Мечты
Шрифт:
Неужели он так распустил своих людей? Безусловно, иначе Гран рот не открыл бы. Значит, разошлись. Худшая часть, золотая. А значит, обижали не только гоблёныша, но и других, оборотней. А те терпеть не станут. Посмотрят, что начальник за ум не берётся, и уйдут. С кем тогда работать? Не говоря уже о том, что потерять уважение парней, с которыми столько прошёл вместе, попросту стыдно.
Как "золотые детки", ничего в жизни не сделавшие сами, смели унижать тех, кто намного достойнее и лучше их?.. А он? Как смел он вести себя
И мальчик этот тоже раздражал его. Своей добротой и жизнелюбием. Как можно любить этот страшный мир?.. И ведь мир любил его в ответ: оборотни, практически, усыновили, Арс и Азарк защищали. А сам он так привык к силе духа мальчика, что, и правда, забыл, какое у него хрупкое тело!
Дарос вскочил со стула. Предупредил, что скоро вернётся и почти побежал в лабораторию к Грану. Тот не любил подземные помещения, а потому часть лабораторий находилась как раз под "чердаком".
В лаборатории, несмотря на прохладную погоду, были настежь распахнуты все окна. Фин лежал на столе, умытый, без повязки на голове. И всё ещё без сознания.
Дар вопросительно посмотрел на друга. Гран - волшебник. Чтобы он не смог вывести из обморока за такое время?
Тот правильно понял его вопрос, пожал плечами:
– Всё уже в норме... Он не хочет возвращаться.
Это не самое странное, что приходилось слышать от гения.
– И что теперь?
Опять пожатие плечами:
– Ждать. Он либо очнётся, либо нет.
Дарос не выдержал:
– Как не очнётся?
– Обыкновенно. Вместо одного трупа у нас их будет два. И оба обеспечишь ты!
Дарос хотел бы рявкнуть, заткнуть умника, но это непродуктивно, а потому от сдержался и попросил:
– Позови его, Гран!
Друг бросил на друга сумрачный взгляд:
– Не стану, не проси. Судя по всему, ничего хорошего его тут не ждёт. Не сейчас, так несколькими месяцами позже... Лучше уж так, чем из-за клятвы или как твой клиент внизу. Что выпучился? Так бывает. Наш дух знает больше, чем знаем мы. Иногда нужно просто отпускать...
Дарос хотел было возмутиться, но взглянул на друга и промолчал. Он видел всё как-то иначе. Это не значит неправильно. Просто иначе.
Подошёл к столу. Совсем юный, наивный, любящий жизнь и всех существ без разбору. Брат близнец Азарка. А он думал, что только Кошка такой была!
Боги снова дали шанс всем и ему, а что сделал он? Снова не сберёг. Этого даже не попытался, в отличии от Кошки. Хотя и рассмотрел, и оценил. Что это? Зависть к более достойному? Чем тогда он лучше Армоса? И как найти ту дорожку, чтобы не ошибаться, хотя бы так фатально? Почему это получается так легко у Азарка и Фина и не получается у него? Как научиться?
Дар оглянулся. Гран отвлёкся на свои дела, а потому он положил руку на
– Я не умею звать, как он. Не понимаю даже как это может работать. Но прошу тебя, вернись! Такие как ты и Азарк учат нас. И моя Кошка такая была. Я так скучаю по ней, знал бы кто-нибудь! Сам не знаю почему. Может быть потому, что я не умею любить, как все мы, драконы. И мне нужен "донор" всегда, и во всём, что касается нормальной жизни. Может быть, поэтому те, кто любят нас, уходят? Мы "выпиваем" их и в этом?.. Я не хочу так. Хочу брать, но и отдавать столько же. Вернись и научи меня, маленький смешной мальчик, как учит меня Азарк. И прости, что я был не в себе всё это время.
***
Дарос быстро спустился вниз. Там уже были и секретарь, и лекарь. Пол вымыли. Он не стал продолжать допрос. Приказал всем выйти. Подошёл к столу.
Агент сарвейцев был в сознании. Напряжённо смотрел на него. Улыбнулся окровавленными губами:
– Значит тот маленький гоблин помог мне, и продолжения не будет?
– Нет, не будет. И, похоже, он помог не только тебе.
Сарвеец хохотнул, в груди что-то булькнуло:
– Так бывает иногда. Получаем уроки там, где не ожидаем.
Дарос кивнул. Дольше тянуть не собирался. Зелья переставали поддерживать умирающего и скоро начнётся агония, а это особый вид мучений.
Он прикоснулся к его руке:
– Ты мужественно прошёл свой путь, не свернул, не предал. Остался верен себе и своей родине. Было честью узнать тебя. Иди с миром.
Особый свет зажёгся в усталых глазах умирающего:
– Иди вперёд, будущий король Халлворона. Иди вперёд и ты увидишь...
Кровавые пузыри показались на его губах. Тянуть дольше нельзя.
Дарос наклонился к нему и прошептал:
– Откройся мне и я клянусь, что не увижу того, чего ты сам не захочешь мне показать.
Умирающий чуть кивнул. Теперь Дарос видел одновременно и его широко открытые глаза, и другое. Длилось это всего пару мгновений, а потом Дарос мгновенно прекратил жизнь умирающего. Хватит мучений...
Поднимаясь в лабораторию, Дарос постоянно чувствовал ладонь. Он вымыл руки, но казалось, что кровь всё ещё там.
Вошёл. Стол в пуст, окна закрыты. Дар застыл. Неужели, и правда, будет два тела?
Из другого помещения ему навстречу вышел Гран, увидел панический взгляд и ухмыльнулся:
– Пришёл в себя наш гоблёныш. Слава богам! Оборотни сожрали бы меня. И поминки так, как они их себе представляют, пережить сложно.
Слова с трудом проталкивались сквозь глотку:
– А где?..
– В изоляторе. Там комфортно. Понаблюдаю пару дней. Шутка ли, такая длинная потеря сознания.
Дарос попытался открыть рот, но Гран опередил его:
– Он попросил меня никого к нему не пускать, включая меня самого. Только осмотры. Допекли мы, похоже, паренька.