Мечта
Шрифт:
– Извини, – сказало непонятное существо и протянуло Андрею руку, чтобы помочь встать. Хотя из-за костюма Андрей не мог определить – женщина перед ним или мужчина, но хватка чужака была явно женской. Он поднялся на ноги. Откуда-то мне знаком этот голос. Но кого он ему напоминал – этого Андрей сказать не мог.
Несмотря на мрачное настроение, Андрей улыбнулся – и удивился, что еще может улыбаться. Странно, что делает с нами любопытство.
– Не извиняйтесь. Вы меня просто ошарашили. Сам виноват.
– Когда человек так весь
– Ничего, все в порядке.
Охваченные теплоизоляционным комбинезоном плечи приподнялись и опустились, словно вновь прибывшая придала не слишком большое значение этой истории. Андрея разбирало любопытство и он лихорадочно рассуждал, кто же перед ним. Ей известно мое имя, почему оке мне не известно её?
– Что вы только что сказали? – в конце концов переспросил он. Если я начну с ней разговор, мне будет легче определить, с кем я имею дело.
– Я говорю: Николай отлично знает, что делает.
– Вполне возможно, но знает ли он, чего хочет?
– Конечно же.
– И чего же он хочет?
– Фанатично преданного общества.
– Как? – Андрей незаметно перенес вес тела на другую ногу, чтобы хоть немного разгрузить ушибленное бедро. Постепенно до него начало доходить, насколько паршиво он себя чувс твовал. Почему, собственно, я дискутирую на подобные темы с кем-то, кого даже не могу узнать? Андрей задумался, должен ли он чувствовать себя предателем по отношению к Нико лаю. Но он лишь с изумлением вынужден был признать, что его собеседница быстро вызвала в нем доверие, подобное которому он испытывал разве что в отношении Раймонда и Уиндхэма.
– Точно так, как я сказала.
– Отлично. И какое это имеет отношение к сегодняшим тестам?
– Разве это не очевидно?
– Очевидно, нет.
Собеседница Андрея обернулась к полю сражения, когда утренний воздух сотрясла серия взрывов. Чувство вины захлестнуло Андрея и он едва не упал снова, также резко обернувшись. Как я мог об этом так быстро забыть? Он с отвращением потряс головой. Потому что мне так хочется. Потому что я рассержен и взвинчен. Если с нею что-нибудь произойдет… эту мысль он попросту не мог додумать до конца.
В долине тем временем бушевал настоящий огненный шторм из ярких энергетических лучей, гарцующих на огненных хвостах во все стороны ракетах и потоков обедненного урана
– боевые мехи сблизились на оптимальное для прямого боевого контакта расстояние. В мороз ном, прозрачном воздухе вся ситуация выглядела какой-то нереальной. Но присутствие смерти
ощущалось все явственней. Хотя «Блэк Найт» весил больше, чем любой из его противников – 40-тонный «Клинт» вместе с 35-тонным «Найтхоком» весили примерно столько же, сколько и «Блэк Найт» – их огневая мощь была куда более впечатляющей.
Металлические когти ухватили Андрея за сердце и ему показалось, что он не в состоянии больше дышать. Он снова поднял полевой бинокль к глазам и бой оказался немедленно до боли близок. Луч тяжелого лазера «Найтхока», поддержанный потоком заряженных частиц из ППЧ «Ланселота»,
«Блэк Найт» не стал дожидаться повторного приглашения и ответил из ППЧ и спаренных средних лазеров. С хирургической точностью лучи вонзились в выдвинутую вперед секцию «Найтхока», соединяющую голову с корпусом. Нанесенные повреждения оказались впечатляющими: броня оказалась пробита и адская энергия вгрызлась глубоко в чувствительное нутро машины. «Найтхок» поскользнулся на середине элегантной дуги, которую описывал, и захромал дальше, словно пьяный. Машина побрела прочь от центра сражения под острым углом по отношению к своему прежнему курсу, причем из дыры в центре корпуса поднимались клубы черного дыма.
Попадание в гироскоп, никаких сомнений.
Гордость охватила Андрея, наблюдавшего затем, насколько спокойно ведет себя мехвоин на борту «Блэк Найта» – однако она немедленно сменилась ощущением давящего страха, когда машины обменялись новыми залпами. Грохот – творение рук человеческих – сотряс долину, когда «Клинт» разрядил свою автопушку. Поток снарядов из обедненного урана прочертил глубокий след на девственной белизне снежного покрова, однако пилот откорректировал прицел, поднял ствол и направил его точно на уже поврежденную правую ногу «Блэк Найта». Выстрелы отрывали броню большими кусками и пилот не отпускал гашетку, пока снаряды били в ногу выше и выше, до бедра «Блэк Найта». В тот же момент пилот «Ланселота» разрядил оба тяжелых лазера и ППЧ своей машины. Яркие энергетические вспышки на какой-то момент ослепили наблюдателей. Со скоростью света три луча прочертили свой путь от «Ланселота» к «БлэкНайту».
Словно предвидя этот ход, пилот «Блэк Найта» в буквальном смысле слова в последнюю секунду рванула свою машину в сторону, так что луч ППЧ пронесся мимо цели. На месте, куда он вонзился, немедленно образовалось облако пара, которое немедленно выпало обратно на землю в виде снега. Однако оба больших лазера попали в «Блэк Найт», причем один – прямо в кокпит. Бронестекло обжигающей жидкостью потекло по торсу машины вниз, застывая на морозе причудливым рельефом.
– Нет! – завопил Андрей, увидев, как близко смерть подобралась к пилоту «Блэк Найта». Еще одно попадание в это место – и битва проиграна.
– Андрей! – прервал его голос, звучавший теперь совсем рядом. Несмотря на захватываю щую сцену, он не мог не отреагировать и отвернулся от картины безжалостного насилия. – Она отважна и дерется, как демон.
– Да, – ответил Андрей, с трудом сглатывая здоровенный ком в горле. – Но глупа. Бесконеч но глупа. Это все совершенно бессмысленно.
– Ты в самом деле так думаешь?
Неожиданно осознав, насколько близок он оказался к тому, чтобы подвергнуть сомнению действия своего брата – между прочим, моего прямого начальника – Андрей содрогнулся, словно освобождаясь от паутины страха и горечи, которая, похоже, держала его в плену.