Мечта для мага
Шрифт:
А если бы на месте князя была его жена с таким вот отстранённым взглядом, шевелящимися губами?..
Я только усмехнулась - нет уж. Я полностью права: жена-изобретатель, жена-механик, жена, помешанная на железках - плохая жена. Мужчины любят, чтобы женщины окружали их вниманием, чтобы восхищались ими и поддерживали во всех их начинаниях. Чтобы делали дом уютней, следили за свежестью и разнообразием пищи, и за чистотой и опрятностью одежды. А такая скука - точно не моё.
Нет, я не хочу семью.
Ещё с Ираклом я бы подумала об этом... Но кроме
Решено: никаких мужчин, а моя любовь отныне одна-единственная, и это механика!
Я подняла глаза и встретилась с вопросительным взглядом гранд-мэтра.
– Да?
– уточнила я. Может, и я прослушала что-то, объясняясь в любви любимым железякам и ставя мысленно крест на всех своих любовных историях разом?
– А как сделать так, чтобы это состояние засыпания продлить? Ведь не всегда получается проснуться, чтобы записать идею. Эх... Сколько же их так и пропало во сне!
Он горько сморщился, вспоминая, видимо, кладбище собственных идей. И судя по горькому выражению лица, кладбище было большим.
– Не знаю, - протянула я, размышляя, что нужно сделать, чтобы мгновенно выйти из сна.
– Спать в неудобной позе? Чтобы просыпаться, едва заснёшь. Ммм... Сидя?
И я вопросительно глянула на гранд-мэтра. Он был задумчив и явно сомневался.
– И держать что-то тяжёлое!
– выдала я быстро.
– Чтобы оно выпадало из рук, как только заснёшь, и грохотало!
Его сиятельство смотрел перед собой, и я воочию увидела, как в голове у него галопом неслись мысли.
– А если не очень-то хочется спать?
– пытливо сощурился он, выныривая из своих мыслей. Тут я легко ему могла подсказать и даже улыбнулась:
– Ну так не поспите пару ночей, будете и стоя засыпать.
Взгляд графа снова уплыл куда-то вдаль, он подпёр рукой подбородок и пробормотал: «Очень интересно... Очень...». Княгиня отвернулась и прикрыла лицо ладонью. Её тяжкий вздох и покачивание головой подсказали, что я, кажется, нарушила покой этой семьи -новые опыты, бессонные ночи... а ещё шум падения тяжёлых предметов.
Мне стало ужасно неловко - вот ведь сболтнула, отплатила за всё добро, что княгиня для меня сделала! Теперь ей терпеть грохот и... не знаю, может и ругаться с мужем?
Представилось, как князь, сидя на стуле, засыпает, в руках - две чугунные болванки, они с ужасным грохотом падают, сотрясая стены особняка. Падают на пол и на ногу князя. Ой, ой, святая механика!
51. Лиззи Ларчинская
– Ольга Леоновна, простите!
Сказала и подумала - сколько же можно биться лбом в стену? Всегда лучше молчать, чем вот так благодарность проявлять. Даже зуб заныл от досады, самый дальний Её сиятельство посмотрела на меня, на лице - болезненная гримаса.
– Ах, деточка! Я же знала, за кого замуж выхожу. Не ты, так кто-то другой натолкнул бы на мысль. Не на эту, так
Я только понимающе покивала.
– Сочувствую...
– проговорила тихо, перескакивая мыслями с утверждения в правильности выбора («никогда не выйду замуж!») к выбору слов, чтобы распрощаться и уйти.
Но князь неожиданно вынырнул из своих захватывающих размышлений.
– Так, сударыни, минутку подождите и продолжим с места про замужество, - и полез во внутренний карман.
С места про замужество?
Меня едва не перекосило. Не успела!
В который раз за вечер я упрекнула себя за то, что не слушаю собственные порывы. А надо бы. И промолчать надо было несколько раз и бежать - ведь дважды сигналы были. А теперь опоздала.
Значит, попалась...
И пока князь вынимал маленький блокнотик и коротенький карандаш из внутреннего кармана домашнего сюртука, что-то там чёркал, а потом прятал обратно, я вопросительно взглянула на княгиню. Она смотрела так, будто извинялась. Или просила потерпеть. Или... или что?
А князь снова уставился на меня, сияя улыбкой.
– Ты полна идей, Лиззи! Я бесконечно рад, что ты учишься в нашей Академии. Если бы я был суеверным, то сказал, что ты принесла нам удачу.
И вдруг ни с того, ни с сего князь резко сменил тему.
– Как, сударыня, вы планируете жить после окончания академии? Чем хотите заниматься?
– Да. Чем?
– неожиданно поддакнул молчавший почти весь вечер Волдемар.
О! Что-то внутри неприятно задрожало. Кажется, это жирное пять, шесть и весь последующий ряд натуральных чисел. Но я же девица обученная. Прямо здесь и обучалась, в этом же доме, кому и как улыбаться, и даже как улыбаться, если совсем невесело. И потому ответила с приятной улыбкой:
– Ах, ваше сиятельство! Чем мне занимать? Тем же и буду - изобретать, патентовать...
– А как же предназначенье женщины?
– спросил молодой князь и снова уставился на меня. Я, вообще-то, уже сбилась со счёта.
Ладно, потом посчитаю, вечером. Сейчас надо было отвечать на вопрос, и я на мгновенье задумалась - в каких словах пояснить свою точку зрения, чтобы меня услышали?
– Ваше сиятельство, механика, кузня и лаборатория привлекают меня куда больше чем то, что вы назвали - домашнее хозяйство, материнство и всё прочее. Я смотрела на Ольгу Леоновну сегодня и поняла, что женщина вытерпит мужскую увлечённость идеей, его окрылённость и оторванность от реалий мира. Но наоборот...
Я скептически покачала головой и прямо глянула князю в глаза. Серьёзно, строго, без шуток.
– Мужчина не потерпит в своём доме жену, которая выглядит как истопник и так же пахнет, которая вместо того, чтобы распорядиться накрыть стол, выслушать рассказ о его делах, поведать о детях и их шалостях, будет что-то варить в алхимическом котелке, громыхать железками в мастерской или корпеть над чертежами, забывая не только о семье, забывая о себе - поесть, поспать, вдохнуть свежего воздуха.