Медиум поневоле
Шрифт:
— Это из снов, мне снятся разные красочные сны. — не представляю, как ещё можно объяснить и не сойти за безумную.
— Кошмары? — кивает понимающе.
— Когда, как. По-разному бывает. — наверное будет проще считать прошлое, далёким долгим сном.
— Мой тебе совет, — произносит вдруг серьезно. — Если чудовищ из сна, перенести на бумагу, как ты сейчас. То в следующий раз, когда оно вернётся в твой сон, страх не будет таким сильным.
— Спасибо, — в этом определенно, что-то есть. Семён меня удивляет в очередной раз.
Выйдя на крыльцо, упираюсь в группу девчонок с нашего курса, они перешептываются
Напротив входа на парковке черное авто, к нему привалившись спиной стоит Максим Андреевич Воронов. Парень курит, выпуская дым вверх, чуть повернув лицо в сторону. Кажется, он расслаблен и погружен в свои мысли, и нет ему дела до окружающих. Молодой человек одет в темные джинсы, чёрное короткое пальто из-под которого виден ворот водолазки, тоже темной, на ногах мартинсы. И опять без шапки. Хочется дать ему подзатыльник! Холодина же! Завидев меня, встрепенулся, выкинул сигарету и шагнул на встречу.
— Алекс! — слегка улыбается Максим.
— Привет, — я теряюсь, не зная с чего начать. И опять эти глаза, ну до чего же нереальные. Неужели это природный цвет, или все же линзы.
— Поехали, время. — берет меня под локоть и усаживает в машину, вежливо открывая дверь. Я машу ручкой Семёну и прощаюсь.
Фан-клуб на крыльце в некотором замешательстве. Ну и демон с ними.
Спустя пять минут я спохватилась: «А куда мы едем?»
— В агентство, — ну да конечно, куда де ещё, как я сама не догадалась. Почему-то опять просыпается фамильная вредность и очень хочется язвить, и ехидничать.
Детективное агентство «Максимум», находится почти в центре города. Небольшое двухэтажное здание из серого камня, ещё сталинской застройки, массивное и основательное. В нем располагается несколько офисов, адвокатская контора и, собственно, агентство.
Помнится в таких зданиях высокие потолки и большие комнаты. Так и оказалось. Агентство находится на первом этаже справа от входа, и занимает три большие комнаты и одну крохотную отведённую под санузел. При входе приемная с пустой стойкой секретаря, и рядом стульев для ожидания. На стенах пара городских пейзажей, два больших горшка с фикусами по углам. Далее кабинет, где мы, было устраиваемся и третья комната назначение которой, загадка. Кабинет в строгом стиле, массивный стол пару стульев перед ним, по сторонам от стола шкафы и картотечные ящики под ключ. На окнах жалюзи, свет рассеянный мягкий. Все это в серо-бежевой гамме. Интересно тут есть сейф за картиной? Поискав глазами, картину не нахожу, увы.
Хозяин радушно предлагает мне чай или кофе. Странно, и кто же его приготовит? Секретаря или помощника не видно, неужели сам господин детектив? Из вредности соглашаюсь, интересно посмотреть, кто его сделает. Хм, оказалось, я. Максим манит меня рукой в третью комнату, тут по центру находится стол, заваленный бумагами, стулья, диванчик у стены, пара кресел. Большая доска, как в детективных фильмах, на которую можно цеплять фотографии жертв и карту. Да карту обязательно, в нее втыкаются цветные кнопки и проницательный детектив тянет красную нить между ними, образуя на карте загадочный символ. У Максима доска пустая, жаль конечно. Справа небольшой закуток, отделенный книжным стеллажом. В этом уголке мини
Мистер детектив берет чайник и идёт за водой на ходу бросая мне: «Достань кружки».
— Ну класс, а больше ничего не сделать? — бурчу тихо и лезу в верхний шкафчик.
Пока я завариваю нам черный чай в пузатом чайничке, Максим шуршит в нижнем шкафу, достает пакеты с вкусняшками и соображает нехитрое угощение. Маленькие бублики, печенье и шоколадные конфеты. Выкладывает все красиво на тарелочку, и прихватывает чайничек. Я беру кружки и сахарницу и топаю за ним. Устраиваемся здесь же в креслах, перед нами небольшой журнальный столик.
Про себя эту комнату я окрестила «рабочей», именно здесь и происходит процесс расследования, а кабинет для приема посетителей. Под вкусный чай и хрустящие бублики рассказываю историю Матвея Ивановича. Максим надолго задумывается, откинувшись в кресле и смотря в точку перед собой. Я, прикончив последний бублик, начинаю скучать. Хочется ещё бубликов и приступить наконец к совету Семёна. Решила все же дополнить сборник «моя Элирия» добавить не только людей, но и стражей, лунную сферу, здание академии, оранжерею, «огородик» и другие места и предметы.
Максим видимо крепко завис. Поэтому я тихонько беру свое пальто и сумку, и ухожу. Жаль, хотелось бы поучаствовать в расследовании, и Матвею Ивановичу помочь и Максиму, да и чего скрывать карта с натянутыми нитями никак не идёт из головы.
На следующее утро я собрана и готова ко второму этапу маленькой мести мальчикам-зайчикам. Моё тайное оружие простое как валенок: бутылочка от краски для волос, с узким носиком на закрутке, немного моего шампуня и красный кайенский перец. Прикинув безопасную концентрацию все-таки, засыпала три пакетика, а не пять как хотела сначала. Не нужно, чтоб кто-то пострадал серьезно, а вот тотальную почесуху я вам обеспечу. Гуманизм наше всё. Чем ближе к делу, тем спокойней с становлюсь.
Сегодня тренировка у наших футболистов. До начала пар забегаю в раздевалку и оттуда в душевые, добавляю мое чудо средство в каждую баночку с шампунем. Все проходит как по маслу и мне никто не встречается по пути.
О и Костя сегодня есть, отлично. После второй пары, перед тренировкой, останавливаю Семёна и тянусь к его уху.
— Сём, ты после тренировки в душе, шампунь не бери, хорошо? Сегодня мылом воспользуйся, ок? — шепчу тихо.
В ответ он смотрит на меня со смесью ужаса и восторга.
На паре парни гоняют по полю, девочки маются в зале. И вот зачем скажите художнику физкультура. Но новая программа по укреплению физического воспитания, командного духа и бла-бла-бла, запущенная в нашем городе, коснулась и академии. Мы бегаем, разминается, делаем растяжку. Все это в общем-то полезно, если бы не делалось «на отвали».
Четвертая пара совместная у парней и девушек, я уже на месте жду Семёна, ем шоколадку. И тут заходят наши парни! Да! Всклоченные волосы и красные глаза придают схожесть с дорогими моему сердцу умертвиями, руки так и тянутся упокоить. Сказать, что они злые, это промолчать. Остервенело чешутся, сыпят проклятиями и обещают расправу. Кому? Так Насте же! Ну вот кто ее за язык тянул вчера всем угрожать страшной местью, теперь пусть выгребает.