Меч и Цепь

Розенберг Джоэл

Карл рассмеялся и с силой почесал дракона под челюстью.

– Относительно безобидный.

«Верно», – мысленно хмыкнул Эллегон.

«Что ты тут делал?»

«Я же обещал, что исправлюсь. А Ахира счел, ты можешь попасть в беду. Он послал меня последить за дорогой от святилища в Метрейль. Там я тебя не нашел – ну и решил проверить еще и эту дорогу».

Уолтер кивнул, потом опустился на колени подле воды, старательно отворачиваясь от тела в костре.

Он плеснул водой себе в лицо – и холодная влага смыла последние ощущения тошноты.

– Это было очень вовремя, Эллегон.

Из фургона донесся шум, и вор повернул голову.

– Карл, что скажешь, если мы освободим кое-кого?

Карл бросил взгляд на лес.

– Чак, все в порядке. Выходи.

Ни звука.

«Не волнуйся. Он выйдет, когда успокоится. – И с укором: – Вы ему про меня не сказали?»

«Нет. Как-то не до того было. Я не заглядывал вперед». Не заглядывал вперед. В этом – весь Карл. Кстати… Господи…

– Карл, мы ведь отпустим этих людей, да?

Куллинан озадаченно наклонил голову.

– Разумеется. Это своего рода упражнение – надо же нам учиться. В чем…

– Потерпи минутку, ладно? – От холодного ветра по спине бежали мурашки. – Там в фургоне рабов пятнадцать – шестнадцать, так?

– Не рабов. – Куллинан наклонился, поднял манрики-гузари и легонько крутнул ее. – Они больше не рабы.

– И, полагаю, кое-кто из них захочет присоединиться к нам. По крайней мере на время.

Куллинан кивнул, выволакивая из костра дымящееся тело работорговца. Он оттащил его подальше в грязь, а потом порылся у него в карманах.

– Вот, – сказал он, позвякивая медным кольцом с ключами. – И что с того? У нас довольно еды.

– А кое-кто может и не захотеть уходить с нами. Может, им захочется пойти домой.

– И что?

– А то, – нетерпеливо проговорил Уолтер. – Мы даем им денег, может, лошадь, если найдется какой поделиться, машем ручкой и желаем доброго пути. Так?

– Именно. – Карл поднял голову и заговорил громче. – Стойте спокойней, вы, там, – сказал он на эрендра. – Сейчас вас выпустят.

– Черт возьми, Карл, послушай же. Что будет, если они начнут рассказывать о добром великане – друге дракона, заметь, – захватившем сколько-то там пандатавэйских рабов и освободившем их? Слух докатится до Пандатавэя, кто-нибудь сложит два и два и…

Карл посерел.

– И охотники вновь сядут нам на хвост.

Включая весьма симпатичный хвостик Энди-Энди, которая в ближайшие месяцы вряд ли сможет легко передвигаться. Я тоже забочусь о ней, Карл.

– Именно этого мы и стремимся избежать. Так что же нам делать?

Карл Куллинан выпрямился во весь рост.

– Мы освободим их. Точка.

Уолтер пожал плечами.

– Отлично. А как же последствия? – Если ты никогда не боялся обделаться, Карл, тебе меня не понять.

– Что-нибудь

придумаем. Так же как что делать с тем метрейльским стрелком. – Он повернулся к фургону, потом умолк. – Ну конечно же. – Он снова повернулся к Уолтеру, на сей раз расплывшись в улыбке. – Ты когда-нибудь изучал экономику?

– Нет. – И каким же, интересно, боком одно с другим связано?

– А вот я изучал. Недолго. – Добродушная улыбка сменилась хитроватой усмешкой. – И между прочим, друг ты мой, именно экономика нам и поможет.

– Ну и?..

– Я тебе объясню – позже. А теперь нас ждут замки, которые надо открыть, и цепи, которые надо сбить. И мне это нравится. Ты как – идешь?

– Конечно.

Почему нет? Их можно или освобождать, или оставлять рабами, а на это Карл не пойдет.

Возможно, им стоило бы заодно и вырезать языки. Я бы не возражал.

Ладно, надо и мне постараться получить от этого столько удовольствия, сколько смогу.

Подходя к фургону, Карл обнял Уолтера за плечи.

– Знаешь, бывают минуты, когда моя профессия мне нравится. И очень. – Куллинан чуть вздрогнул, но улыбка не изменилась.

Ясное дело. Подавлять отвращение к убийству – это одно, принимать кровопролитие с радостью – совершенно другое. В тот день, когда ты начнешь убивать без зазрения совести, Карл, я постараюсь убраться от тебя на другой край света.

– Так ты и правда нашел решение?

– Нашел, Уолтер – причем единственно верное. – Куллинан улыбнулся. – Кстати, если я еще не сказал – так ты был молодцом. Сумей этот часовой воспользоваться арбалетом – нам всем вряд ли бы удалось выбраться. Остальное не имеет значения.

То, что Уолтера вывернуло, к делу, по его мнению, не относилось.

– Спасибо. – Уважение – это приятно. Другой вопрос – стоит ли уважение Куллинана того, чтобы проходить через такое еще раз? Другой ответ: я постараюсь не задумываться над этим как можно дольше. – Но эта твоя идея – не собираешься поделиться со мной?

– Нет. Небольшое разочарование полезно для души.

– Ты ведь не ждешь, что ответ мне понравится?

«Нет, – фыркнул у него в голове Эллегон. – Ни вот настолечко».

Глава 5

ВОЙНА НАЧАТА

Если и могут существовать времена, подходящие для споров и ссор, можно с уверенностью сказать, что они не наши. Во времена, подобные нынешним, человек не должен совершать ничего, за что не был бы готов ответить перед грядущим – и вечностью.

Авраам Линкольн

Ахира вздыхал, покачивая головой. Меня провели, твердил он себе. Я должен был сообразить. Должен.