Медиум поневоле
Шрифт:
Подливаю масла в огонь, ну пристегнись Костя:
— Сам видел, выходила оттуда две недели назад с бумажками в руках. Я, напротив, живу, — добиваю аргументом. Демон на моем плече поднимает большие пальцы вверх, в знак одобрения.
И посыпалось: «аут», «Костян тебя чего предохраняться не учили?», «я в шоке братишки», «интересно он и Аллочку тоже заразил?», «вот это поворот», «Кость ты в штаны давно смотрел, у тебя там как ничего не отвалилась?», «ну ты парень даёшь, не ожидал».
Сама добавляю огоньку «хламидии они такие, полгода можно болеть и не догадываться». На этом с чистой
Девушка в сети, заходит в чат под своим именем, ну что за прелесть. Начинается второй акт: «Что? Это что вообще такое? Костя! Это правда? Хватит зубоскалить уроды!»
Парни тем временем подкалывают Настю и язвительно отвечают почти на каждый ее вопрос.
«Кто из вас оленей Костя? Костя возьми трубку!»- не унимается девушка.
Ну вот и все, первая часть плана прошла как по маслу, делаю скриншоты Танюше на потеху и удаляюсь из чата. А вот не надо, не надо товарищи футболисты злить некромантов. Матвей Иванович наблюдает за хихикающей мной с почти отеческой теплотой, надо же вот вроде призрак, а так прочувствовал ситуацию. На волне позитива обещаю ему: — Завтра обязательно позвоню Максиму.
Но проснувшись по утру, подгоняемая огнем праведной мести перво-наперво звоню Семёну:
— Привет! У вас завтра игра? — деловито интересуюсь, натягивая джинсы и прыгая на одной ноге.
— Привет, — делает паузу, — Плут.
Ух ты какой догадливый, прочел значит вчерашний треп, улыбаюсь широко, хоть он и не видит.
— Завтра тренировка, игра через две недели. А что ты хотела? — говорит подозрительно.
— Спасибо, до встречи. — кладу трубку, рано пока говорить. «Не считай утят, пока не вылупились». Нет все-таки Матвей Иванович на меня определенно плохо влияет.
Оказывается, вкусный кофе и булочка с корицей могут поднять хорошее настроение до уровня «отлично». Теперь надо делиться хорошим настроением с любимыми. Звоню Танюше по пути к остановке и поскальзываясь на особо опасных участках, коротко рассказываю о вчерашней диверсии в чате.
— Ого! Алексашка да ты ведьма! — хохочет она в трубку — скинь скриншоты! Хочу подробностей! — кричит в восторге. Представляю ее довольное личико, и становиться тепло.
— Для любимой подруги, ничего не жалко!
Успеваю на маршрутку и через двадцать минут, я уже выходу на нужной остановке. По дороге состоялся так долго откладываемый звонок. Номер с черной визитки давно занесён в телефон, ждёт своего часа.
— Доброе утро! — мой голос неуверенный, будто в доброте этого самого утра приходится сомневаться.
— Доброе, — голос хриплый и сонный.
Бессовестное воображение рисует сладкую картинку, Максим, немного помятый ото сна, теплый и взлохмаченный. Сидит в кровати с телефоном у уха. Второй рукой трет глаз и проводит по волосам, окидывая челку. Вот же ж, фантазия угомонись! Чтобы отогнать видение приходится потрусить головой, как лошадка.
Сонный голос тем временем повторяет, видимо уже не первый раз. — Так кто?
— А? — Все что могу выдать.
— Кто-это? — раздражение уже неприкрытое.
— Это Алекс, с кладбища, — несу что-то совсем не то. — Ты мне ещё визитку дал, — пытаюсь реабилитироваться.
—
— Матвей Иванович, знает все поговорки и частушки на свете. Ты знал?
Максим смеётся, приятный такой смех. Непроизвольно улыбаюсь в ответ.
— Он рассказал свою историю и думаю тебе стоит ее знать. — пора переходить к делу, так как уже видно здание академии.
Договариваемся о встрече после пар, на парковке и прощаемся довольные друг другом. Интересный парень.
Занятия проходят как обычно. В перерывах нашу группу немного развлекает Настёна, она охотится на Костю, который предпочел сегодня не появляться. На каждой перемене девушка заглядывает в аудиторию и окидывает пространство сканирующим взглядом. Парни веселятся и подкалывают ее на все лады. Девушка не робкого десятка и обещает всем жестокую и кровавую расправу. Я временно забыта. Семён в этом не участвует, но посматривает на меня с уважением.
На большой перемене, появляется Аллочка, бывшая девушка Кости. Как бы невзначай расспрашивая, о том был ли сегодня молодой человек на занятиях. Да тут целый фан-клуб намечается, уже подумываю, может зря я так? Но вспомнив уродливый шрам на руке, понимаю нет. Если бы Саша не распрощалась жизнью ещё тогда, такая травля точно бы ее добила. И не переключи я внимание мальчиков-зайчиков на Костю и его похождения, мне бы досталось. Издёвки и смешки, с каждым днём становились бы громче и откровенней. Ну ничего, я только начала, мальчики.
Последней парой идёт «Техника и технология живописных материалов», предмет нужный, но крайне скучный. Задние парты частично спят, прикрывшись учебниками. Преподаватель читает лекцию монотонно и негромко. Семён копается в телефоне, играет вроде. Я лениво вывожу на полях абстрактные каракули, которые незаметно вырисовывают магические плетения, вот мой «зеркальный щит», вот «огненные стрелы» а вот и «призыв».
Иногда я задумываюсь, что произошло после моей смерти дома, в Элирии. Стражи однозначно убили Оливию, я видела клыки на ее горле уже выпадая из окна, после такого не выжить. Удалось ли выяснить откуда у неё блокирующий браслет? Надеюсь, Мелинда с Эриком помирились, они хорошая пара и любят друг друга. Получил ли Кельвин силу рода? Он достойный маг, сильный некромант и хороший друг. Что станет с бабушкой и тетей? Моё наследство должно вернуться обратно в семью. И самое главное Маркус. Не представляю, каково ему. Помню тот испуг, когда я разбила голову на кладбище, а тут такое. Ещё интересно, если бы он не решил отказаться от меня и Оливия не столкнула бы меня с башни, тогда я бы осталась дома? Или мне суждено попасть сюда?
Вдруг почувствовала себя ужасно одиноко, все что я любила осталось там! А здесь я чужая. Рука непроизвольно делает набросок сумеречного стража, прямые рваные линии. Морда оскалена, уши прижаты к массивной голове, лапы согнуты для прыжка. Даже по этой зверюге я тоскую. Сосед аккуратно двигает к себе тетрадь, мой пёсик заинтересовал и его. Спустя полчаса пара наконец заканчивается и народ вяло тянется к выходу. Мы с Сёмой шагаем рядом. — Что это за чудовище? — спрашивает он имея в виду стража.