы хотите жить?!
– Да!
– Хотите любить жену, растить детей?!
– Да! Да!
– Хотите жить свободно, без страха и оглядки на дурацкие заповеди?!
– Хотим!
– Вы свободны, я благословляю вас! Восславьте господа нашего Люцифера! Он защитит нас, он даст силы, он поможет нам! Грядет его царство, он снизойдет на землю и прогонит тьму! Приди к нам, сын зари!
– Люцифер, приди! Приди, Люцефер!
Люди потрясали факелами, многие опускались на колени и возносили
– На ловца и зверь бежит?
– Достойный экземпляр, - кивнул Клод.
– Дождемся окончания этой вакханалии. Сдается мне, сегодня мистер Люцифер еще не почтит нас своим присутствием.
* * *
Артем во все глаза смотрел на нежданное представление. Клод был прав, трудные времена будят в людях порой такое, чего в повседневной жизни и не увидишь. Вон тот мужчина в черных брюках и белой рубашке - по виду обычный клерк, а размахивает факелом и выкрикивает имя дьявола с жаром потомственного сатаниста. Или та девушка, обнажившая в религиозном экстазе белые груди и трясущая ими перед лицом бородатого толстяка - ну точно прирожденная ведьма-нимфоманка!
Артем взглянул истинным зрением. Души этих людей не были темными, но уже покрылись черными кляксами, словно зараженное грибами-паразитами дерево. Другое дело, с десяток адептов, что собрались сейчас вокруг пентаграммы, прикрывая своего пастыря от возможной опасности - этих тьма поглотила без остатка, для дуала они выглядели черными фигурами без единого светлого пятнышка. Артем указал на них Клоду:
– Эти подойдут.
Сзади раздался вой сирены. Полицейским надоело-таки просто наблюдать за творящимися на площади безобразиями и они вызвали подкрепление. Из двух микроавтобусов выпрыгивали бойцы со щитами и в касках. Кто-то закричал, в полицейских полетели факелы и камни, истерично заверещала полураздетая девица, которой досталось дубинкой ниже спины. Адепты окружили проповедника, начали отступать по боковой улице, оставляя позади растерянных неофитов. Вобер кивнул Смолину, все вместе они двинулись вдоль стены вслед за беглецами.
Через два квартала те скрылись в темноте арки. Выждав немного, майор заглянул за угол и махнул рукой - чисто. Проход вывел в круглый дворик с черными окнами и единственной дверью, способной при желании выдержать попадание артиллерийского снаряда. Пожав плечами, Вобер забарабанил по железной створке кулаком. Грохот всполошил местных крыс, те запищали, невидимые за решетками подвальных окон. Озираясь, Ломов потянул из кобуры пистолет, Артем отрицательно мотнул головой.
Долгую минуту ничего не происходило, Клод уже примерился к двери ботинком, когда на стене ожил динамик:
– Кто там?
– Друзья. Нам нужно поговорить с вашим лидером.
– Приходите утром.
– Если мы не поговорим сейчас, утра уже не будет.
За дверью долго раздумывали, наконец, динамик выплюнул:
– Сколько вас?
– Четверо.
– Оружие есть?
– Да.
– Входите. Только без резких движений.
Щелкнул электронный замок. Артем прошел вслед за Вобером и полицейскими в дверь, они оказались в тесном тамбуре. Единственная лампочка освещала штукатуреные стены с рядом бойниц, сбоку выдвинулся металлический ящик.