Мегалодон
Шрифт:
Джонас просмотрел технические отчеты о системе ЮНИС и был поражен простотой конструкции. Расставленные по сейсмически опасной линии дистанционные датчики ЮНИСов могут обнаружить признаки надвигающегося землетрясения.
Несчастная Южная Япония расположена в сейсмически опасном районе. Каждое десятое из происходящих за год во всем мире землетрясений случается там. Только один катастрофический толчок в 1923 году унес более ста сорока тысяч жизней.
В 1994 году Macao Танака прилагал отчаянные усилия, чтобы найти средства на завершение проекта своей мечты — огромной китовой лагуны, прибежища для китов.
Джонас хлебнул водки.
«Впадина Челленджер, — мысленно произнес он. — Специалисты-подводники называют ее вратами ада». Но сам Джонас называл проще — ад.
В двадцати милях от него, в отеле «Холидей Инн», Терри Танака, только что из-под душа, завернувшись в полотенце, сидела на краю по-королевски широкой постели. Тэйлор своим мужским шовинизмом и упрямством сильно уязвил ее. Она никак не могла понять, зачем он так понадобился отцу. Надо еще раз взглянуть на личный файл профессора Тэйлора.
Все самое главное она и так знала на память. Окончил Пенсильванский университет. Высшие степени университетов Калифорнии, Сан-Диего и Океанографического института Вудса. Профессор Института Скрипса, автор трех книг по палеобиологии. Кроме того, его считали одним из самых опытных акванавтов в мире... Но что же случилось потом? Терри просмотрела файл. Доктор Тэйлор семнадцать раз пилотировал «Элвин», в восьмидесятых возглавлял несколько экспедиций к четырем глубоководным каньонам. И вдруг семь лет назад по какой-то непонятной причине отказался от всего этого.
«Ничего не понимаю», — громко произнесла Терри. Мысленно вернувшись к сегодняшней лекции, она вспомнила человека с кустистыми бровями, который сообщил публике об участии Тэйлора в экспедиции к Марианам.
Но в файле не было ничего о плавании к впадине Челленджер.
Терри отставила компьютер и, набрав свой личный код, вошла в компьютерную сеть института.
Она ввела слова: «Марианский Желоб».
ИМЯ ФАЙЛА: МАРИАНСКИЙ ЖЕЛОБ
ГЕОГРАФИЧЕСКОЕ ПОЛОЖЕНИЕ
Западная часть Тихого океана, восточнее Филиппинских островов, вблизи острова Гуам.
ФАКТИЧЕСКИЕ ДАННЫЕ
Самая глубокая известная на планете впадина. Глубина 35827 футов (10920 м), протяженность 1550 миль (2500 км). Вторая по длине. Самое глубокое место Марианского Желоба — впадина Челленджер, названная в честь исследовательского судна «Челленджер-II», открывшего ее в 1951 г.
Примечание: если бросить там в воду камень весом 1 кг, он будет падать на дно более часа.
ИССЛЕДОВАНИЯ (ПИЛОТНЫЕ)
23 января 1960 г. американский военный батискаф «Триест» достиг глубины 35800 футов (10911 м), почти коснувшись дна впадины Челленджер. Батискаф пилотировали: лейтенант флота Дональд Уолш и швейцарский океанограф Жак Пикар. В том же году французский батискаф «Архимед» совершил такое же погружение. В обоих
ИССЛЕДОВАНИЯ (БЕСПИЛОТНЫЕ)
В 1993 г. японский беспилотный аппарат-робот «Кайко» достиг глубины 35798 футов и разрушился. В 1997 г. Океанографическим институтом Танаки были развернуты аппараты-роботы ЮНИС.
Терри просмотрела файл. Ничего о Джонасе Тэйлоре. Она набрала: «Военные исследования».
ВОЕННЫЕ ИССЛЕДОВАНИЯ: (См. ) «ТРИЕСТ», 1960
«СИКЛИФ», 1990
«Сиклиф»? Но ведь в просмотренном файле такого названия не было. Почему? Она запросила данные.
«СИКЛИФ»: ДОСТУП К ДАННЫМ ТОЛЬКО ДЛЯ ПЕРСОНАЛА ФЛОТА США.
Несколько минут Терри еще пыталась войти в файл, но безуспешно. Она ощутила в животе какой-то комок.
Убирая портативный компьютер, она вспоминала сегодняшнюю лекцию. Впервые она встретилась с Джонасом Тэйлором десять лет назад на симпозиуме в отцовском институте. Джонаса пригласили прочесть лекцию об аппарате «Элвин». Тогда Терри было семнадцать, и она уже по-настоящему работала с отцом, организовывала прием более семидесяти ученых со всего мира. Она заказывала Джонасу билеты, встречала его в аэропорту. И, как школьница, по уши влюбилась в акванавта с атлетической фигурой. Терри снова взглянула на его фото в файле. Сегодня профессор Тэйлор выглядел уверенно, но все-таки казался чуть-чуть беспомощным. Красивое лицо, загар, еще несколько морщинок у глаз. Темноволосый, уже с сединой на висках. «Наверное, шесть футов с дюймом, — подумала она. — Фунтов на сто девяносто пять. Но все еще спортивная фигура».
Что с ним случилось? И зачем отцу понадобилось искать его? С точки зрения Терри, в участии Тэйлора проект ЮНИС если и нуждался, то в самую последнюю очередь.
Джонас проснулся. Он так и не раздевался с самого вечера. Где-то недалеко лаяла собака. Он покосился на часы. Шесть утра. Тэйлор лежал на диване у себя в кабинете, вокруг валялись листы принтерных распечаток. Он сел. Голова гудела, ногой он опрокинул пустой кофейник и запачкал бежевый ковер коричневым. Протер покрасневшие глаза и взглянул на компьютер. Монитор все еще был включен. Он взял мышь и вызвал схему дистанционных датчиков ЮНИСа. И все снова всплыло в его памяти.
Собачий лай прекратился. В доме было как-то необычно тихо. Джонас встал и по коридору прошел в спальню.
Мэгги там не было, к постели никто не прикасался.
МОНТЕРЕЙ
Терри увидела его, когда он уже шел от паркинга.
— Доброе утро, профессор, — сказала она чуть громче обычного и улыбнулась. — Как голова?
— Потише, пожалуйста. — Он перевесил на другое плечо свою спортивную сумку и недовольно посмотрел на самолет: — А вы не сказали мне, что он... так мал.
— Да нет же, совсем не мал для гидросамолета. — Она заполняла полетный лист. На фюзеляже двухмоторной машины был изображен кит и буквы "О. И. Т. ".
Джонас опустил сумку и осмотрелся.
— А где же летчик?
В ответ она подбоченилась и улыбнулась ему.
— Так это вы?
— Эй, не гоните волну. Вы что, боитесь?
— Да нет, но...
— Может быть, вам полегчает, если я скажу, что летаю уже шесть лет.
Джонас неловко кивнул. Это нисколько не успокаивало, а лишь напоминало, как он не молод.