Мастера книги
Шрифт:
– Привет, – сказал дед, – извини, что я вот так материализовался, без стука.
– А что еще от вас галлюцинаций можно ждать, – не очень радушно ответил я на его приветствие.
– И никакие мы не галлюцинации, – почему-то обиделся дед.
– Тогда почему вас не видит никто, кроме меня?
– Как ты уже знаешь, – принялся объяснять Тень, – то, что ты воспринимаешь, как реальность, является интерпретацией твоей нервной системой совокупности поступающих сенсорных сигналов. Так вот, мы с твоим усопшим пращуром являемся пакетами сенсорных
– Еще раз назовешь меня пращуром, я из тебя ящера сделаю, – недовольно пригрозил дед, но Тень не обратил на его слова никакого внимания.
– Вообще-то он пришел для того, чтобы помочь мне тебе помочь, – сообщил он мне и хитро подмигнул.
– Ты знаешь, как ее можно вытащить оттуда? – накинулся я на деда.
– Ну что, убедился? – с видом победителя спросил у него Тень.
– Это не считается, – возразил дед, – к тому же он еще не знает главного.
– Чего я не знаю? – испугался я.
– Твой дед считает, что ты должен задать самый главный вопрос.
– Вот именно, – подтвердил дед.
– Слушайте, мужики, мне сейчас не до загадок, – взмолился я.
– Ладно, я подскажу, – решил дед, – ты же хочешь узнать, любит ли она тебя или нет?
– Я как-то в этом не сомневаюсь, – ответил я.
– А зря.
– И я никого не хочу об этом спрашивать, – заявил я, догадавшись, чего они от меня хотят.
– Однако правила игры таковы, что сначала ты задаешь этот вопрос, а потом уже мы тебе помогаем.
– Хорошо, парни, она меня любит?
– А нам откуда знать? – ответил Тень.
– Тогда какого вы хера?! – разозлился я.
– Ты не нас спрашивай, ты пиши, – наказал дед.
– Что писать? – растерялся я.
– Может тебе еще и диктант устроить?
– Как-нибудь обойдусь.
– Тогда пиши. У нас не так много времени.
«Так любит ли меня Алина?» – Написал я, а когда пришел ответ, убедился в том, что я совершенно правильно не хотел ничего об этом знать. И дело совсем не в том, что Алина меня не любила. Ей нравилось мое отношение. Со мной ей было интересно и хорошо в постели. Ее тянуло ко мне, я был ей дорог… И все такое.
Вот только чувства и отношения для Алины были далеко не главными ценностями, и, прикажи ей начальство, она, не задумываясь, всадила бы мне пулю промеж глаз. Потом бы, возможно, немного всплакнула, ну да мне от этого легче бы уже не стало.
Вот только я ее любил. Любил со всеми ее слабостями и недостатками.
– Ну то, ты и дальше хочешь ей помогать? – укоризненно спросил меня дед.
– Конечно хочет, – ответил за меня Тень.
– А ты не лезь, когда я с внуком разговариваю.
– А ты на него не дави.
– Может, хватит! – не выдержал я, – ведете себя, как два идиота.
– У нас для этого есть все основания.
– Ты, кажется, сказал, что вы пришли мне помочь, или я не так понял?
– Ты еще не сказал, хочешь ли ты этого, – вмешался дед.
– А разве это не очевидно?
– Ты должен
– Ладно, – перебил я его, – мне надо вытащить Алину…
– Никаких надо! – гаркнули они хором.
– Только хочу или не хочу, – пояснил Тень, – таково правило.
– Ладно, черт с вами, я хочу вытащить ее оттуда.
– После всего того, что ты узнал? – недовольно спросил дед.
– После всего того, что я узнал или не узнал. Не имеет значения. Я хочу ее вытащить, и давайте, наконец, займемся делом!
– Я же говорил, – обрадовался Тень, – давай бабки.
– Что ты еще говорил? – спросил его я, мечтая двинуть ему по голове ноутбуком.
– Что ты – пиздострадатель, – ответил за него дед, – я не хотел в это верить, в результате потерял и внука и сотню баксов.
– Так вы, козлы, тут ставки на меня делаете! – взбесился я.
– Остынь, – совершенно спокойно отреагировал Тень, – чтобы вытащить свою подружку, тебе надо быть совершенно спокойным, – а ты, – это он уже деду, – гони бабки.
– Держи, – дед нехотя достал из кармана скомканную купюру и отдал ее Тени, – А ты, – сказал он уже мне, – садись за компьютер и закрывай глаза.
Представь теперь нужного человека, – продолжил он, когда я принял исходное положение.
– Как это? – не понял я.
– Просто представь себе нужного человека. Можно один только контур.
Несмотря на то, что я уже достаточно долго занимался саморегуляцией, визуализация мне не хотела даваться в принципе. Прошло минут десять, а я только и смог что представить какое-то бесформенное пятно, что я и сообщил деду, когда он, не выдержав ожидания, поинтересовался, как мои успехи.
– Достаточно и пятна. Теперь назови его нужным человеком, открывай глаза и начинай писать. Пиши: я сижу, иду, читаю, смотрю в окно… и так далее. Ты должен перечислять, пока не попадешь в точку.
– А как…
– Узнаешь, – оборвал меня дед.
На третьей странице «бреда от первого лица» из меня потек текст:
«Я еду в машине за рулем. Мне чуть более тридцати, но я уже личный референт куратора. На этой должности я недавно, каких-то пару недель, поэтому меня переполняет гордость и удовольствие от осознания зависти бывших коллег. Я подъезжаю к тому самому зданию, куда куратор приглашал меня на беседу, останавливаюсь возле зачуханного на вид гаража соседней конторы, достаю из кармана брелок, как на ключах от машины и нажимаю на одну из пяти или шести кнопок. Ворота гаража отворяются, и я въезжаю внутрь, жду, когда ворота закроются, и нажимаю еще одну кнопку. После этого пол гаража вместе с машиной и, разумеется, вместе со мной уходит вниз – гараж оказался служебным лифтом, причем для одного «меня» этот факт оказывается удивительным открытием, тогда как другой «я» давно уже все это знает. Лифт останавливается, и я медленно еду на свое персональное парковочное место. Я выхожу из машины и иду уже к другому, пассажирскому лифту, которым управляют при помощи все того же брелка.