Мент
Шрифт:
Глава 1
ДОЖИТЬ ДО РАССВЕТА
Кто были люди, устроившие засаду в его квартире, Андрей понял, лишь выбравшись из машины: прямо перед ним находилось легендарное здание под номером тридцать восемь.
"Петровка не ФСБ, – с облегчением подумал он. – Как-никак свои.
Разберемся…"
Однако последовавший прямо с колес допрос показал, что Андрей зря надеялся на скорое разрешение его проблем. Уже то, что первым беседовал с ним следователь Астраханский, не предвещало ничего хорошего. Да-да, тот самый Астраханский,
Перспектива оказаться там наводила ужас даже на видавших виды зеков. Это был дурной знак. Что-то вроде черной метки. Прежде Андрей слышал немало историй о крутом норове Астраханского. Чему-то верил, чему-то нет. И уж никак не мог предположить, что когда-нибудь ему самому придется переступить порог «Хатыни», да еще в роли подозреваемого.
Андрея усадили на стоявший в центре кабинета стул, пристегнув наручниками к спинке. Астраханского, который сидел за столом, он не видел, глаза слепила яркая лампа. Судя по всему, шестидесятилетнему хозяину кабинета нравилась подобная игра в кошки-мышки. При таком освещении от его глаз не могло укрыться ни одно движение жертвы. А вот допрашиваемый созерцал лишь размытые очертания следователя…
Добрую минуту Астраханский молчал, внимательно рассматривая арестованного.
– Все ясно! – неожиданно бодрым голосом проговорил он, достав из лежавшей на столе папки несколько листков. – Ну что, прямо сейчас будешь писать признание или предпочтешь пройти девять кругов ада? Признаюсь честно, за мою многолетнюю практику до последнего, девятого, еще никто не дотягивал. Самый упрямый сломался на седьмом. Кажется, лет десять назад это было…
Его заявление Андрей воспринял как личную обиду.
– Может, сначала объясните, почему я здесь? – потребовал он.
– Значит, признаваться не хочешь, – протянул Астраханский. – Вообще-то на другой ответ я и не рассчитывал. Ты хоть и бывший, но милиционер. Кухню знаешь. Хочу сразу предупредить, к милиционерам, преступившим закон и отказывающимся от сотрудничества, у нас особое отношение. А потому не советую упорствовать.
«Не зря Астраханского все, кто здесь бывал, считают скотиной, – с досадой подумал Андрей. – Похоже, ему совсем не нужны мои объяснения, да и сам он объяснять ничего не собирается. Заинтересован лишь в том, чтобы доказать мою вину».
Оставалось ждать и надеяться на то, что в ходе допроса все прояснится.
– Задавайте вопросы, – попросил Андрей. Истолковав его просьбу как капитуляцию, Астраханский вальяжно откинулся на спинку мягкого кресла.
– Вот так-то лучше, – самодовольно произнес он и взял со стола один из листков. – Что ж, начнем с самого начала. Первым пунктиком у меня помечено убийство Вероники Кругловой. – Астраханский сделал паузу, ожидая реакции арестованного, но, прочитав на его лице полное безразличие, с едва уловимым разочарованием продолжил:
– Ну хорошо. Я немного помогу тебе. Чтобы проще было начинать… Идет?
Андрей кивнул.
– Так вот. Если раньше тебе многое сходило с
– Это шутка? – не поверил Андрей. – О каком завещании идет речь? Я был знаком с Никой всего пару дней и толком не знал, чем она занималась.
– Вранье! – прикрикнул на него Астраханский. – Только не говори, что ты не знал о существовании этой бумаги. – Он показал листок. – Это копия завещания. Мы получили ее вчера.
– И там написано, что все переходит ко мне? Астраханский жестом подозвал к себе охранника и передал тому листок.
– Покажи ему.
Охранник, подойдя к Андрею, развернул листок.
– Ерунда какая-то, – пробормотал тот, бросив короткий взгляд на документ.
Однако Астраханский не врал. Документ походил на настоящий. Подписи Ники и нотариуса, печати и дата указывали на то, что это и есть пропавшее завещание. И что самое удивительное: акции фармацевтического завода «Химмед-препараты», расположенного в Подмосковье, и в самом деле были оформлены на его имя.
– Так что зря ты убрал нотариуса, – с ехидцей продолжил следователь.
Андрей с недоумением посмотрел на него.
– Зачем мне вообще кого-то убивать? Неужели вы думаете, что из-за каких-то паршивых акций я способен прикончить свою девушку? Самое интересное, что я ничего не смыслю в этом бизнесе. Аспирин от панадола не отличу! Зачем?
– Вопросы здесь задаю я! – грубо оборвал его Астраханский. – На тебе висят Вероника Круглова и нотариус. Запомнил? Идем дальше. А дальше у нас по списку свидетели твоего преступления, которых вначале ты пытаешься запугать, а потом, когда угрозы перестают действовать, убираешь. Тасканов и Адамчиков тоже на твоем счету. Вот так. Как видишь, тут не дураки сидят.
Андрей едва не задохнулся.
– Тасканов жертва?! Он преступник!
– Ложь! – возразил Астраханский. – Сегодня я беседовал с твоей изнасилованной. Она призналась, что заявление липовое, и сказала, что ты вынудил ее написать эту бумагу. К счастью, она вовремя во всем разобралась.
– Вы помогли? – не сдержался Андрей. Астраханский грохнул кулаком по столу.
– Заткнись! У тебя нет алиби на момент совершения убийства. Врач слышал, как ты угрожал Тасканову. Добавь сюда признание Виноградовой. Три серьезных аргумента! Все против тебя! Лучше вспомни все прямо сейчас и подпиши протокол.
Андрей покачал головой.
– Неужели вы не понимаете, что меня отправил сюда тот, кто отвлекает от настоящего убийцы. А что касается меня, мне не в чем признаваться.
– Твои проблемы. – Астраханский кивнул охраннику. – Отвезите его в сизо.
Пусть дозревает там, если по-хорошему не доходит.
Двое парней сноровисто подхватили Андрея под руки и подтолкнули к двери.
Андрей не стал возражать. Что бы он ни сказал, Астраханскому было до фонаря.