Мажор
Шрифт:
– Я командир.
– Уважительная причина...
Отходняк, однако... Расслабились, а зря! Во время легкого обсуждения тяжелого вопроса, я оказался спиной к дому. Непростительная оплошность. Зрачки глаз Сани расширились, повеяло смертью. Опасность! Вскидывая автомат, начал разворачиваться. Не успел! Автомат Санька пропел свою песню...
В дверях дома заваливался набок пацан лет тринадцати... Выпавший, из ослабевших рук, "калаш" валялся рядом.
– Млять!
– присмотрел, называется - чтоб чего не вышло. Тут за самим глаз
Женщина взвыла дурным голосом и бросилась к мальцу.
– Хреново как-то вышло!
– Саня поднял глаза к небу.
– Ребенок совсем...
– Успокойся, взял оружие - значит взрослый!
– вот ведь, он еще от гибели своего напарника не отошел. А тут такое!
– Егор, дай сигарету! Пожалуйста!
– пока идет операция курить нельзя. Но тут такое дело...
– Конечно, иди, вон на бревнышке посиди, а мы закончим. Вова, лезь вниз.
Матерясь, на чем свет стоит, недовольный Балагур полез в схрон. И, правда! Не мне же лезть, я командир или как? И тут нахлынуло... Что?.. Это?.. Такое?.. Уже намного позже я разобрался, что это было. Ненависть, месть!!! Желание убить!!! А сейчас меня накрыло что-то неизведанное. Плохое!!! Я начал метаться. Что это?.. Что?.. Женщина?! В тонких руках автомат, лежавший возле трупа ее сына. Раззявы! Дуло почти смотрит на Саню. А Саша, прикрыв глаза, курит, не замечая ничего. Время замерло. Что есть силы рву автомат вверх. Воздух, как кисель, неохотно расступается под напором холодного, бездушного метала. Я чувствую, как мышцы рук рвутся от напряжения, пытаясь обогнать смерть. Быстрее!!! Я вижу, как палец напрягается на курке. Быстрее!!! Пока не выбран свободный ход. Я начал стрелять за мгновение до того, как прицел моего оружия достиг ее ног. Пуля, выпушенная мной, достигла голени женщины. Стая свинцовых ос рвало ее тело, впиваясь все глубже. Поздно, ее автомат уже изрыгает смерть... Мои ноги подкашиваются, руки выпускают автомат... Земля рывком, поднимается вверх... Спасительная темнота...
Тишина и покой. Хорошо-то как! Никаких забот. Все хорошо. Ничего не болит... Не болит?! Болит! Еще как болит! Все тело! Больно-то как! Почему? Почему больно? Я жив? Наверное... А Саня умер!!! Мой друг, боевой товарищ... Умер... Он ушел к Вовке... И Тунгусу...
– С-а-а-а-а-а-аня!!!
– Не ори! Тут я...
Яркий свет ударил по глазам. Пытаюсь прикрыть лицо рукой. Хорошая попытка, жаль неудачная. Всю руку скрутило от жуткой боли.
– Не дергайся, на тебе живого места нет.
– Я что, тоже умер?..
– я наконец-то приоткрыл один глаз.
– Справа от меня сидел Санек и курил, без каски, но с забинтованной головой.
– Что значит тоже? Я вот вполне живой и даже почти здоровый. Так, слетевшей каской ухо поцарапало...
– пожимает плечами.
– Как?! Я же видел, она точно в тебя целила!
– шевелить руками я больше не пытаюсь. Только слегка повернул голову, уже хорошо, шея не болела...
Саня затянулся, выпустил струю
– Наверное. Я не видел, - смотрит мне в глаза, - Балагур сказал, что ты не мог успеть... Но успел...
Молчит, смотрит на меня и молчит. Ждет чего-то? Чего? Я точно знаю, что опоздал... Если только... Хм!? Может быть!? Теоретически конечно... Возможно, первая пуля была еще в стволе, когда мои выстрелы... Да!!! Я все же успел! Сбил прицел! Невероятно, но другого объяснения я не вижу. А и черт с ним, главное: Санек живой!
– Чего молчишь?
– А что говорить?
– Как ты смог ускориться?
– Чего? Ничего я не ускорялся... Не говори ерунды - это фантастика!
– Ну да, ну да... Ты на руки свои посмотри, они же синего цвета - один большой синяк!
Я скосил глаза, на свои руки... М-дя!? Действительно, одна большая гематома. Млять! В госпиталь законопатят, как пить дать законопатят! Я застонал...
– Да не боись, - Санек последний раз затянулся, потушил окурок и втоптал каблуком в землю, - Степаныч обещал: без мясников вылечить: мазь у него душевная есть. За неделю все пройдет...
– Хорошо бы... А где все?
– я наконец-то решил оглядеться. Лежу на земле, возле нашего ЗИЛа, в теньке.
– Бандитов зачищают.
– А что так тихо?
И тут бабахнуло! Конкретно так, громко! Саня схватился за рацию, начал что-то бубнить. И довольно улыбаясь, повернулся ко мне:
– Все путем! Наши озоруют...
– присел рядом со мной, - спасибо, Егор!
– За что?
– Что жена вдовой не стала... За то, что себя не жалел... Что слово, данное Вовке, не нарушу... За все спасибо...
Полез в карман, достал сигарету, прикурил... Хм. А сигареты-то мои курит!
– Саня, ты же не куришь!?
– Закуришь тут...
– Тогда уж и раненому товарищу прикури...
– Ты же бросаешь!?
– Бросишь тут...
Ну что же, попытаюсь рассказать, чем закончилась эта история: хотя бы в общих чертах. Парни нашли, в одном из подвалов, не хилый запас взрывчатки, гранат и оружия. Как я уже упоминал, народ у нас подобрался загадочный. Быстро посовещавшись Степаныч, Андрей, Марат и примкнувший к ним Балагур перетаскали все взрывающееся в уже разрушенный подвал. Скинули туда трупы - женщины и парнишки. И рванули... Да. Тот самый взрыв... И пошли сдаваться Рогожину.
Ух, и орал он на них... Так разозлился, что дал Степанычу в ухо. А парням впаял по пять нарядов. Спросите, почему прапорщику прилетело в ухо? Ну, дык он же старший... А разозлился старший лейтенант потому, что его не позвали... Обиделся...
ГЛАВА СЕДЬМАЯ
А вскоре произошло событие, давшее нашей дружной компании имя. Точнее не само событие, а его последствия. Да и причина, и активный участник, Саня, тоже сменил свое прозвище Мелкий, на... Но давайте по порядку!