Мент поганый
Шрифт:
Мельник не ответил, поддернул спадающие с округлого животика брюки и направился в номер – выпить захотелось. «Что бог ни делает, все к лучшему, – рассуждал он, тщательно вытирая у двери замшевые туфли. – Сыщик прав, кто-то на меня начал охоту. А я жиром покрылся, рот раззявил. Эти жмурики сыщика в исповедальню доставят, и я узнаю, кто идет по моему следу».
В нескольких километрах от Москвы у Гоги имелся мыловаренный цех, в котельной которого работал глухой сифилитик-идиот. Мельник использовал подвал дважды и вспоминать об этом не любил. Когда последний раз, оглохший от звериных воплей, он, тяжело
Людмила Заслонова долго лежала в ванной, оглаживая любимое тело и строя планы, как отомстить вонючему хорьку Мельнику. Девица была опытная и понимала, что никогда не отомстит, но человеку нравится мечтать, даже если он и не верит в возможность осуществления своих грез.
Выбравшись из ванны, девушка закуталась в огромное полотенце, взяла бутылку и стакан и уселась в гостиной. После нескольких глотков решила подговорить знакомых парней и хорька кастрировать. Она решала, чем лучше воспользоваться, ножом или бритвой, когда зазвонил телефон. Авария отпила из стакана, сняла трубку и, придав лицу мечтательное выражение, сказала:
– Хэлло-о.
– Детка, попроси Георгия Акимовича. Скажи, срочно.
– Ты со своей девкой так разговаривай, – ответила Авария, поняла, что зарывается, и добавила: – Нету их… Что передать?
– Передать?.. Подожди…
Она слышала невнятные голоса, отчетливо прозвучало лишь несколько матерных слов.
– Алло! Здравствуйте, – произнес уже другой голос. – Я звоню по очень серьезному делу. Когда вернется Георгий Акимович?
– Может, сейчас, а может, ночью.
– Понятно. Тогда постарайтесь его найти и передать так, чтобы никто не слышал.
– Понимаю. – Авария сообразила, что разговор серьезный, и почему-то закуталась в полотенце плотнее. – Говорите.
– У еврея в кармане больше золотого «лимона». Повторите.
– У еврея в кармане больше золотого «лимона», – повторила девушка, положила трубку и быстро начала одеваться.
Она уже собиралась выйти из номера, когда вспомнила, что надо поправить косметику, и вернулась в ванную.
Александр Сергеевич Романов, расхаживая по своей комнате в гараже, старался успокоиться, решал, как жить дальше.
Гуров не понравился ему сразу, еще утром, когда появился здесь с коньяком. Романов вспомнил, что первое впечатление о незваном госте было как о плейбое, родственнике высокопоставленного лица. Конечно, это была ошибка. «К черту! – прервал себя Романов. – Какое имеют значение тогдашние размышления? Сейчас ясно, что рядом оперативник, причем оперативник высокого класса. Он может мной заинтересоваться, даже наверняка заинтересуется, потому что я совершенно не вписываюсь в эту среду. И одно дело– воровские авторитеты, коммерсанты и воры, и совсем другое – профессионал-розыскник. Я хотел сыграть на контрасте, от противного, перекрашиваться поздно. С Гуровым надо решать срочно, иначе время
– Здравствуйте, уважаемый Александр Сергеевич. Очень рад с вами познакомиться, – произнес пароль Юдин, переступая порог гаража. – Это я звонил и сгоряча слова забыл.
Романов оглядел ладную фигуру, непроизвольно отметил, что все вещи на госте действительно фирменные, не подделка. Главное же, пароль был назван правильно, да и внешность гостя совпадала с имеющимися у Романова приметами.
– Здравствуйте, Борис Андреевич. – Романов подошел, пожал протянутую руку. – Все эти пароли – чушь собачья, но что делать, если мы живем в сумасшедшем мире.
– Родителей и время, в котором жить, не выбирают, – ответил Юдин, присаживаясь на станину подъемника так, чтобы видеть открытые двери. – Среди нас оказался лишний человек…
– Да, я в курсе. Ваши парни опростоволосились…
– Не мои, – перебил Юдин. – Гоги вечно торопится, не люблю работать с людьми, имеющими комплекс неполноценности.
– У каждого свой комплекс, у кого-то просто он сильнее.
– Так кто он и зачем приехал? – спросил Юдин. – Как вы думаете?
– Я лишь технарь.
– Не скромничайте, Александр Сергеевич. Я знаю о вас немного, но достаточно, чтобы понять: вы человек многоопытный. А мне нужен дельный совет.
– Гуров Лев Иванович, сыщик, среди своих в большом авторитете. А подробности вы можете узнать.
Юдин никак не реагировал, однако спросил:
– Мельник никуда не звонил, не наводил справки?
– Из номера и от администратора не звонил. В холле есть еще один аппарат, я его не слышу, не хватает техники. Но думаю, что не звонил.
– Вечно у нас чего-то не хватает. – Юдин недовольно поморщился. – Так ваше мнение: зачем прибыл этот сыщик? Судя по всему, он фигура настолько крупная, что и не пытается скрывать свою личность. Он нагло вломился и в анкете, которую никто не проверяет, написал, что из конторы. Зачем?
– Возможно, никакой опасности и нет, – неуверенно произнес Романов. – Кризис. На окраинах империи непрерывно стреляют, власти хотят мира, даже с вами.
– А с вами? – вспылил Юдин.
– Не ловите на слове, Борис Андреевич. У вас тоже комплексы? Гуров наверняка хочет встретитъся с вами, я имею в виду всех четверых. Пригласите его к себе и выслушайте. Правду в полном объеме он не скажет, но часть правды вы узнаете. И не вздумайте его трогать, не сходите с ума.
– Эти вопросы решаю не я. – Юдин соскочил с рамы подъемника, отряхнул брюки, неторопливо направился к дверям.
Романов догнал его, преградил дорогу.
– Если вы тронете сыщика, я сворачиваю технику и уезжаю. Ваш Мельник дебил…
– Глупости, – перебил Юдин. – Гоги руководит нашей контрразведкой, хитрости и осторожности ему не занимать.
– Я тоже считаю Гурова крайне опасным, но ликвидировать его здесь – просто безумие. Полковник выполняет специальное задание. Если он исчезнет, мы все окажемся под колпаком.
– А если он сначала уедет и лишь позже исчезнет? – Юдин улыбнулся, даже подмигнул, сжал Романову кисть и пошел к выходу. – Я не вмешиваюсь в работу Мельника. – Добавил, обернувшись: – Желаете, поговорите с ним сами.