Меч наемника
Шрифт:
Появились сведения, что сам Синьява бежал и распустил свою армию. Но, судя по лицу герцога, остановившего свою роту на опушке, он не очень верил в это. Да и Пакс сильно сомневалась в таком скором и благополучном исходе дела. Она уже по опыту знала, как умело Медовый Кот может перегруппировывать свои силы и как упорно сражаются его солдаты.
Вечером, изрядно побегав от лазарета к палаткам и от кухни к штабу, Пакс наконец смогла перевести дух и направилась в столовую, где обнаружила за столом беседующих сержантов – Стэммела, Кефера и Хабена из
– Нет, ребят Кларта обвинять не в чем. Они и так понесли большие потери, а в сильный дождь кавалерии даже тяжелей, чем нам.
– Согласен, но эскадрону Синих Всадников нечего было топтаться за спинами своей пехоты. Могли бы и пощипать отступающих. Хотя я сореллинцев понимаю – они не стали слишком далеко вырываться вперед, видя, что когорты Вонги и Фосснира даже с места не сдвинулись. – Увидев Пакс, Стэммел прервался и спросил у нее: – Ну что, осмотрела раненых? Сводку в штаб передала? Отлично. Садись ешь. Завтра выступаем рано утром.
– А лагерь разбиваем поздно вечером, – улыбаясь, подхватил Хабен. – Надеюсь, мы не упустим опять Синьяву и его армию.
– Я слышала, что эскадрон Синих Всадников отправлен вперед и следует за Синьявой по пятам.
– Это так, но где они теперь, эти Синие Всадники, если Синьява устроил ночной марш-бросок? Если даже они его не упустят, если даже их связные выведут нас в нужном направлении, я готов поспорить, что раньше полудня эти чертовы ополченцы не соберутся.
– И спорить не буду, – сказал Стэммел. – Это и так ясно. Я вообще слышал, что едва ли не треть отряда Вонги на самом деле симпатизирует Синьяве. Ладно, пошли спать, ребята. Пакс, ты сегодня – помощник начальника караула, дежуришь с Кефером. Если я понадоблюсь, разбудите меня. Я буду спать в первой палатке когорты.
Стэммел зевнул, потянулся и вышел на улицу. Доужинав, Кефер и Пакс пошли принимать дежурство. Пакс впервые заступала в караул не часовым, а помощником начальника и очень волновалась всю ночь, обходя посты и выслушивая доклады подчиненных.
Дождь шел всю ночь. Когда наутро по команде «Подъем!» наемники встали и начали собирать лагерь, высовывавшиеся из своих палаток ополченцы глядели на них как на сумасшедших. Постепенно и они зашевелились, но около полудня командиры наемных рот повели свои отряды на юг, не дожидаясь, пока ополченцы разберут и погрузят на телеги свои палатки.
К вечеру разведчики Кларта обнаружили впереди по курсу сожженную деревню, что подтвердило правильность выбранного направления преследования. Колонна остановилась на ночлег неподалеку, устроив в уцелевших каменных амбарах раненых и больных. Еще три дня колонна шла под дождем. На четвертое утро посыльный Синих Всадников передал, что войска Синьявы разделились и пошли в разные стороны двумя колоннами. Подумав и отправив гонца к шедшим где-то позади ополченцам, герцог резко повернул колонну к востоку.
Стэммел предположил, что Пелан решил подойти к Сильвану, чтобы перехватить направившуюся скорее всего туда часть армии Синьявы,
Через несколько дней на горизонте показались башни внутренней крепости Сильвана, а затем и наружные стены города. Штандарта Синьявы над ними видно не было.
Подъехавшие к голове перестроившейся в боевой порядок колонны герцог, Хальверик и Влади обменялись несколькими фразами.
– Неужели Синьява действительно ушел из города? – усомнился Хальверик.
– Тогда почему на башнях нет флага графа Сильвана? Сдается мне, горожане просто боятся поднимать чей-либо флаг, не зная, кто приближается к городу, – заметил герцог.
– Торгаши! – сплюнул Влади. – Никакого понятия о чести. И нашим и вашим…
Пакс никогда раньше не видела Влади так близко и теперь поняла, почему иногда его за глаза называют Ледяным Бароном: узкое бледное лицо, холодные стальные глаза, седая, узким клином борода, – командир роты копьеносцев действительно и по виду, и по духу был настоящим сыном далекого севера.
Знаменосцы развернули штандарты своих подразделений и вслед за командирами, в окружении конной охраны, выехали вперед. Навстречу им из ворот Сильвана показались несколько всадников с флагом правителя города. Переговорив с парламентерами, герцог вернулся и сообщил колонне:
– Временный городской управляющий, назначенный аристократами города, поклялся на мече, что Синьявы в стенах Сильвана нет. Оставленный им гарнизон ушел куда-то на северо-восток несколько дней назад. Сейчас в городе беспорядки, и власти не приглашают даже офицеров воспользоваться их гостеприимством. Я полагаю, что управляющий говорит правду. Поэтому, раз уж погода изменилась, мы разобьем лагерь раньше обычного, и у вас будет возможность помыться, высушить одежду и отдохнуть.
Теплое солнце, купание в реке и несколько свободных часов подняли настроение солдат, которые с новыми силами готовы были продолжать преследование Синьявы. В тот же вечер появился гонец, передавший никого особо не удивившее известие о том, что отряды ополченцев не пойдут дальше на восток.
– Честно говоря, я их понимаю, – сказал Девлин. – Синьява то и дело отрывается от нас, к тому же, кроме него, в Ааренисе немало бандитских армий. У ополченцев дома остались семьи, и им не с руки уходить уж очень далеко, оставив родные города без прикрытия.
– Да и помощи от них особой не было, – заметил Кефер. – Только тормозили колонну да выясняли, кто у них главный. Пожалуй, только от сореллинцев был какой-то толк.
– Я слышала, – вступила в разговор Пакс, – что после убийства командующего отрядами Союза Фосса капитаны ополченцев Айфосса и Фосснира передрались, решая, кому командовать дальше.
К костру, улыбаясь, подошел Сели. Стэммел улыбнулся, но строго спросил:
– А кто тебе разрешил сюда приходить?
– Врач сказал, что мне можно немного прогуляться, – ответил Сели. – Ну что, Пакс, как тебе понравилось быть капралом?