Маттимео
Шрифт:
– Невозможно. Они определенно были здесь прошлой ночью, разве нет? Кто-нибудь из вас видел их?
Кротоначальник пожал плечами:
– Может, да, а может, и нет. Я никак не думал приглядывать за ними.
Джон Черчмаус сбросил свою котомку на пол.
– Моя жена в плену у этих мерзких птиц! Где они ее поймали?
Он рванулся к лестнице, но был задержал Винифред и Амброзием. Летописец яростно пытался вырваться.
– Пустите меня, нечего и говорить, что эти дикари-убийцы могут сделать с ней!
– Джон Черчмаус, успокойся!
– приказал Мордальфус.
–
Джон с удивлением взглянул на него. Аббат редко говорил с кем-нибудь так резко. Его горячность утихла, и он позволил усадить себя на стул.
Мордальфус повернулся к барсучихе:
– Констанция, расскажи нам, пожалуйста, все, что знаешь об этом происшествии.
– Боюсь, здесь много не скажешь, отец аббат. Вчера Василика и миссис Черчмаус были на колокольне. Должно быть, Ролло присоединился к ним позже. Так вот, когда я позвала всех в дом и захлопнула двери аббатства, вероятно, они остались снаружи. Наверное, они не слышали моего зова. С колокольни никак нельзя пройти внутрь аббатства, поэтому позже они должны были пересечь лужайку. Птицы схватили их на открытом месте. Ворона сказала, что они отнесли их на чердак. В полдень Генерал Железноклюв хочет встретиться с нами вне дома.
Сидя в углу тускло освещенного чердака, Василика и миссис Черчмаус старались держаться как можно более незаметно, увещевая малыша Ролло, чтобы он вел себя спокойно и тихо. Генерал Железноклюв и его птичье воинство вернулись на чердак после того, как искупались в пыли. Это мало помогло им, и в конце концов они снова вылетели, чтобы окунуться в солоноватую воду во рву и отмыть себя от прилипшей к их перьям жирной грязи. Это также не принесло значительного улучшения - зловоние все еще преследовало их.
Железноклюв свирепо уставился на пленников:
– Йах-ха! Вы и ваши друзья дорого заплатите мне за это оскорбление.
Василика прикрыла Ролло своим порванным фартуком.
– Ты, великий хвастун, ты заслужил все то, что получил!
Мангиз не был в числе тех, кто попался в ловушку на лестнице, поэтому он стоял немного в стороне от своего Генерала и отворачивал клюв, чтобы спрятать его от неприятного запаха.
– Кар-р! Молчи, мышь! В полдень вы получите по заслугам. Вы должны умолять могущественного Железноклюва пощадить ваши жалкие жизни.
Миссис Черчмаус с отвращением взглянула на ворону.
– Мы никогда не станем унижаться перед такими негодяями, как вы. Убейте нас, если хотите, но вам никогда не завоевать аббатства Рэдволл.
– Смелые речи - не более чем пустые яичные скорлупки. Вы пожалеете, когда придет время, - предрек Мангиз.
Ролло высунулся из-под фартука,
– Генерал Каракатица!
– выкрикнул он, скорчив рожицу.
– Молчать! Угомоните эту малявку, а не то мы убьем его прямо сейчас.
– Заткни свой клюв, трус!
– возмущенно воскликнула Василика.
– Убивать детей, вот, наверное, и все, на что вы годитесь, пожиратели падали?
Мангиз уже собирался ответить, но Железноклюв прервал его:
–
Миссис Черчмаус пошарила в кармане фартука и нашла несколько сушеных фруктов, из которых она готовила завтрак на кухне. Она дала их малышу Ролло и села, обняв его лапой.
– Жаль, что твой Матиас еще не вернулся, он бы сумел нас выручить, прошептала она.
– Конечно, сумел бы, но не волнуйся, твой Джон, Констанция и аббат позаботятся о том, чтобы мы остались невредимы. Я беспокоюсь за Ролло. Со мной они могут делать все, что угодно, лишь бы не тронули ни волоска на голове этого малыша.
Миссис Черчмаус погладила Ролло по крошечным ушкам.
– Храни его судьба. Ты помнишь, когда твой Маттимео был таким же? Мои Тим и Тэсс были немногим старше, и они шалили как тройка настоящих сорванцов, скажу я тебе.
Василика улыбнулась:
– Да, но в те времена мы были так счастливы с ними. Я надеюсь, что где бы они сейчас ни скитались, они живы и здоровы.
– В один прекрасный день все они придут домой по той дороге, я знаю это. И тогда враги нашего аббатства пожалеют о том, что родились на свет.
31
Воинство Камнекрапа действительно было огромно. Маттимео никогда не видел так много крыс разом. Молчаливые и подтянутые, они массами роились меж кустов, холмов и деревьев на том берегу. Все крысы носили луки и стрелы и держались отдельными отрядами, в каждом из которых был свой командир, получавший приказы от командующего - Камнекрапа. Пленников привязали к деревьям, но Маттимео все еще мог видеть реку. Он сел с Тимом и Аумой, прислушиваясь к разговору Слэгара и Камнекрапа.
– Посмотрим, как твои преследователи переберутся через реку, Слэгар. Они решительный народ, но они еще не встречались с моей армией длиннохвостых. До сих пор им доводилось сталкиваться лишь с кучкой работорговцев.
– Я был занят тем, что вел колонну рабов, - фыркнул Беспощадный. Вступать в открытый бой - не мое дело. Кроме того, у тебя есть могучая армия крыс.
– Да, и каждый из них - опытный лучник. Я мог бы разделаться с этими лесными жителями, бросив на них лишь четверть моего войска.
– Хм, тогда почему ты этого не делаешь?
– вызывающе спросил Слэгар.
– Потому что я никогда не оставляю ничего на волю случая. Хочешь задержаться и посмотреть - только для того, чтобы убедиться, что твои враги убиты?
– Нет, я продолжу путь на юг. Если твоя армия так хороша, как ты расписываешь, то мне нечего беспокоиться о погоне. Трехпалый! Построй их в колонну, у нас впереди целый день пути.
Витч тычками и понуканиями сгонял в колонну Маттимео и его товарищей.
– Попрощайся со своим отцом и его друзьями, Маттимео, они будут дохлыми еще до того, как закончится день, - злорадно пообещала ему крыса.
Мышонок не мог позволить себе ответить на насмешки Витча, хотя его сердце выскакивало из груди при мысли о том, что его отец и все остальные будут захвачены врасплох, посреди реки, огромной крысиной армией, которая легла в засаду на берегу. Он набрал полную грудь воздуха и беззаботно рассмеялся, глядя на крысу-недомерка.