Мендель Маранц

Фридман Дэвид

– Или ты должен достать себе жену, или работу, – решительно сказал старик, заглушая всякие возражения отчаянным кашлем.

Оскар стоял у дверей дома Маранцев и дрожал. «Жена или работа» – звучало у него в ушах, и он размышлял, что больше пугало его. Все-таки он чувствовал, что он скорее согласен любить, чем работать. Но если бы только любовь не была таким трудным делом! Он старался подбодрить себя и решительно застегнул пуговицы своего пальто.

– Вот так всегда, – бормотал он про себя. – Я не боюсь никого. Но когда дело касается женитьбы…

И ему хотелось бежать.

– Здравствуйте, мистер Гассенхейм! – окликнула вдруг Зельда. Она следила за ним из окна и, обеспокоенная его медлительностью, пошла ему навстречу.

– Я только что собирался… войти, – чуть слышно пробормотал он.

– Что-то подсказало мне, – то есть, мой брат сказал мне, что вы сегодня будете у нас.

Она улыбнулась, непринужденно взяла его под руку и провела в гостиную.

– Вы, может быть, хотите поговорить с Саррой наедине? Она сейчас придет.

– Не к спеху, – тихо сказал Оскар, предусмотрительно окидывая взглядом помещение и ища дверь.

Мендель, удобно сидевший в кресле с газетой в руках, на минуту поднял глаза, смерил взглядом Оскара и снова погрузился в чтение.

Оскар сел.

– Будьте так добры, миссис Маранц, – пробормотал он, – я… я хотел бы поговорить с… с мистером.

– С отцом! – вскричала Зельда, беспокойно поглядывая на Менделя. – Я не знаю, о чем вы можете говорить. Что мужчины понимают в таких делах?

– Видите ли, – умоляюще начал Оскар, проводя холодной рукой по потному лбу, – когда дело касается женщины… то я хотел бы поговорить с мужчиной.

Зельда многозначительно повернулась к Менделю и сказала сладким голосом:

– Ты ведь занят, Мендель, не так ли? Ты, кажется, с кем-то должен иметь свидание?

– Что такое свидание? – добродушно сказал Мендель. – Подарок. Ты тогда дорожишь им, когда оно представляет ценность. Для такого гостя, как Оскар Гассенхейм, я согласен отказаться от всякого свидания. Принеси лучше стакан чаю, Зельда, – наш гость, как видно, замерз.

– Э-э, здесь немножко холодновато, – сказал Оскар и вытер потный лоб.

Побежденная Зельда, угрожающе посмотрела на Менделя и очень кротко на Оскара, неохотно удалилась из гостиной. Несколько минут царило неловкое молчание. Оскар застегивал и расстегивал пуговицы своего сюртука.

– Неважно! – внезапно воскликнул он с диким выражением на лице. – Я люблю ее!

Мендель поднял глаза. Оскар опустил глаза. Мендель покачал головой.

– Вы очень милый молодой человек, Оскар, но вы не знаете женщин. Может быть, потому вы такой и хороший. Что такое женщина? Ружье. С ним опасно играть. Что такое любовь? Насморк. Легко схватить его, но трудно вылечить.

– Неважно! – сказал Оскар, видя перед собой образ отца. – я люблю ее!

Мендель поднялся с кресла. Дело, по-видимому, было не так легко, как он думал.

– Оскар, – энергично сказал он. – я говорю с вами на основании горького опыта. Что такое опыт? Полисмен. Он всегда является, когда уже поздно. До женитьбы ты думаешь

о любви одно, после женитьбы совсем другое! Что такое жена? Несчастье. Если ты будешь его искать, всегда найдешь.

– Неважно! – решительно сказал Оскар. – Я люблю ее!

Мендель пристальнее посмотрел на молодого человека. Затем он начал говорить более медленно, немного задетый.

– Что такое совет? Лекарство. Его любят давать, но не любят принимать. Вы думаете, я против вашего брака? Нет! Если она согласна, и я согласен.

Оскар растеряно посмотрел на него. Потом откашлялся.

– А если вы согласны, то и она будет согласна? – робко спросил он. Мендель изумленно посмотрел на него.

– Послушайте, Оскар. Вы, собственно, на ком хотите жениться? В наше время на отцах уже не женятся. Вы должны идти с предложением прямо к невесте.

– Кто должен идти? Я? – воскликнул Оскар.

– А кто же – я? – воскликнул Мендель. – Я могу только дать вам свое благословение. А невесту вы должны взять сами.

– Видите ли, я могу говорить с кем угодно, – сказал он, набираясь духу. – Но когда дело касается женщины!..

– Что такое застенчивость? Корь. Вы уже слишком стары для нее.

– Кто? Я? – скептически спросил Оскар. – Только не я! У меня это с детства. Видите ли, я здоров. Я красив. Я могу говорить. Но я не знаю, что такое со мной. Когда дело касается женщины!.. – Что же мне делать? – простонал Оскар, совершенно теряясь. – Бежать с ней?

– Вот именно – бежать! – решительно сказал Мендель. – Если вы не можете сказать: «Я люблю тебя», говорите «Давай убежим». Это гораздо легче, и ей больше понравится.

Мендель позвал лакея, сказал ему, чтобы он доложил Сарре, а сам хорошенько встряхнул молодого человека, хлопнув его по спине ладонью, и оставил его одного.

Несколько мгновений одиночества, как каменная гора, навалились на Оскара Гассенхейма, он прирос к полу, не мог двинуться с места. Тихое пение засовов, когда открылась дверь, так подействовало на него, что его сердце готово было разорваться. Но тут показалась Сарра, вся зардевшаяся и возбужденная, и Оскар, не будучи в состоянии сразу умереть или исчезнуть, замер на месте. Сарра смело подошла к нему с протянутой рукой. Оскар дрожал с головы до ног и не знал, что сказать. Затем он нерешительно взял ее руку и сжал. Сжал так, что сам весь покраснел, а Сарра побледнела.

– Ах! Какой вы сильный! – сказала она, чуть не со слезами на глазах.

Оскар улыбнулся, смутившись.

– Гм! – пробурчал он, подыскивая слова, – Я… э-э… что такое сила? Телефон? Э-э она хорошо соединяет! – Сарра удивленно посмотрела на него.

– Что вы хотите этим сказать?

«А Бог его знает», – подумал Оскар вытирая лоб.

– Я… я хочу сказать, – пробормотал он, – ха! ха! – сильное рукопожатие – все равно… все равно, что хорошее соединение, не так ли?

– Ага, понимаю, – медленно проговорила Сарра, с трудом уловив скрытый смысл остроты. – Какой ты остроумный!