Медиум
Шрифт:
Меня точно кто-то мягко толкнул в спину ладонью, вынуждая войти. Мимолётом подумал, что сюда не протиснуться воителю Лощины. Значит, здесь относительно безопасно.
Необыкновенное пламя притягивало взор. Как бы я ни отводил глаза, всё равно останавливал взгляд на трепещущем языке абсолютной тьмы, издали напоминающем изменчивый зрачок пресмыкающегося. Выругавшись вслух, прошёл в центр зала, присел на корточки у скелета с книгой. На тёмном кожаном переплёте позолотой горели символы неведомого языка. Линии единственной строки опускались вниз и переплетались в сложный узор округлой формы. Сверкали на накладках
За такой артефакт Библиотекарь наградит самое меньшее пожизненным читательским абонементом. К сожалению, вынести из пещеры книгу не представлялось возможным. Выхода, кроме как на болото, я не заметил.
Неразборчивый шёпот выдернул из размышлений, вынудив пристально осмотреть зал и выглянуть в тоннель. Павшие по-прежнему неподвижно сидели, опустив головы. Ничего не изменилось за исключением невнятного шума на грани слышимости. Я протёр ладонями лицо и лишь сейчас обнаружил кровь на руках. Рукава пропитались ею, она тяжёлыми каплями пятнала пол пещеры и в зале, и в проходе. Я снял верхнюю одежду, стащил рубаху. На плаще от плеча до плеча шёл разрез, оставленный, надо полагать, мечом горбуна.
По телу разлилась слабость. «Вот ведь не везёт, так не везёт», – думал я, усаживаясь рядом со скелетом. Собрал достаточно эссенции души с зомбаков для повышения уровня, нашёл сокровища Гиблой Лощины, поспособствовал поражению сверхмощной нежити, спас товарищей, и в итоге пополню ряды стерегущих сокровища мертвецов, потеряв опыт, эссенцию, снаряжение. Обидно. Зато впечатлений не вагон, а целый поезд.
«Не смей подыхать! – завопил кто-то на краю угасающего сознания. – Забери меня отсюда!»
Бирюзовый свет померк, и тьма опустила занавес жизни. Привет, перерождение?
***
Мне снились рыцари на ладьях. Серые пластины брони казались чешуёй, выкованные в виде змеиных голов шлемы придавали воинам сходство со вставшими на задние лапы бесхвостыми ящерами. В руках они сжимали алебарды, за поясами были мечи и кинжалы с изогнутыми клинками. Все как на подбор высокие, статные. Среди них выделялся гигант в белом шарфе, сотканном будто бы из тумана. Его шлем повторял формой голову рогатой гадюки, в раскрытой клыкастой пасти виднелось суровое, покрытое шрамами лицо. Воитель охранял восседавшую на походном троне из белоснежной драконьей кости ослепительно красивую женщину. С другой стороны от Повелительницы стоял белобородый старик с книгой, прикреплённой ремешком к поясному ремню.
Ветер надувал паруса, стремительно неся ладьи по реке. Небо укрывали неповоротливые грозовые тучи, вдали сверкали молнии, предрекая беду.
Из-за деревьев на берегах внезапно хлынули толпы отвратительных существ, кошмарной помеси людей и животных – рогатые, со щупальцами вместо рук и ног. У самых крупных виднелись крылья за плечами. Чудовища держали дубины, палицы, примитивные копья. Копьеносцы атаковали первыми, швырнув оружие в поднявших каплевидные щиты витязей. Затем в реку, вспенивая прозрачную воду, врезались создания с палицами. Крылатые твари воздели к небу узловатые суставчатые руки. От рёва тысяч глоток вздрогнула земля, и отвесные берега перед ладьями обрушились, перекрыв реку.
Гигант, охранявший женщину, потряс громадной алебардой. Атаковавшие
И тогда прекрасная женщина на троне свела ладони, произнеся Слово. В тот же миг воды реки вздыбились, отбрасывая чужаков к берегам, и восстали гигантским кружащимся сводом над ладьями. Горящие нечистым огнём копья не пробивали водяную преграду и опадали на дно безобидными палками. Не минуло и минуты, и защитный купол разделился на две волны каждая высотой с крепостную стену, обе ударили по берегам, смывая рогатых тварей. Чудовищ утаскивало на глубину, не давая вдохнуть. Чужаки бились в судорогах, умирая, и зрелище их гибели вызывало холодную улыбку на совершенных устах женщины.
Крылатые уцелели. Они возносили молитву своему богу, призывая его гнев на врагов. Тела погибших рогатых распадались и струйками тёмного дыма поднимались ввысь, скапливаясь над ладьями. В какой-то момент трупы истаяли. С последним убитым чудовищем чернота вытянулась нитью, расширилась, и небеса разверзлись, явив утопающие в вековечной тьме звёзды. Из созданного над рекой портала вылезало нечто – средоточие щупалец, когтей, пастей, клыков, невообразимый хаос, принявший физическое воплощение. Воины кричали и падали на колени, хватаясь за головы, стояли прямо лишь прекрасная женщина, её страж и белобородый старик, невозмутимо листавший страницы увесистой книги с инкрустированными самоцветами накладками на углах.
***
Принудительное удерживание информационной матрицы реципиента завершено. Параметры реципиента скорректированы согласно требованиям рефлектора. Нейро-связь установлена.
Я открыл глаза. Яркий бирюзовый свет слепил, пришлось прикрыть глаза ладонью. Несмотря на это маленькое неудобство, чувствовал себя отлично. Ничего не болело, в теле ощущалась небывалая лёгкость. Только вот терзал вопрос: куда меня занесло перерождение? Точно не на вершину Зиккурата.
«Приветствую! – раздался голос словно бы из ниоткуда. – Мне чрезвычайно приятно познакомиться с тобой, мой ученик!»
Глава 22
– Кто ты?
Чёрное пламя в бирюзовом шаре неистово билось под куполом пещеры. В зале по-прежнему кроме меня были только странный светильник, скелет и книга. Металл и самоцветы на ней потускнели, страницы разбухли. И ни намёка на существо, заговорившее со мной.
Вот теперь стало по-настоящему страшно. Перерождение не сработало, и я остался, где умер, ещё и в компании неизвестно кого. В голове роились объяснения одно страшнее другого, от особенностей места до могущественной сущности, блокирующей перерождение. Вспоминалось последнее системное сообщение.