Медиум поневоле
Шрифт:
— У нас ещё есть шанс? — Маркус делает попытку взять меня за руку. Не даюсь, еще сумеречных стражей в библиотеке не хватало.
— Шанс? Ну пожалуй да. У каждого из нас по отдельности, стать счастливыми. А вот нас уже нет. — и мне казалось это очевидно, я так остро почувствовала разрыв ментальной связи, думала и с ним так же.
— Ты так спокойно говоришь об этом! — Он взрывается, начинает ходить вдоль стола. — Лесси, мне больно! Я не знал, что будет так больно! А ты спокойно говоришь, что нас нет!
— И как давно нас нет? Может ты и не любила вовсе? —
— Как давно нас нет? — механически повторяю вопрос. Двигаюсь к нему ближе, чтоб не смог отвести взгляд.
— Наверное с того момента, когда ты выбрал артефакторское бюро и дуреху — невесту, а не меня.
Мы смотрим друг другу в глаза. Я вижу боль, отчаяние и решимость. Он хочет идти до конца, принимая все страдания, на которые обрёк себя сам. Но не готов видеть мои. Как странно устроен человек, если в его жизни всё идёт гладко, ему становится скучно, и он втравливает себя в разные истории. Чтоб испытать новый спектр эмоций, пусть даже они несут отрицательный окрас.
И тогда я решаюсь. Невозможно всю жизнь нести в себе обиду и злость, невозможно вылить ее на любимого человека в надежде на избавление. Надо учится отпускать.
Я касаюсь щеки Маркуса, нежно поглаживаю ладонью и….мысленно отпускаю его. Пусть идёт к своей мечте, пусть когда-то станет счастливым. И живёт дальше, дышит свободно, смеётся и грустит, обнимает жену и детей. Но уже без меня. Глаза любимого начинают подозрительно блестеть, он понимает. Как всегда, понимает меня без слов.
— Маркус, — говорю тихо, — отпусти меня, как я отпускаю тебя.
Глава 7. Александра последние дни
А в следующий понедельник, я услышала тот фатальный для меня разговор. На большой перемене зайдя в пустую аудиторию, присела за лекторскую кафедру и развернула свой бутерброд, принесённый из дома.
Кости сегодня не было и поэтому обедала я одна. Салфетка противно прилипла к хлебу, и я принялась ее отдирать, держа бутерброд двумя пальцами. В какой-то момент пальцы неловко перехватили и бутер полетел на пол. Тихо ругаясь, нырнула за ним под кафедру. Ловкость моё второе имя.
В этот момент дверь открылась, и кто-то зашёл в аудиторию. Хотела подняться и засветить свое присутствие, но услышала характерные звуки поцелуев. Вот блин. И что делать? Раз закрылись в пустой аудитории, значит не афишируют свою связь.
Показаться им на глаза сейчас, нажить себе двух врагов. Нее, мне это не нужно. А вдруг это вообще преподаватели? Тогда мне крышка. Эх, придется переждать, скоро конец перерыва не будут же они и дальше развлекаться. И тут раздался родной голос.
— Ты опять меня дразнишь? — такой вкрадчивый, слегка сиплый.
Раздался громкий шлепок. Ээээ это что, пощёчина? Костя залепил кому-то пощечину?
— А что мне остаётся делать?
Голос игривый, нараспев. Опять пыхтение и звуки поцелуя. Осторожно выглянув, вижу Костю и Настю Смирнову из параллельной группы, пара целуется рука парня под юбкой гладит девичью попу.
Господи, Сашка, ну ты и дура, какая
— Мне надоело, что ты таскаешься к этой серой мышке! — говорит капризно Настя.
— Зато остальные вечера, я провожу с тобой! — парень пытается успокоить ревнивые порывы подруги, попутно облапив все выпуклости. Опять шуршат одеждой.
— Все, я хочу все вечера! Скажи ей, что тебя взяли на работу на две смены.
— Нет Настёна ты не понимаешь, я должен контролировать написание курсовой. Если перестану появляться, она никогда её не закончит. У меня все под контролем.
— Долго ещё? — голос становится требовательным.
— Неделя, осталось совсем немного.
— Между вами точно ничего нет? Я ведь могу и приревновать! И тогда ей не поздоровится! — мой рот даже приоткрылся в изумленной букве о. Мне угрожают?
— Нет малышка, между нами, ничего. Пару раз в щеку поцеловал, чтоб не сорвалась и все. Закончим с курсовой, и я буду весь твой.
— Обещаешь? — и опять капризный голосок, как будто ей пять и она просит новую куклу.
— Клянусь!
Снова сопение и поцелуи.
Вот так забив последний гвоздь в крышку моего гроба они покинули аудиторию спустя пару мгновений.
Я просидела на полу ещё с час, благо пар здесь сегодня больше не было. Уставившись в одну точку, уговаривала себя подняться и пойти домой. Самовнушение сработало из академии я все-таки вышла, но вместо того, чтоб пойти домой, бездумно шаталась по городу. Наверное, не хотела видеть эту дурацкую курсовую из-за короткой все завертелось, да и постель, как свидетельство моего падения. Бредя в синих сумерках, вспоминала детали разговора, просто не могла поверить в услышанное.
Неужели все из-за работы, да блин заплатил бы и купил, не бедный ведь студент. В интернете полно объявлений там тебе и курсовую и доклад, и даже дипломную за деньги накатают. Тогда почему я?
Это что он меня два месяца обхаживали из-за жалкой курсовой? Вспомнила самый первый проект, который помогла ему написать. Потом что, эссе было точно, пару тройку рефератов тоже, ааа ещё же проект по истории скульптуры, как я могла забыть. Муторный и неинтересный, как и сам предмет. И презентация, вместе лепили ее на моем стареньком ноуте, Костик в основном монтировал и искал подходящие изображение, а весь текст был на мне. Ну, что же за два месяца совсем неплохо.
Пытаюсь вспомнить была ли хоть одна работа, которую он сделал сам от и до, за эти два месяца. Выходит, что нет. Хорошо, ладно, влюбил в себя девчонку, заставил на себя батрачить, но в постель зачем тащить? Совместить приятное с полезным.? Вот тебе Александра подарок к новому году, можешь не благодарить. Стало гадко, в голове зашумело. Тошнота волной поднялась к горлу. Это же мерзко! Мерзко так использовать чужое доверие! Я ведь ничего плохого ему не сделала! Доплелась домой только вечером. Сразу провалилась в сон, не став даже раздеваться или ужинать.