Меч Бури
Шрифт:
«Но я же не видел никаких…»
Не будь сейчас таким правдолюбцем, Лавим!
– Я видел на берегу пещеры. Где же еще Станаху быть? – Кендер говорил то, что говорил ему маг, но немного прибавлял и от себя. – Здесь их пять. Не пещер – гномов. А пещер только три. Они все на этой стороне реки и…
Тьорл и сам знает, где они, он бывал в них раньше. Финн прячет оружие и съестные припасы в пещере в лесу, но он не знает, что его пещера связана подземным ходом с пещерами на берегу реки. Лавим начал послушно говорить:
– Да, Финн прячет…
Стой! Не говори ему этого! И отдай ему
Лавим сунул руку в карман и нащупал флейту. Нет, пока он не был еще готов отдать ее Тьорлу.
– Финн прячет в лесу оружие, да, Тьорл?
А приходилось ли ему…
– А приходилось ли ему бывать в тех пе… Я хочу сказать: приходилось ли ему бывать еще в каких-нибудь окрестных пещерах?
Эльф снова нетерпеливо тряхнул головой:
– Да, Лавим, Финн бывал в других пещерах, но все они в лесу, слишком далеко отсюда. Ох, если бы они были хоть как-то соединены с пещерами у реки…
– Да, они… Я… Я хочу сказать, может быть, есть пещеры и где-то поблизости…
Лавим погладил пальцами флейту в кармане. Теперь ему даже нравился разговор сразу с двумя собеседниками.
– Ты, кендер, что-нибудь слышал об этих пещерах?
– Да, кое-что я слышал о пещерах в этих лесах. Не помню, от кого я о них слышал. Что-то о пещерах, гм, начинающихся у реки и кончающихся в лесах. В Старой Горе говорили, что, мол, бандиты хранят в этих пещерах съестные припасы и оружие, а потом приходят и берут, когда хотят, и, может, ты слышал об этом, и…
– Тьорл. – Кельда положила на руку эльфа ладонь, она заметно дрожала. – Тьорл, мы должны немедленно помочь Станаху.
Эльф тяжело вздохнул. Он сейчас находился как бы между двух огней: с одной стороны, если кендер говорит, что он «слышал», это означает всего лишь, что он мог слышать, или думал, что слышал; но если все сказанное Лавимом действительно правда и Станах в плену у тейварцев и если он скажет им, у кого Меч, – значит, жизни Кельды, несомненно, угрожает опасность.
«Мы должны помочь Станаху», – сказала Кельда. Эльф не мог оставить ее здесь одну, да еще с Мечом, за которым охотятся гномы, но и брать ее с собой он тоже не хотел: спасти Станаха будет ох как нелегко! Тьорл сжал руки в кулаки и выругался. Где же Финн? Он и его парни, без сомнения, где-то в этом лесу, а он, Тьорл, должен бегать по лесу и искать их. Он проклял Меч, проклял гномов и принял единственно правильное решение.
Он пошел по тропе к реке и попросил девушку и кендера идти за ним как можно тише.
Призрак мага облегченно вздохнул, что отозвалось хлопком – «хоп!» – в ушах кендера.
Ужас охватил Станаха своими липкими лапами. Кузнец находился во власти, одноглазого Вестника и не мог ни нормально дышать, ни нормально думать. Словно во сне, он слышал чьи-то тонкие голоса.
Над ним уже не было ясного голубого неба, вместо него нависал каменный потолок, пахнущий илом и речной водой. Он лежал на полу пещеры, камни врезались ему в плечи и спину. Руки и ноги у него не были связаны, но двигаться он не мог.
«Нет, – подумал он вяло. – Дело не в том, что я не могу двигаться, – у меня нет желания двигаться!» Подобная влажному плотному туману апатия овладевала Станахом.
Выход из пещеры светился
И слышал далекие голоса.
Они хотели получить Меч Бури.
Станах увидел какого-то тощего гнома, тот заслонил собой свет от выхода. Они называли его Вулфен, и это был один из тех, чья кровь стекала несколько дней назад с его меча на дороге, ведущей в Старую Гору.
Ледяная глыба страха легла на грудь кузнеца. В глазах Вулфена он видел радость от представившейся возможности отомстить, слышал его лающий смех.
Станах не был магом, как Музыкант. Он не знал никаких волшебных способов защитить себя. У него пока еще была яростная сила воли да надежда, что его друзья сделают все возможное, чтобы выручить его.
«Тьорл, – заклинал он, – возьми Королевский Меч у Кельды! Найди свой отряд и отнеси Меч в Торбардин! – А потом, словно бы зевнув, подумал: – Но почему Тьорл должен сделать это? Может быть, он уже решил, что его друг Хаук мертв? Да, может быть. Но ведь Кельда в этом вовсе не убеждена». Станах сумел прогнать сонную одурь, он был просто уверен, что она до сих пор считает Хаука живым. Она любит Хаука и не хочет и думать о том, что он мертв. Меч Бури должен быть принесен в Торбардин, и именно Кельда принесет его туда. А эльф пойдет за ней.
Станах уставился в потолок пещеры. Он не должен, не может снова потерять Королевский Меч. Он должен выдержать все, как Киан Красный Топор, как Музыкант.
Вулфен что-то прохрипел. Станах стал мысленно убеждать себя: он всего лишь кузнец, отправившийся в путь по торговым делам.
Тайник оказался пустым, хотя Тьорл вместе с Хауком в ночь перед уходом в Старую Гору прятали здесь луки, колчаны, мечи и ножи. Имелся, однако, знак, показывающий, что Финн был здесь совсем недавно и что это он забрал все; значит, его парням срочно понадобилось оружие; по-видимому, им пришлось вести сражение, и, наверное, неблизко, раз оружие не вернули в тайник.
«Проклятие! – думал Тьорл. – Они нужны мне сейчас позарез, а им, кажется, был нужен только мой лук. Во имя богов, где же они?»
Он мрачно улыбнулся. Возможно, Финн каким-то образом сам узнал о караванах армии драконов; а возможно, это дракониды узнали, где находится Финн и его Компания Ночной Кошмар, и… Да, все возможно…
Пещера была для Тьорла низковата, и стоять в полный рост он мог только у входа. Тьорл услышал шаги Кельды, увидел отблеск ее золотисто-рыжих волос и быстро повернулся к Лавиму.
– Отсюда нет подземного хода к реке, – сказал он раздраженно. Кендер решительно мотнул своей длинной белой косой:
– Есть, Тьорл. Сразу за задней стеной.
– А я говорю: нет хода! Ни за этой стеной, ни за какой другой. Здесь только камень.
Тьорл провел пальцем по стене, по корням сосен, что проросли в пещеру. Пахло землей и камнями. Тьорлу казалось, что он чувствует, как на поверхности земли истаивает тепло заходящего солнца. Пещеры – прекрасное место для хранения оружия, однако в них слишком темно и дышать трудно – во всяком случае, эльфу.