Мечтатель
Шрифт:
Увы и ах, но толкового разговора с местными гномами не получилось. Рассмотреть их не получилось тоже, так что степень соответствия потомков подгорных жителей канонам фэнтези остался открытым. Я знал уже, что эти ребята носят много одежды — но не подозревал, что аж настолько. Ни полволоса обнажённой кожи гнома я не увидел; взгляду моих глаз осталось довольствоваться лишь балахонами, превращавшими моих визави в помесь джав из «Звёздных войн» с куклуксклановцами. В том смысле, что вместо глубоких капюшонов, из тьмы под которыми у джав сияли алые
Вот при помощи магии мне удалось рассмотреть больше. Во время разговора я узнал, что у гномов сдвоенные сердца, бьющиеся в замедленном ритме, непропорционально крупные для их роста головы и грудные клетки, хитро устроенные мышцы, удерживающие раза в полтора больше «ци», чем это нормально для человека (ну да ведь речь не о людях, так что для гномов и нормы иные). Скелеты их намекали на происхождение не от приматов, лазающих по деревьям, а скорее от каких-то роющих норы существ. Нет, эти разумные приспособились к прямохождению полностью, но устройство плечевого пояса и таза не оставляло особого места сомнениям. Как и тому, что ползать эти разумные могут ловчее людей.
А! Ещё у гномов было четыре пальца на руках и три, не считая одного рудиментарного, на ногах. Если суммировать, — сильно сомневаюсь, что без своих одёжек они показались бы людям мало-мальски похожими на них… или хотя бы симпатичными.
Мне они точно не понравились, поскольку заподозрили меня в шпионаже и допускать дылд наземных к секретам своей магической металлургии отказались наотрез. Ну и ладно, подумал я.
После чего отправился к эльфам.
И они учинили мне очередной разрыв шаблона.
«Остроухие», «жители джунглей», «маги Дерева»… хех. Вообще-то я не ждал соответствия тем самым канонам, из которых уже так мощно выломились гномы. Но при словах «лесной эльф» как-то не думаешь о встрече с существом, имеющим огромную, как у зверя, лиловую радужку с вертикальным зрачком, мощноватые, как для людей, челюсти и зелёный пушок по всему телу. С тёмными пятнами тут и там, ага. В отличие от потомков подгорных обитателей, потомки лесных тела в тряпьё не укутывали, носили простые туники без рукавов. Но лично мне не требовалось большого усилия, чтобы вообразить их в пальмовых юбочках. Кстати, обувью они пренебрегали.
Вот уши у них оказались действительно знатные. Большие, острые и подвижные ушки на макушке. Тоже зелёные, как тела, и мохнатые в превосходной степени. С кисточками, как рысьи.
И ещё один момент едва не заставил меня прыснуть. Без всепроникающего магического взора я бы не рискнул сказать, кто из стоящих передо мной — Сишам, а кто — Хушшинэ. В смысле, кто девочка, а кто мальчик. Выступающих вторичных половых у обоих ноль на массу. Плюс к тому почти одинаковый рост, почти одинаковое телосложение (тоже каноническое, с тонкой костью и отсутствием избытка мышц).
Только по форме пятен на шёрстке и отличишь, кто где.
А если не можешь запомнить форму пятен, тебе все эльфы будут казаться клонами. Ну, или
— Приветствую вас, саорэл, — сказал я с неглубоким поклоном.
— Не надо насмешек, человек, — ответствовал(-а?) эльф справа. Голос, кстати, грудной и неожиданно низкий, с этаким вибрирующим тембром, чем-то похожим на рычание. Но выговор вполне чистый. (А гномы гундосили и как бы присвистывали… ну, те два гнома из пяти, которые подавали голос в моём присутствии). — Это люди порой держат нас за… слуг. Мы, алэфэш, не бываем для вас саорэл.
«Да. Мы не обращаем вас в рабство, а просто убиваем», — читалось в сузившихся глазах.
— Я всего лишь хотел быть вежливым, — сообщил я.
— Ты проявишь вежливость, если будешь краток.
Ага. Вот, значит, как.
— Что ж, постараюсь быть повежливее. И задам только два вопроса. Вы действительно владеете магией Дерева? Я имею в виду вас двоих, а не алэфэш как народ.
— Владеем.
— Если среди людей появятся склонные к магии Дерева, станете ли вы их учить?
— Нет.
Я стоял, намекая, что ответ не полон. И эльф добавил спустя минуту:
— Мы не станем учить людей, ибо среди них не может быть склонных к магии алэфэш.
— Со всем уважением, я спрашивал не об этом.
— Ты хочешь сказать, че-ло-век, что мы недостаточно понятливы?
«Вспыльчивость тоже эльфийская, однако. И гордость».
— Рискуя показаться невежливым, я всё же задам ещё один вопрос. Знаете ли вы, как люди проходят посвящение в маги?
— Нас это не интересует.
— Раз не знаете, я расскажу, — сказал я. Будь это ролевая игра, мой навык «смиренное терпение» сейчас рос бы опережающими темпами. — Это недолго.
— Рассказывай, — дозволил эльф таким тоном, словно приказал «позабавь нас!» Кстати, надменности в них обоих с начала беседы прибавилось. Вот засада! Полное ощущение, что я веду переговоры с разумными хищниками, всякую мягкость и уступчивость считающими слабостью.
Ладно, решил я. И воспользовался уже выручившим меня психологическим трюком, глянув на остроухую нелюдь сквозь тонированное стекло лимузина.
— На земле чертится звезда о девяти лучах. В каждый луч вписывают знак одной из девяти сил, кои суть: земля, вода, воздух, огонь, жизнь, свет, разум, смерть и тьма. Посвящаемый, что напоён особым составом, ложится в центр, а встаёт уже посвящённым одного из девяти видов. Но посвящённых смерти и тьме принято умерщвлять, так как эти силы запретны.
— Почему это должно нас заботить?
— Дело в том, что во время ближайшего посвящения ритуал будет иным. Место смерти и тьмы в лучах звезды посвящения займут знаки молнии и дерева.
Это их проняло.
— Кто придумал это?
— Изменения в ритуале придумал я.
— Ты? И… кто ты?
Я сдержался: усмешка моя осталась исключительно мысленной.
— Человек. Я обладаю некоторым талантом к магии; среди Охотников меня зовут Ложкой.
— Странное прозвище, — вступил в беседу второй эльф. Голос его звучал грубее и, как мне показалось, речь давалась ему труднее. — За что его дали?