Медальон
Шрифт:
— Оно принято и будет исполнено! — торжественно объявило облако.
— Что? Я ведь не загадала! — возмутилась я.
— Нет, загадала! — откликнулось облако.
— Нет, не загадывала!
— Загадала!
— Нет!
— Да!
— Нет!
Спор продолжался довольно долго. Со стороны должно быть забавное зрелище: девушка и облако, с пеной у рта (с молниями внутри) доказывающие свою правоту друг другу. Наконец я не выдержала:
— Ну и хрен с тобой! Не хочешь, не говори. Свали отсюда!
— Вот и вся благодарность! — пробурчало облако и исчезло.
А я тут же провалилась в сон, который прервал стук в дверь:
— Ну, кто там еще? — взвыла я. — Сегодня не приемный день!
Стук продолжился. Я схватила кружку, коим — то образом оказавшуюся на полу, и запустила ею в дверь. Та как раз отворилась. Кружка просвистела в миллиметре от головы вовремя пригнувшегося Фора. Я согнулась от хохота, глядя на удивленное лицо воина.
— Ну, ты и гостеприимная! — поразился он. — К тебе надо заходить, прикрывшись щитом!
— Попробуй — усмехнулась я. — Большой же тебе щит понадобится.
— Уже утро — вставай! — проинформировал меня Фор и закрыл дверь, не слушая жалобных стонов, а затем и «лестных» эпитетов с моей стороны.
— Все мужики сволочи! — с этими словами я рывком поднялась с кровати и оделась. Затем спустилась вниз, где меня уже ждали Фор и завтрак. Но, несмотря на сильный голод (еще бы, вчера-то не поела!), я все же переспросила названия блюд, до того как начала есть. Форсей одобрительно кивнул и перечислил. Слава Богу, это был обычный запеченный гусь и овощной салат. Правда, вкус изумителен. Я слопала все, что было мне принесено. Фор с удовольствием наблюдал за мной:
— Ну, хоть у кого — то хороший аппетит! — удовлетворенно сказал он. — А то только и слышишь: "Я на диете, я на диете" — передразнил он, видимо кого-то из своих знакомых. Я поперхнулась от смеха, и воину пришлось похлопать меня по спине. Затем он хмыкнул. — Осторожнее надо быть. А то подавишься, а меня рядом не будет.
Я аж открыла рот от такой наглости. Потом хотела напомнить ему, из-за кого собственно я подавилась. Но Фор не дал мне такой возможности. Поднявшись из-за стола, он невозмутимо произнес:
— Пей чай, а потом выходи на улицу. Скоро отправимся. — Затем он вышел, оставив меня кипеть от возмущения.
Вышла на улицу я как можно позже, стремившись досадить воину. Однако в этом он переплюнул меня. С хитрой улыбочкой, ко мне был подведен оседланный конь, черной масти. Я с изумлением уставилась на эту громадину, а потом перевела взгляд на довольное лицо Фора.
— Надеюсь, ты не заставишь меня сесть на ЭТО! — я указала на дамское седло. — Я и на мужском — то не умею, а тут — боком!
— Придется научиться! — злорадно рассмеялся тот, а затем вскочил на своего гнедого коня, подведенного хозяином постоялого двора.
– Или пойдешь пешком?
"А вот хрен тебе! Сяду и поеду". На бесплатное представление вышли посмотреть еще двое временных жильцов. Что ж не буду их разочаровывать.
Я подошла к вороному красавцу, с необычной серебристой гривой. Затем, подобрав подол платья, с трудом взгромоздилась на него, ловя насмешливые взгляды. Я вконец разозлилась, и, о чудо, не грохнулась с коня, хотя ожидала этого, а весьма твердо устроилась.
Руки уверенно взяли поводья. Было такое ощущение, что тело вспоминает что-то давно забытое мозгом, однако крепко вбитое в рефлексы.
Я привязала сумку к седлу, потрепала коня по холке и прошептала:
— Ну что покажем им, а коняга?
Черный согласно фыркнул и самостоятельно развернулся к воротам, высотой примерно немногим ниже меня самой.
— Ты что задумал? — встревожилась я — Ай! Черт бы тебя побрал!
Конь разогнался и перемахнул на другую сторону запертых створок. Я чуть не откусила себе язык по приземлении. Поэтому резко затормозила и с неудовольствием глянула на коня. И только тут дошло, что я спокойно удержалась в дамском седле, да еще при прыжке.
— Что за черт происходит… — пробормотала я и услышала зов Фора. Он выехал через распахнувшиеся ворота и подъехал ко мне.
— Ты в порядке? — в тревоге спросил он. А так ему и надо! Пусть поволнуется. Поэтому, не отвечая, я двинулась на восток, в сторону Шелтерана.
Долгое время мы ехали молча, обиженно поглядывая друг на друга. Наконец, Фор не выдержал:
— Зачем обманываешь?
Я обалдело посмотрело на него. Хорошенькое начало примирения.
— Ты про что?
— Как про что? — взорвался воин. — То ты утверждаешь, что не умеешь ездить, то выкидываешь такие фортели, причем рискуя шеей. Как это понимать?
— Как хочешь, так и понимай, — разозлилась я. — Чё за наезд, рэкетир! Я в жизни ни разу на лошади не сидела.
— А на коне? — подколол он.
Я с психу представила, как было бы хорошо, если бы во-о-он та ветка стукнула этого заразу по башке.
— Оп-па! Надо быть поосторожнее со своими желаниями… — прокомментировала я, провожая летящую ветку взглядом… — Чего???
Я резко обернулась и успела застать великолепный момент падения Фора с лошади, снесенного тяжелой веткой. Глядя на его попытки выбраться из колючих кустов (благо мы ехали по лесу, и этого добра тут хватало), я не выдержала и засмеялась.
— Кстати, а как ветка здесь оказалась? — наконец — то задумалась я — Она же была метрах в…надцати от нас. Ветер? Вряд ли. Тогда в чем дело?
— Это я у тебя и хотел бы спросить. — Мрачно произнес Фор, вновь садясь на гнедого.