Мечты
Шрифт:
На следующее утро при входе в свой кабинет, куда и уложили спать юного пьяницу, Раст состроил зверское лицо. Будет воспитывать!
– Ну,- рыкнул он, влетая в кабинет,- Где тут главный пьяница департамента?
Щенок даже не дёрнулся. Медленно открыл глаза, сел, уставился на него. Так же смотрели на него его собственные дети, когда были маленькими: спокойно, доверчиво. Раст устыдился. Сел рядом, обнял за плечи:
– Пить тебе нельзя, вот что. Или парней проси, чтобы контролировали. Ладно, сам скажу. По этажам сегодня не бегай, тут сиди. И в лаборатории
Опять этот спокойный, доверчивый взгляд.
– Ты, что же, ничего не помнишь?
– Наверное, нет. А что я сделал?
– Напился. Гран приводил тебя в чувство, а ты расколотил половину его лаборатории,- прямо ответил Раст.- Он убить тебя готов. Потому и посиди в отделе пару дней, пока не поутихнет.
Парень повёл себя странно. Он вздохнул, чуть пожал его руку в знак благодарности, снял её с плеча и встал. Повернулся к нему, спокойно сказал:
– Не утихнет,- и направился к двери.
– Ты куда?- остановил его Раст.
– Умоюсь и работать. Спасибо, что сказал, начальник.
Вышел за дверь.
Он и дальше удивлял Раста. Ходил по департаменту со спокойным и безмятежным лицом. Где только не был за день. На насмешки не реагировал и смотрел с недоумением. Откуда выдержка такая у молокососа? Даже парни из отдела не удержались, подрались пару раз.
Чем больше смотрел Раст на гоблёныша, тем больше сомневался, что он слаб. Такой выдержкой, по крайней мере, мало кто мог бы похвастаться. И она приносила плоды. Через несколько дней издёвки стали затихать и даже Гран перестал смотреть на Фина так, словно хочет убить на месте. Вряд-ли они будут друзьями, но хоть так.
Теперь, когда они шли с ребятами в трактир, перед Кирой стояла самая маленькая чарочка, наполненная наполовину. Талун не побоялся и сходил к Грану. Спросил его, сколько можно пить одному конкретному гоблину, чтобы оставаться в рамках. Тот вскипел и высказался, что тому самому гоблину уже ничто не поможет, ибо мозгов у него нет, вероятно, с рождения. Потом, правда, смягчился и добавил, что больше одной чарки самогона ему нельзя. Другой алкоголь и вовсе не давать, неизвестно ещё, что туда намешали. Гномы хоть за качеством своего продукта следят. А парень у них хлипкий...
Раз хлипкий, то дозу ему уменьшили ещё наполовину. Кира и того не хотела. Но иногда она так уставала! В основном, от необходимости притворяться, что она не знает тех, кого знает, что ей дела нет до них. А иначе нельзя. Ведь ей надо во что бы то ни стало добраться до "чердака". До того, как заговорщики ударят снова.
***
Добраться до "чердака" у Киры вышло довольно скоро.
Шеф собирал общее собрание глав отделов и каждый из них был вправе взять с собой нескольких подчинённых. Секретари резко заболели почти полным составом. Почему? Да потому, что на последнем таком собрании сыщики подрались с представителями отдела внутренней безопасности. Те позволили себе усомниться в лояльности кого-то из них. Мебель пришлось менять, секретарей лечить. А потому они "заболели" теперь превентивно, заранее, так сказать.
Мэтр Кван прибежал
– Выручай! Я, конечно, разберусь с забастовкой, которую устроили мои, но от того не легче. На сегодняшнее собрание нужно минимум три секретаря, а у меня только один тот, который справится. Я пойду вторым, а третьим дай твоего Фина!
– Нет!- инстинкт защищать своё у оборотней не меньше, чем у драконов. По сути ведь, те и другие оборотни.
– Лерис, пожалуйста!
Раст заскрипел зубами. Своё нежное имя, которое дала ему не в меру романтичная матушка, он терпеть не мог. Но и другу надо помочь. За такой косяк шеф с него голову снимет.
– Ладно! Приведу.
Кван испарился, Раст отправился к клетушке секретаря. Постучал, вошёл. Парень так зарылся в бумажках, что одна зелёная макушка торчала. Поднял голову. Удивился. Начальник почти никогда не заходил сюда - терпеть не мог замкнутые пространства.
– Собирайся. Будешь третьим секретарём на сводном собрании. У Квана там забастовка...
И вот Кира поднимается наверх по той самой лестнице, по которой раньше бегала вверх-вниз по многу раз в день.
– Как быстро вышло оказаться здесь у кошки и как не скоро у двуногого. Ну, ладно, кто-то бы сказал, что быстро, что я везунчик,- даже про себя Кира всё чаще называла себя "он". Привыкала?..
И вот она сидит в уголке отведённом для секретарей. Остальные тоже ждут. Наконец, пришёл Шеф, уселся на своё место.
Сколько уже она не видела его? Почти три месяца. Как он? Кира тайком, но жадно рассматривала своего прежнего "хозяина". Того, по кому так скучала. Остальных она видела хотя бы мельком, но не его. Похудел. Под глазами тени. Что с ним? Драконы ведь не болеют! "Но они страдают",- прошептал внутренний голос.
– Из-за кошки?- удивилась она.
И сама себе ответила:
– Из-за одиночества.
Она же помнила, как тяжело он переносил его раньше. Потом появилась Кошка и ему стало чуть легче. Теперь он лишился её и одиночество вернулось.
– А ведь домашние, наверняка, так и боятся соприкоснуться с ним. Все, кроме Кастора и Ивонны. Ходит как чумной среди них, а они шарахаются по сторонам!
Собрание началось, а потому времени на праздные мысли не осталось. Обсуждение набирало обороты. Агенты снова шумели, пытались кинуться друг на друга. Их, конечно, накажут, как и любого такого нарушителя, но что такое взыскание или штраф, когда инстинкты прут?
В какой-то момент Кира поняла, что в неё что-то летит и чуть отодвинулась. Потом прилетело опять, она уклонилась. Снова. Наклонилась и чашка разбилась о стену над её головой. Не прекращая писать, Кира другой рукой стряхнула осколки с волос. Пока хватит и так.
И тут раздался дикий рёв кого-то из "её " оборотней:
– Ты что это нашего секретаря обижаешь?
Руководитель внешней разведки, лорд Вист, лощёный как все в его вотчине, пропел:
– Всё потому, что секретарь у вас какой-то необыкновенный! Я своих ослов и близко так выдрессировать не могу!